Ядовитый воздух свободы - Блейк Анна - Страница 36

Нужно смотреть на это с позиции расследования. В каком случае пытаются убить следователя? Тогда, когда он на правильном пути, а преступник не заинтересован в успехах полиции. Проклятие.

Врач закончил с обработкой раны и перешел к бинтованию.

Снова вой сирен и пожарный автомобиль. Аксель устало обернулся. Из машины вывалилась группа пожарных. Не вставая, Грин поздоровался, указал свободной рукой на Audi. Специалисты отреагировали более взвешенно, чем представители скорой. Видимо, горело здесь чаще, чем взрывалось.

— Постарайтесь потушить так, чтобы криминалистам осталось хоть что-то, — бросил Грин и посмотрел на врача, который заканчивал свою работу.

Невыносимо, дьявольски, до дрожи в ногах хотелось курить.

Глава третья

Ник Туттон

Спутник-7, улица Нейтрино

Звонок Грина застал его в той живительной и редкой стадии сна, после которой полностью восстанавливаешься как душевно, так и физически. Конечно, Николас не смог бы больше уснуть, но мысль о том, что надо куда-то тащиться, непонятно зачем, да еще и с инструментами, его разозлила. Нет, не взбодрила. Не дала надежду на то, что он может применить свои навыки криминалиста и наконец присоединиться к нормальному расследованию. А разозлила. Мол, какого черта мне мешают спать. И сквозь нее несколько бесконечных минут не пробивалось ничего. Ник в кои веки прижимал к себе жену, которая по счастливой случайности не проснулась от столь бестактного вмешательства, и чувствовал себя вполне собранным, счастливым.

Но что-то не позволило Туттону просто выключить телефон и спать дальше. Что-то в голосе Грина, обычно холодного и собранного, заронило то мерзкое зерно, которое превращается в целый ветвистый куст раздражения, ожидания от реальности самого плохого, самого невозможного.

Ник аккуратно вылез из кровати, бережно укрыл жену одеялом, подумав о том, что не так уж и плохо возвращаться к семье по вечерам, и вышел из спальни, стараясь не наступать на те половицы, которые гарантированно скрипят. Его одежда находилась в гардеробной справа от огромной ванной комнаты. Совесть не позволила потратить еще десять минут на душ. Ник сунул голову под струю воды, наспех вымыл волосы, промокнул их полотенцем, зачесал назад, оделся и вышел из дома.

Дорога до улицы Нейтрино заняла пятнадцать минут. Раздражительность и желание высказать Грину все, что он думает о звонках под утро, исчезли, стоило криминалисту увидеть машины скорой помощи и пожарной службы. Он припарковался, сообразил, что не взял ничего, кроме маленького набора инструментов, который всегда возил с собой, и вылез из машины. Пространство между домами выглядело странно. Слева от него в укромном кармашке из обуглившихся кустарников стояла полностью сгоревшая машина, в которой с большим трудом угадывался силуэт элегантного седана Грина. Ее уже потушили, и теперь вокруг толпились врачи и пожарные.

На несколько бесконечных секунд Ник замер, не понимая, что произошло. Люди сновали вокруг автомобиля, но, кажется, ничего не делали. Шептались между собой. В окнах торчали испуганные лица разбуженных взрывом жителей. На часах было пять утра, а Туттон чувствовал себя так, будто время остановилось и нужно держаться за мгновение изо всех сил. Ведь если он сделает шаг в будущее, прошлое растворится в небытии. Удивившись подобным мыслям с утра, криминалист решил найти Грина. В любом случае, по регламенту он обязан был получить инструктаж от старшего офицера. И это оставалось прекрасным поводом, чтобы отдалить момент, когда ему придется подойти к автомобилю и встретиться с чужой смертью лицом к лицу. В отличие от тревербергских коллег он не причислял себя к тем, кто спокойно относился к трупам. Ник почему-то не сомневался, что в сгоревшей машине находится труп.

Грин стоял посреди двора около деревянной лавочки, на которой сидела бледная испуганная девушка с медными волосами, собранными в пышный неряшливый хвост. Она смотрела на детектива как зачарованная, а Грин что-то негромко говорил, то ли успокаивая, то ли комментируя ее предыдущую реплику. Ник обратил внимание на то, что левая рука детектива забинтована, а сам он покрыт сажей и пылью. Туттон направился к ним, изо всех сил стараясь игнорировать удушающий запах гари и жженного мяса.

Аксель обернулся за несколько секунд до того, как Ник подошел к нему. Бледное лицо детектива походило на застывшую восковую маску.

— Извините нас, Натали, — обратился он к девушке и, кивнув Туттону, направился прочь.

Криминалист двинулся за ним.

— У тебя есть сигареты? — внезапно спросил Грин.

— Э… — Ник похлопал себя по карманам, поставив чемоданчик на землю. Нашел пачку и протянул Акселю.

Тот привычными движениями выхватил тонкую длинную сигарету и закурил, прикрыв глаза.

— Что случилось? — приглушенно спросил ошарашенный Туттон.

Аксель поднял перебинтованную руку ладонью к нему, призывая подождать. Прошла еще минута. Разобравшись с сигаретой, детектив потушил бычок, отнес его в урну, вернулся к Нику и посмотрел ему в глаза.

— В мою машину подложили взрывное устройство, — негромко начал Аксель. — И оно сработало, как видишь.

— Но ты жив.

— Потому что машину завел не я. Мне жаль, Ник, но комиссар Тейн погибла.

Ник, который как раз взял в руки чемоданчик, выронил его. Тот глухо ударился о землю и замер у ног криминалиста. Последняя фраза детектива никак не хотела укладываться в голове, как будто он выдал несколько не связанных друг с другом звуков. В смысле… погибла?

— Какого дьявола она делала у тебя посреди ночи? — выпалил Ник, не подумав.

— К делу это не относится, — прохладно отозвался Аксель.

Туттон поднял на него глаза и сжал кулаки. С отчаянием утопающего посмотрел на машину.

— Интрижка в командировке, да? Так ты живешь?

— Спишу нарушение субординации на шок, офицер Туттон. У вас есть напарник или замена?

— Иди к черту.

Аксель коротко вздохнул. Николас заметил, что детектив собрал волосы в хвост. Он выглядел слишком… спокойным. Как он может быть спокойным?! Магдалена погибла. Нет, в это невозможно поверить. Этого просто не может быть. Что она делала здесь? Почему полезла в автомобиль Грина? Ох, как хотелось схватить этого тревербергского мудака за ворот рубашки и хорошенько встряхнуть. Как он может быть таким… таким спокойным?!

Ник пришел в себя в момент, когда Грин вывернул его руку за запястье и заставил наклониться, но отпустил быстрее, чем тот успел что-то сделать. Ник и сам не понял: он что, настолько потерял контроль над собой, что бросился на явно раненного детектива с кулаками?

Аксель отстранился, остановил на нем суровый взгляд.

— На первый раз прощу, — сообщил он. — Ты единственный криминалист в этом чертовом городе?

— Нет, — хмуро подтвердил Туттон, потирая ноющее запястье. — Но Лионель в отпуске.

— Тогда иди и делай свою работу. А я попробую найти кого-нибудь тебе в помощь. Личная заинтересованность несовместима с расследованием.

Ник хмуро кивнул. «Иди и делай свою работу». Мудак.

— Это точно Магдалена? — чуть слышно спросил он.

Аксель, который уже собрался вернуться к свидетельнице, медленно обернулся. Впервые за все время разговора на его лице промелькнуло нечто похожее на сожаление. Какое-то подобие чувств. Всего лишь намек, но он ударил Николаса в самое сердце, заставив безоговорочно поверить в слова детектива. Туттон замер в ожидании ответа, а Грин не спешил говорить. Окружавшие их шумы исчезли. Ник коснулся переносицы, сжал ее, прикоснувшись к уголкам глаз, будто хотел сдержать несуществующие слезы.

— Больше некому, — чуть слышно произнес детектив и, развернувшись, пошел к сторону девушки. Как там он ее назвал? Натали?

Ник, оглушенный, машинально поднял чемоданчик, натянул перчатки, обулся в бахилы и направился к автомобилю, где все так же стояли два врача и пожарный. Cтоило ему приблизиться, мужчины обернулись.