Академия 7 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 46

Огненные шары, ударившись о завесу, казалось, погасли, но барьер растворился и раскрылся наружу. Каждое заклинание заставляло его расширяться, и вскоре разлом стал достаточно большим, чтобы сквозь него мог пройти корабль.

И тут огромная рука Ужаса протянулась через портал и попыталась схватить Ангелину.

Глава 26

Мгновенно отреагировав, я встретил Ужас пламенем, которое испепелило покусившуюся на богиню руку и устремилось дальше через портал. Огненная вспышка была настолько сильной, что запасы сущности сразу же заметно уменьшились впервые с тех пор, как начал поглощать ману этого измерения.

К счастью, я был не одинок в своей атаке.

В тот момент, когда врата только начали формироваться, Маледикт и Имри спрыгнули с моей спины и вернулись в формы драконов. Когда пламя угасло, наступила их очередь. Вместе, втроём мы ворвались в толщу Ужасов и проложили себе путь в новый мир.

Двигаясь слаженно, образовали треугольник вокруг «Божественного Провидения» и отбросили Ужасов назад. Остальные внепространственные чудовища были в среднем намного меньше монстров, встретивших нас при входе в портал, что позволило спокойно составить план дальнейших действий.

Лично мне этот план не казался особенно хорошим, но ничего другого в голову не приходило.

— Если глупый план сработает, значит, он вовсе не глупый, — думал я, накладывая на себя серию барьерных заклинаний. Каждое из них ревело демоническим пламенем и испепеляло всё, что к ним прикасалось, а также алчно съедало мои резервы — эти проклятые штуки были достаточно большими, чтобы охватить и корабль императора.

Имри и Маледикт добавили свои щиты, приведя их в гармонию с моими. Как и в случае с пламенем, после слияния барьеров магия стала намного мощнее. Энергия бешено бурлила и требовала моего внимания, пока не заставил её угомониться. Как только это произошло, я облегчённо выдохнул.

Ангелина была права. Наличие разных магий внутри означало, что их нужно уравновесить, но это оказалась довольно сложно.

Разумеется, возмущение магии вызывали и удары Ужасов о наш объединённый щит. Твари превращались в пепел, но каждый такой толчок вызывал рябь, которую мне приходилось разглаживать самому. Ещё одна большая проблема заключалась в том, что я ни черта не видел сквозь эту стену. — Куда, чёрт возьми, мне вообще двигаться⁈

Трехслойный шар вокруг нас питали тонкие ветви энергии, исходящие от каждого дракона. Когда мана сливалась воедино, она искрилась, а затем превращалась в призматическое поле, которое, казалось, было одновременно всех цветов и никакого. Оно было очень сильным и совершенно непроницаемым для моих чувств, к тому же приходилось лететь на постоянно равном расстоянии от Имри и Маледикт, чтобы поддерживать магию в равновесии, что значительно затрудняло передвижение.

Двигатели «Божественного провидения» тоже создавали немалые проблемы, но Маледикт устранила их с потрясающей быстротой. Когда бросил на неё взгляд, мне пришлось сжать челюсти, чтобы не рассмеяться. Вид огромного фиолетового дракона, тянущего дирижабль за якорные цепи, не должен был выглядеть так смешно, как выглядел: она решила взять цепи в зубы и тащила судно, как собака, терзающая поводок.

Имри не разделяла моей сдержанности, и всем отчетливо было слышно хихиканье белого дракона.

На кончике моей морды зажглась искра магии, и компас Алисы вновь начал работать. Но вдруг заклинание замерцало, выпустило искры в воздух вокруг моего лица, а затем исчезло. Я уже начал было думать, что заклинание полностью разрушилось, когда оно снова ярко вспыхнуло, заставив меня прищуриться.

Хотя свет и резал глаза, заклинание давало точные указания цели. Имри и Маледикт тоже определились с направлением, и это означало, что мы можем двигаться дальше. Я взмахнул крыльями и устремился вперёд.

— Кто-нибудь видит, над какой местностью мы летим? Мне видны только Ужасы и ночное небо, — обратился я к остальным.

— Это не ночь, — послышался голос Алисы позади, — это пустота. Уничтоженный Ужасами, мир полностью исчез. Осталось только огромное открытое пространство с дрейфующими в нём монстрами…

Мысль о том, что целое измерение разорвано на части, заставила меня содрогнуться. После того, каким чуждым казался последний мир, был почти рад, что не вижу этого. Заклинание барьера не вызывало восторга, хотя это было лучше, чем ничего.

Из основания моего рога внезапно проросло розовое щупальце и потянулось вдоль глазного гребня. Если бы не испытал такого уже несколько раз, то, возможно, запаниковал от такой ласки, но сейчас позволил монотонному гулу завибрировать в своей груди.

— Спасибо, Юлия.

Она ткнула меня пальцем в челюсть, и как только я послушно открыл рот, щупальца начали выкладывать еду на язык. Это было немного неудобно, но действенно. Юлия оказывала такие же услуги Имри и Маледикт, если они в этом нуждались.

Я не знал, как долго мы летели, когда наконец задал вопрос, который всё время вертелся в голове: — Если этот мир так сильно повреждён, что тогда, чёрт возьми, окажется вокруг Академии? Неужели она просто затерялась в Пустоте?

Ангелина пискнула и затараторила, а затем молнией метнулась по шее, чтобы вернуться в укрытие из лоз, которое поддерживала Лиз. Я уже почти забыл, что в моём ухе свернулась калачиком сильванская белка. Ну что ж, если меня попросили подождать, то, пожалуй, подожду. Было бы неплохо узнать, чего именно, но, полагаю, скоро это выяснится.

То, что Ангелина всё-таки была богиней, многое объясняло из её поступков…

Наконец на мой повисший в воздухе вопрос изволила ответить Анна. Она просунула голову сквозь древесные лианы и сделала руками рупор, чтобы направить звук своего голоса ко мне. — Академия находится где-то здесь, в этом измерении. Этого не должно быть, но Ангелина и Алиса считают, что она как-то перемещается… Ангелина что-то ещё говорит о коллапсе и сжатии измерений, но я не уверена, что мы понимаем, что она имеет в виду.

Мысли разбегались. Я не знал, о чём толковала сейчас Лина, но кое-что из сказанного ею ранее о природе царств промелькнуло в мыслях.

«Царства раскалываются, и их осколки падают в Пустоту. Измерения приспосабливаются, чтобы закрыть брешь, как мыльные пузыри, которые движутся друг к другу, и тогда один из них лопается. Завесы пытаются заполнить пустое пространство…» А это значит, что измерение, в которое Директор привел Академию, скорее всего, исчезло.

— Было ли оно обитаемо ранее? — задавался я вопросом. Неужели Директор убил всех в том мире, поместил сюда Академию и оставил навсегда? Какой силой нужно обладать, чтобы совершить подобное? Это сила, которую он накапливал долгое время, или то, на что всегда был способен?

Директор использовал сущность, уничтожив своё собственное тело в этом процессе, и его существование с тех пор тянулось в состоянии вечного ожидания чего-то.

А теперь он украл тело Виктории, чтобы сделать с ним неизвестно что…

— Это ужасно, — пробормотала Анна. Её замечание вывело меня из задумчивости, и я был благодарен ей за это, потому что навязчивые мысли поглощали всё моё внимание и заставляли нервничать.

— Это так, — согласился я, — именно поэтому мы собираемся сделать всё, чтобы это не повторилось. Потому что это неправильно. С какой стороны не смотри, неправильно.

Сомнения в том, стоит ли сражаться за Академию, мигом улетучились. Я всё ещё беспокоился об Антонине и Лилии, очень хотел увидеть своих будущих детей, но, наблюдая за разрушениями во время этого путешествия, понял, что кто-то должен остановить Директора.

Анна кивнула, разделяя мою убеждённость. Она на несколько секунд спрятала голову в убежище, а затем снова высунула её наружу. — Ангелина говорит, что мы находимся примерно в часе полёта от Академии, поэтому Алиса попытается открыть для нас портал обзора. Лиз сказала, чтобы мы были осторожны, потому что есть вероятность, что некоторые Ужасы могут прорваться через окно просмотра.