Любовь в академии (СИ) - Алфеева Лина - Страница 57

Это была даже не дружеская передача сведений, Норгат пострадал из-за меня. Вот черт! Ещё немного — и я почувствую себя виноватой. Сейчас дракон выглядел безупречно, его форма была в порядке. Ничто не напоминало о том ожоге, и все-таки он никак не шел у меня из головы.

Неужели мои руны настолько опасны? И как мне их научиться контролировать, чтобы больше никто не пострадал?

Глава 20

— Однажды твоя магия себя обнаружит. Ты не сможешь скрывать свой золотой огонь вечно, — со странной мягкостью произнес Норгат.

— Ректору Кхаалу на это плевать, — едко бросила я.

Лорду горгулу достаточно, если я стану проживать на территории академии как раритетная зверушка. Или же он уже наметил для меня судьбу магистра Лорини? Маг-менталист не мог вернуться на север и наверняка был обязан ректору жизнью. Конечно, ледяной смог себя реализовать в Академии Пламени, но я не могла избавиться от ощущения, что она стала для Лорини тюрьмой.

Хотела ли я такой судьбы для себя? Точно нет!

— Не думай о Кхаале, думай о себе. Всегда думай о себе, Цветочек, — со странной интонацией произнес Норгат.

— Даже если имею дело с тобой?

Слово не воробей, но этот вопрос точно произносить не следовало. Лицо дракона исказила странная гримаса, и он направился к выходу. Не дойдя до двери, он остановился и указал на стену с планом этажа.

— Замок чувствует виды магии, притаившиеся в его стенах. Обрати внимание на символы. Они тебе уже знакомы.

И дракон шагнул к двери.

— Ты не ответил на мой вопрос, — упрямо произнесла я. — Мне нужно тебя опасаться, Норгат Ардмрак?

— Опасайся всех, Золотая девочка.

За Норгатом еще не закрылась дверь, а я уже рухнула на пол. Грудь сдавило тисками, стало так тяжело дышать, словно воздух в легких превратился в обжигающий пар. Но стоило мне подумать о доме, о комнате, в которой я выросла, как в голове прояснилось и стало ясно, что эта боль, скрутившая меня после ухода Норгата, не моя. Я случайно перехватила редкую эмоцию дракона.

Если это и есть проявление эмоций якобы ничего не ощущающего Ардмрака, то мне страшно представить, что же будет, если этот парень выйдет из себя.

ГЛАВА 20

Норгат

— Норгат, ты считаешь меня идиотом? — в тихом голосе лорда Кхаала чувствовалось приближение неминуемой грозы.

Норгат видел все предвестники надвигающейся бури, но его она не беспокоила. Он долго думал после возвращения в свою комнату, составил план и не собирался от него отступать из-за недовольства наставника.

— Лорд Кхаал, я отношусь к вам с безграничным уважением, — со спокойствием, которое многие приняли бы за смирение, произнес дракон.

— И врешь ты мне с тем же самым уважением! Повторяю вопрос еще раз. Зачем тебе возвращаться в столицу?

— У меня есть увольнительная, и я хочу ею воспользоваться.

— На следующей неделе у вашей группы выездная практика. Добудешь трофеи — будет разумный повод появиться во дворце.

— У меня и сейчас есть веская причина. Я договорился о встрече с императорским ювелиром. Хочу попросить его изготовить кой-какие артефакты…

— Да у тебя их больше, чем у всей твоей группы!

— Знаю. Я не для себя.

— Вот как… — так и не грянувшая буря сменилась пониманием. — В мое время девушкам дарили цветы и украшения.

— Шумской не нужны обычные камни. Они ее не защитят.

— А ты считаешь, что Шумской нужна дополнительная защита?

— Я считаю, что она недолго пробудет Шумской.

— То есть ты уже знаешь, что Азаарт собирается на ней жениться?

Вопрос Кхаала сопровождался активацией формулы каменного копья. Горгул метнул его в Норгата и с удовлетворением отметил, как боевое заклинание было отбито природной защитой принца-дракона.

— Вижу, подобные новости тебя стимулируют, — с явным удовольствием отметил ректор.

Но Норгат не повелся на такую откровенную подначку. Мысли о Шумской в самом деле благотворно влияли на его защиту. Так что в какой-то степени лорд Кхаал оказался прав, когда заявлял, что иномирянка может помочь ему раздуть угасший огонь.

В остальном же…

— Азаарт не может жениться на Шумской. Она ему не ровня.

— Азаарт не является наследником князя и может себе позволить женитьбу на простолюдинке.

— Она наследница последнего золотого дракона! Вы не имеете права считать Любовь никем!

Негодование дракона вспыхнуло жарким огнем, он пронесся по кабинету, оставляя уродливые подпалины на паркете и мебели. Норгат созерцал их с мрачным мстительным удовлетворением. Когда он еще мог безнаказанно разгромить кабинет лорда Кхаала?

— Все сказал? — с чувством выдохнул ректор, активируя руны, ускоряющие угасание пламени.

В дверь робко постучали.

— Господин ректор, все в порядке?

В кабинет, не дожидаясь ответа начальника, заглянула секретарь. Увидела разгром, всплеснула руками и шустро, не спрашивая на то разрешение, создала несколько очищающих рун. Волшебные знаки начали шустро летать по помещению, впитывая следы гари и копоти.

— Благодарю, госпожа Вейр, вы сможете закончить чуть позже, — поморщился ректор.

— Чуть позже я не смогу восстановить вашу мебель, а стены придется красить заново, — деловито объявила горгулья, не прерывая своего занятия.

Норгат удивленно нахмурился. Горгульи, как и все расы пепла, редко владели изменяющей магией. Восстанавливающие формулы были разновидностью такой магии.

Впрочем, Норгату сейчас было не до этой загадки, зато он мог воспользоваться появлением секретаря.

— Лорд Кхаал, если мы закончили, то я не смею больше отвлекать госпожу Вейр.

— Иди. Только учти, что освобождение от занятий я тебе не подпишу. С наставниками будешь сам договариваться.

— Разумеется. Благодарю за доверие, ректор.

В ответ горгул лишь поморщился. Норгат и сам понимал, что доверие тут ни при чем. Просто у ректора не было причины отказать адепту, который честно заработал пропуск, позволяющий покинуть Академию Пламени.

***

Люба

Сегодняшнее занятие по прокачке магического иммунитета проходило предсказуемо и рутинно. В аудитории мы снова получили сосуды с активной атакующей магией, к которой нужно было привыкать. Я по незнанию сначала приняла сферы за природные накопители или свободную магию, чем вызвала улыбки на лицах одногруппников.

— Природные источники силы не атакуют, адептка Шумская.

— Даже если огненный маг окажется возле источника магии льда?

— Если этот источник будет неразумным, именно чистой силой, то да. Маг просто не сможет ею воспользоваться. Если же у источника окажется дух-хранитель, воплощение разумной магии, то возможны варианты.

А мой Хвостик как раз и был концентрацией разумной магии. Точнее, все существа и создания, порожденные золотым огнем, были разумны. У этой магии не было нормальных природных источников, похожих на реки или озера. Поэтому разумные существа интуитивно тянулись к самому жаркому средоточию золотого огня. Раньше им был золотой дракон. А сейчас…

Н-да... весело. Возможно, взрывающиеся руны еще не самая моя большая проблема.

— А как же наши сферы?

Я, морщась, подбросила на ладони учебный сосуд с магией льда. Хрусталь обжигал холодом, но я не чувствовала онемения, которое обязательно ощутила бы, если бы  долго сжимала кусок настоящего льда.

— Сферы созданы адептами-старшекурсниками на занятиях по контролю силы.

— Так вот ты какое безотходное магическое производство, — пробормотала я.

Отложив сферу с магией льда, накрыла ладонями сразу две сферы с магией разрушительного огня и тлеющего жара, созданного магией пепла.

Нет, абсолютный иммунитет ко всем видами магии мне не грозил и защиту придется учиться ставить, как и остальным  магам, но природная защита могла подарить в бою драгоценные секунды и защитить от немедленного уничтожения.

Хм…

— Наставник Ральт, а от чего зависит природный иммунитет? От силы магического дара?