Жена фаворита королевы. Посмешище двора (СИ) - Семина Дия - Страница 35

К короля-регента сдали нервы, он закрылся в своём кабинете и приказал никого не впускать. Старый добрый шнапс несколько сгладит остроту момента. Надо принимать важные решения, однако он пока не готов.

— Пусть события развернутся и сами подскажут, в какое русло стоит направлять свои усилия.

Прошептал, глядя на янтарную струйку из графина, вздохнул и выпил, позже повторил, и ещё, и ещё раз.

Глава 39. Аннабель

Моя жизнь закрутилась так, что на отдых и минуты нет. Точнее, есть, но эти минуты я трачу на занятия с Линдой и обработку кровавых мозолей на ногах после занятий в бальном зале. У Аннабель на редкость нежное тело.

Боже, как вообще можно танцевать в такой обуви, какую тут носят. А танцевать мне приходится по четыре-пять часов в день. Восемь разных танцев! Во-семь! Всё надо выучить, причём так, чтобы не закусывать губу, вспоминая, какое ПА следом. И улыбаться партнёру, а ещё не рыдать оттого, что нога ужасно болит.

— Бишоп, миленький, а тут есть сапожник, кто-то кто шьёт обувь? — когда Ричард в своей карете забрал меня с очередной танцевальной экзекуции, едем в сторону дома, позже за Линдой у неё тоже уроки пения с мадам Франсуазой. День расписан не только у меня.

— Да, конечно! А что-то случилось?

— Я боюсь вам показать мои окровавленные ноги. Места живого нет. Хочу заказать балетки. Вот у меня есть дизайн, — протягиваю ему листок с подробным эскизом, даже свою ногу обвела. Вчера весь вечер рисовала.

— Это так, так, так! Так утончённо! Есть недалеко мастерская, можем заехать прямо сейчас. Но если таких «Балеток» никто ранее не делал, то лучше взять патент, и возможно на нашей фабрике открыть небольшое производство. Модель очень изысканная! — Ричард уже погрузился в коммерческую составляющую моей идеи.

— Ричард! Тогда у меня к вам ещё кое-что! — говорю тихо, заговорщицким тоном.

— Боюсь предположить, но очень интересно! — таким же тоном ответил управляющий.

— Пока по мелочи, но идей море, на самом деле. Я художник и заметила, что тут все застряли в модных течениях восемнадцатого века. Уже давно всё это устарело. Но не хочу вносить новаторские идеи и выходить с ними на рынок, например, с юбками-брюками и деловыми костюмами для женщин без корсетов, чтобы хоть немного облегчить нашу участь. Однако узоры на ткани похожи на старый бабушкин палантин или шторки в деревенском домике. Сплошные розочки. Я сделала несколько эскизов в стиле модерна, ваш соотечественник, кстати, Уильям Моррис привнёс много новаторских идей в текстильное производство. Но в вашем мире нет Британии, а значит, и Прерафаэлиты потерялись где-то, хочу с вами обсудить пару моих паттернов.

Протягиваю ему листы с зарисовками. Планшет для эскизов всегда со мной даже в танцевальном зале постоянно делаю портретные наброски, чем привожу в восторг преподавательницу, «партнёра» и аккомпаниатора.

Бишоп смотрит на меня, как на инопланетное существо!

— Аннабель, вы находка, это то, что надо! Лаконичные формы, сдержанные цвета, какие легко получить хоть при печати на ткани, хоть методом плетения, это потрясающе! А ещё будут? — он всё ещё смотрит на простенькие скетчи, и я вижу, что он осознаёт мои навыки, что это не мечтания наивной дурочки, а профессиональная работа.

— Бишоп, у меня диплом был по теме Модерна, я столько перебрала материалов, эти идеи как фонтан из моей бедовой головы фонтанируют! Если я увижу это в материале – то буду безумно счастлива. Понимаю, что мастера попросят, что-то упросить. Однако я всегда открыта для обсуждений и сотрудничества.

Он так улыбнулся, что у меня ёкнуло в груди. Только бы он не сказал лишнего, моё сердце принадлежит другому, но Бишоп для меня настолько дорог, что я боюсь его ранить. Замираю на секунду.

— Фабрика ждала вас эти годы! Дорогая баронесса, мы всё обсудим, и ткани подберём и цвета адаптируем. Ваша продукция станет нашей золотоносной жилой.

— Я только рада.

— Если есть ещё идеи, делитесь! — он сказал это таким тоном, что я поняла – это не любовь, это вдохновение к работе и творчеству. Ему так же, как мне безумно интересен этот проект. И я вздохнула, от сердца отлегло, неприятное щемящее чувство вины перед дорогим другом отступило.

— Вам надоест слушать мои идеи!

— Найду инженера, кому не надоест!

— Звучит, как сватовство! — глупо пошутила я, и мы вспомнили про моего венценосного жениха.

— Кстати, об этом. А как ваши дела? Я о сердечных делах, но если это неуместный вопрос, прошу меня простить! — он смутился, но понимаю, как взволнован.

— Про Эдуарда вы сами знаете, он с коротким визитом в Московии. А про принца боюсь даже думать. Он прислал мне драгоценную брошь, каждый день посыльный приносит милые подарки, но сам не приезжал, в записке написал, что не хочет привлекать внимание к нашим отношениям, однако через неделю приглашает на музыкальный вечер во дворец. Моя наставница, баронесса фон Кёлер, уже дала согласие сопровождать меня. Не собираюсь оставаться с ним наедине. Но боюсь этого мероприятия до дрожи в коленях.

— Это теперь ваша жизнь. Такие мероприятия часто устраивают знатные дома. Вас не приглашали из-за болезни, и вы не замужем. — по-отечески пояснил Бишоп то, что я и сама прекрасно знаю.

— Может, и к лучшему. С другой стороны, я же была замужем. Да только мой муж позорил меня на всю Пруссию! Ужасно неприятное явление измены, особенно такие открытые, выставляющие жену дурой! — на самом деле обидно, потому что репутацию мою Вилли и Фредди опустили ниже плинтуса, если называть вещи своими именами. Навсегда останусь в глазах общества дурочкой, от которой муж гулял с королевой.

Пока мы разговаривали на важные темы, приехали в обувную мастерскую. Я разулась, чтобы мастер снял мерки, а Бишоп, когда увидел мои мозоли, прослезился.

— Да, красота требует жертв, — вздохнула я. Мастер показал мне заготовки, и мы быстро пришли к единому мнению насчёт туфель для танцев. Не шёлковые балетки, какие тут на балах некоторые смелые используют, потому что без прочной подошвы плясать в скользких «тапочках» такое себе удовольствие, попробовала, чуть не растянулась на мраморном полу.

Теперь заказываю себе туфли по моде 21 века моего мира. Пусть без каблука, но всё же более устойчивые и удобные.

Подумала, что позже ещё угги создадим, зимой в карете ездить самое то!

Довольная от продуктивного дня вернулась в свою квартиру, только переоделась, отдала распоряжение о чаепитии, скоро Линду привезут с занятий. А мне нужно выучить основы этикета на званом обеде, ужине и музыкальном мероприятии.

Стук в двери.

— Госпожа, к вам посыльный из дворца! — слышу голос Эльзы. Думала, что это от принца, но дверь открылась и на пороге маленький, щуплый мужчинка, такой неприятный, что я с трудом сдержалась, чтобы не сморщиться.

— Меня зовут Руперт фон Отто, я тайный советник Её Величества, позвольте войти, разговор не терпит отлагательств!

У меня всё внутри похолодело… Но от такого человека добрых вестей ждать не приходится.

Глава 40. Аннабель

— Насколько тайный? Если я впущу вас, то потом сильно пожалею! Любое вмешательство в мою жизнь Её Величества дорого обходится. Так что быстро с порога говорите цель визита и прощайте! — не знаю, что на меня нашло. Испытываю отвращение ко всему, что связано с Вильгельминой. После рассказа герцога о её «шутке» в детстве, вообще видеть не хочу. А уж про отравление и колодец, смерть няни, вспоминаю с ужасом, и эта стерва имеет наглость присылать неприятного человека.

— Не стоит поднимать шум и впадать в панику, сообщение краткое, простое настолько, что даже вы поймёте.

— Да неужели! Вы собираетесь мне хамить, указывая на мои умственные способности? — вот теперь я разозлилась.