Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши (СИ) - Хаард Дара - Страница 61

Амарант взял правильный тон с Максимилианом, словно почувствовал, что тот не любит сюсюканье. Присел перед ним на одно колено и подал руку, как здороваются искатели. Макс знал этот жесть, когда прикасаются рукой до локтя, и поздоровался с отцом.

— Здравствуй. Максимилиан, я твой отец, прости, что так долго не приходил.

Макс прислушался к голосу Амаранта, дотронулся пальцами до вздрогнувшего Тибория, проведя по шраму на лице.

— Мама, а мне обязательно иметь такой же шрам? – умоляющая мордочка меня рассмешила.

— Макс, тебе не обязательно иметь все шрамы, как у отца, ты и без них будешь самым сильным искателем пустошей.

Макс успокоился и, кивнув мне, опять, повернувшись к немного прифигевшему Амаранту.

— Ладно, я Максимилиан Сахрами принимаю тебя, Амаранта Тибория отцом, — Макс прислонил к щеке отца свою ладошку, и я увидела, как на ауре Амаранта расцветает символ сына, зелёная капля, печать драконьего рода Сахрами. У кровников тоже стоят печати, но они красного цвета, что говорит о клятве на крови, зеленая печать — это равноправный член рода. Такая печать есть у Арии, Тония, у меня, хотя моя золотая сила не давала Максу ставить печать, отчего сынишка злился, пришлось специально давать разрешение на зеленую каплю.

— Что это? – Амарант почувствовал печать на своей ауре, он был сильным магом и такие манипуляции чувствовал.

— Ты принят в род дракона, Тиборий, — фыркнул Тоний. Амарант перевел на меня непонимающий взгляд, потом посмотрел на Максимилиана, который все еще водил пальцем по шрамам отца. Со стороны это могло показаться просто любопытством, но сейчас Максимилиан зелеными нитями исправлял кожные покровы и напитывал своей силой, чтобы они приносили меньше боли и не так стягивали. Максимилиан только учится управляться своей силой, сейчас дар, такой же младенец, и как сын, и всему учится заново.

— Спасибо, Максимилиан, — кивнул Амарант, не зная, что делать дальше, я прямо чувствовала исходящую от него мольбу о помощи. Помогла Ария.

— Папа у Максимилиана есть настоящие клинки, целых пять штук, Тоний учит нас кидать их в щиты.

Я с удивлением посмотрела на Тония, который выдохнул и недовольно взглянул на девушку. Видимо, их занятия были тайной. Но Ария была так рада отцу, что забыла обо всем.

— А еще у нас есть райты, представь себе и у меня, красивая Нири, я сама за ней ухаживаю, а еще Тоний обещал заниматься со мной магией, чтобы я поступила в академию. У нас в Сахраме просто огромная академия, там Люсина учится, наша травница у нее есть гнум, помнишь, у меня был гнум, ты мне привозил, так жаль, что он умер, они бы подружились с гнумом Люсины.

— Не подружился бы, —со знанием дела сказал Макс, — хищники не любят чужих на своей территории.

— Гнумы стайные, — не согласилась Ария.

Амарант уже встал и, влекомый детьми, которые уцепились за его руки, пошел на диван. Дети заспорили, как это обычно бывало. Амарант сидел между ними и просто переводил взгляд с одного на другого, блаженно улыбаясь.

Я вызвала магическим звонком слугу и сказала готовить стол к ужину. Сразу же возле покоев находилась небольшая столовая, на персон двадцать. После слов Макса, что наш парк огорожен, я поняла, что нас поселили не в общий дворец, а отдельно. Решили понаблюдать со стороны. Ну и пусть, хмыкнула, зря они.

— А у него неплохо получается, — Тоний подошел ко мне и кивнул на Амаранта, который что-то рассказывал детям. Ария прижала ладошки к губам, широко открыв глаза, а Макс зачарованно смотрел в рот отцу и был счастлив, я ощущала его радость и спокойствие. Амарант ему понравился.

С поселением Амаранта решили просто, Макс затребовал к себе в комнату еще одну кровать и отца, который будет вечерами рассказывать ему о своих подвигах. Макс был уверен, что Амарант просто обязан был совершать подвиги. Вот пусть выкручивается, врать нельзя, Макс все чувствует, даже интересно стало, про какие подвиги будет рассказывать Амарант. Может, о том, когда спас меня от стаи гнумов. Или это я его спасла… нет, скорее мы спасли друг друга.

Два дня пролетели очень быстро и напряженно. Я не привыкла, что кроме детей, и Тония кто-то еще находится рядом, особенно если этот кто-то так сильно действует мне на нервы. То я эпично залетела в ванну, когда он мылся в душе, теперь перед глазами широкая спина, две ямочки на пояснице и круглая задница, и вся эта красота в пене. Хорошо, я быстро выскочила, не дав ему обернутся, только услышала его возглас:

— Анодея, ты что-то хотела? Извини, что не предупредил!

— Да, черт побери, я хотела! Тишины и покоя! — возмущалась я про себя,— А еще после работ в земле помыться в своем душе!

Уж не знаю, то ли Амарант специально меня преследовал, то ли я просто ужасно ревновала сына и не могла пройти мимо, когда они трое общались. Я чувствовала себя покинутой и обиженной и понимала, что просто хочу быть там, с ними, и не могу переступить через себя и делать вид, что все хорошо и мы всегда были дружной, крепкой семьей.

Да, два дня пролетели быстро, и за нами пришел Мид. К тому времени мы были готовы. Свое платье я сшила себе на праздники еще дома, так же, как и платье Арии и костюм Максимилиана. Тоний за свой гардероб отвечал сам, а вот Амаранту пришлось спешно заказывать вещи у местного портного. Тиборий говорил, что отдаст мне все до мелкой медяшки, ему было не по себе, что его содержит женщина.

Мид оглядел нас и кивнул:

—Следуйте за мной, император ждет вас.

Тронный зал императора был роскошным, но ненамного больше, чем наш. Под стенами стояли имперцы, с любопытством взирая на нашу процессию. Макс с не меньшим любопытством разглядывал чужих, он шел впереди. Я попросила его вести себя по-взрослому как наследнику рода Сахрами и он просто изнывал от желания спросить или просто пощупать то, что ему интересно. Его зелёные нити уже расползлись по всему залу и осматривали всех, кто тут собрался, даже императора.

Трон тут стоял один, на нем сидел молодой мужчина с белоснежными волосами. Серые, почти бесцветные глаза смотрели напряженно и пытливо. Я не заметила в нем ни высокомерия, ни капризности высокородных. Умный мужчина и сильный противник.

— Анодея Сахрами, наследник рода Максимилиан Сахрами с сопровождающими, — торжественно представил нас Мид и поклонившись, ушел в сторону тех, кто стоял возле трона. Мелькнуло знакомое лицо брата Мадея, старик смотрел на Макса пытливым взором, мог бы и прийти, столько раз писала ему…

Мы не стали взбираться по лестнице, замерли у подножия трона и ждали, что нам скажут.

Император встал с трона и спустился к нам, замер напротив Максимилиана. Я с тревогой посмотрела на сына, который заинтересовался императорским мечом. Ножны, искусно оплетённые серебряным узором, поблёскивали магией. Не успела удержать сына, который коснулся ножен и провел пальцем по узорам.

— Этот меч подарил моему предку ваш предок — мой господин, — раздался голос императора, и все, кто был в зале, ахнули.

— Красивый, — Макс мельком взглянул на меня, удостоверившись, что делает все правильно, — А зачем мы тут?! Мама сказала, плясать под вашу дудку не будет!

Я чуть слюнями не подавилась и наверно, покраснела под пытливым взглядом императора. Позади сделал шаг вперед Амарант, прикрывая мою спину.

— Ваша мама слишком красива, чтобы плясать под чужие дудки, — казалось, император еле сдерживает смех, потом он все же с собой справился и посмотрел на меня серьезно.

— Лишь Сахрами под силу снять помозейский щит, лишь им под силу дать драконам крылья.

— Я не понимаю, — я сделала шаг к сыну и положила руку ему на плечо.

С боковой двери вынесли носилки, в них что-то было, покрытое светящейся тканью.

— Здесь собрались преданные мне и империи люди, потомки драконов, эльфов этого мира, которые желают свободы. И в вашей воле дать нам ее, — Император склонился перед Максимилианом. Сын непонимающе обернулся ко мне.

— Пока я не пойму, что происходит мой сын ничего не будет делать! – сказала я и мой голос от тревоги и волнения стал высоким и громким, каждый в этом зале его услышал.