В лабиринтах лжи - Миллер Рия - Страница 33

Единственное, что делало живым часть этого острова, – лес на востоке и горы в западной части, которые то подымались, то опускались, как качели.

Мне нравилось проезжать по мосту, потому что по правую сторону находилось Алое море, манящее и завораживающее глубокой синевой. Вдохновляюще смотрелся этот пейзаж во время заката. Солнце, которое редко выходило из-за туч, окрашивало в бордовый, кровавый цвет воду и часть острова. Я мечтала побывать на берегу в такое время вместе с тем, кого любила больше жизни. С тем, кто всегда оставался рядом, с тем, кто готов разделить со мной вечность и перевернуть горы. Любуясь на великолепие, созданное природой, я заметила на себе холодный взгляд матери. Лилиана как будто впервые в жизни увидела дочь и не знала, что делать: заговорить с ней или продолжать пялиться. Ну и я не собиралась начинать диалог первой, поэтому делала вид, словно никого не существовало в машине. Атмосфера была напряженной, лишь музыка пыталась ее развеять, негромко играя в салоне, но все старания музыканта были напрасны. Когда мама рядом, напряженность будет с окружающими до последнего. И никакие песни, разговоры не украсят здесь фон.

– Дмитрий, отвези нас в парк, – приказала Лили.

Я почувствовала облегчение, когда мама переключила внимание с меня на что-то другое – видимо, отвернулась к окну.

Водитель молча развернулся и, прибавив немного скорости, помчался обратно в сторону, где виднелся Новый мир – сторона настоящего времени. Меня удивила такая новость, но я притворилась, что не услышала ее, не отрываясь от окна. Теперь за ним проносились небоскребы и новостройки. Ехали мы где-то минут двадцать, проезжая центр города, где после школы за поворотом начинались широкая длинная дорога и куча светофоров с переулками и новыми зданиями. Людей было много, а машин еще больше. Я не любила суету, бесконечные пробки, сырость и пасмурность, но так как выбиралась из дома редко, то полюбоваться на великолепие серого мрачного Бен-Йорка не отказалась бы. За весь путь удалось столько интересного увидеть и вспомнить места, где мы с друзьями и мамой когда-то были.

Больше всего я была восхищена аллеей Алых роз, которая напомнила об одном сне. Казалось, место знакомое, но когда бывала в нем – не помнила. Сами цветы и деревья будто шептали, что знали меня, видели сотни раз, а фонтан в виде скульптуры белого грустного и маленького ангелочка впечатлил, оставив след в памяти. Улица вправду выглядела знакомой, но жаль, я не помнила, когда здесь гуляла, а может быть, все происходило во сне? Взор долго был прикован к алым цветам, лавочкам, на которых сидели одинокие люди, читающие газеты или уткнувшиеся в телефоны; влюбленные парочки мило беседовали; дети бегали вокруг фонтана. Мне с трудом удалось переключить внимание на следующие достопримечательности города, что не уступали аллее по уникальности и великолепию. Свернув направо и проехав людный переулок, мы оказались в прошлом, где свои следы Новый мир не успел оставить. Здесь кругом стояли уцелевшие каменные, темные кирпичные здания восемнадцатого века, украшенные разнообразными узорами, поддерживаемые полуколоннами, с полуразрушенными башнями, с осыпающимися стенами, дырами и трещинами в крышах, окнах, дверях. Некоторые особняки укутали ползущие растения и непроходимые заросли. Пару десятков домов заняли высокие засохшие деревья, выросшие прямо внутри. Зрелище завораживало и восхищало. Хотелось войти в заброшенные особняки, погрузившись до конца в атмосферу прошлого, но моим желаниям не суждено было сбыться. Вскоре лабиринт вывел автомобиль из этого мрачного мертвого коридора на свет, где, куда ни посмотришь, стояли гигантские особняки, слышался шум машин и люди, словно поток реки, шли по обеим сторонам длинной дороги, выложенной разной плиткой.

Я устало оглядела улицу, заметив в толпе парня, выделяющегося среди остальных чертами лица и повязкой, прикрывающей один глаз. На пирата он был не похож, скорее на короля, что никогда не отдаст свою драгоценную корону, или волка, готового в любой момент напасть на жертву. Жесткий взгляд и твердая, уверенная походка, несмотря на хромоту, сразу выдавали темную и одновременно таинственную личность. Если раньше мое внимание занимали достопримечательности и дома мегаполиса, то сейчас я никак не могла оторваться от незнакомца. Где-то мы уже пересекались с ним. Осталось теперь выяснить точнее: во сне или в реальности? Сам парень ничего так, но до ужаса подозрительный и кого-то напоминал. Точно не Влада и не его друзей. Пока водитель не повернул в противоположную сторону, я последний раз внимательно оглядела парня. Глаза… Открытый глаз вызывал во мне неизвестную и такую родную искру прошлого. Стоп, что я несу? Почему этот незнакомец пробуждает во мне то, что не следует? В голову вдруг ударила, как молотом по железу, боль, из-за чего все тело вздрогнуло. Зажмурившись на секунду, я погрузилась то ли в сон, то ли в галлюцинации. Странное заключалось в том, что все было настолько ярко, будто это происходило сейчас. Передо мной находилась девушка в алой мантии и черном пышном бархатном платье. Ее лица я не видела из-за капюшона, только черные волнистые волосы.

– Ты нарушила закон, – холодно и властно прозвучал голос незнакомки, которая сидела на высоком величественном троне с красной обивкой. – Тебе разве не говорили, что союз с врагом не приведет к хорошему? – продолжила она на повышенных тонах.

– О чем ты думала, сестра? – раздался второй недоуменный женский голос, обладательница которого сидела чуть ниже.

– В отличие от вас, сестры, во мне осталась капля человечности. Моя душа и розы еще цветут, а не плавают в крови, – жестко последовал ответ. – Здесь я создаю законы, а не вы!

– Тот, кто создает их и правит страной, не совершает глупостей, сестрица, – прокомментировала незнакомка с черными волосами.

– Кем бы ты ни был, право на ошибку дается каждому. – Девушка собралась покинуть зал, как вдруг все осветила белая яркая вспышка.

– Просыпайся, мы приехали, – послышался голос мамы, вернув меня в реальность.

Я резко распахнула глаза и огляделась. Все-таки сон захватил ненадолго. Последнее, что помню, – парень, которого случайно увидела в толпе.

Мама захлопнула дверь автомобиля, а я, сонная, продолжала оглядывать местность, куда мы приехали. Спустя минуту уже не чувствовала себя спящей красавицей и выбралась из машины. Свежий легкий ветерок сразу обнял, разговоры и крики детей раздавались повсюду. Лилиана неторопливо ушла вперед, оставив меня в растерянности среди шумного и кипевшего жизнью парка. Ничего не оставалось делать, как собраться и пойти следом за мамой.

– Куда ты притащила нас? – буркнула я, догнав ее.

– Туда, где живет детство.

И это сказала та, которая не особо любила шум и детей? Подозрительно слышать такое от мамы, потому что она редко посещала подобные места, и тем более с детьми, которые для нее всего лишь временные игрушки, украшавшие серый фон в присутствии взрослых.

Молча продолжала идти за Лили, рассматривая с нескрываемым любопытством и интересом местность. Старалась выкинуть из головы все плохие мысли, что вызывали не самые лучшие чувства и ощущения. Кругом крики и смех детей, разные аттракционы: от простых детских качелей до американских горок, необычные яркие статуи в виде зверюшек, стоявшие в небольшом ботаническом саду и украшавшие дубовые беседки у маленького водопада и искусственного озера, в котором плавали кувшинки; молодежь отдыхала рядом на лавочках, кто-то из детишек кормил птиц или бегал за ними, катался на велосипедах и самокатах, роликах. Некоторые предпочитали отдыхать в ближайшем кафе из темного кирпича или на открытой террасе, огороженной дубовыми перилами. Люди сидели либо в одиночку, погруженные в мысли, либо компанией из четырех человек за квадратными деревянными столами, обсуждая что-то из последних новостей. Официанты с подносами не прекращали обслуживать посетителей. Когда мы с мамой дошли до центра парка, передо мной в нескольких шагах открылся чудесный вид в другую Вселенную, где жизнь кипела радостным визгом детей, непрекращающимся смехом, счастливыми искренними улыбками. Гигантское белое, светящееся разными цветами колесо обозрения с открытыми кабинками и Алое море за ним заставили меня остановиться, замерев. Я несколько минут стояла неподвижно и завороженно смотрела только вдаль, на картину, которая обрела новые яркие краски. Жаль, что сейчас был не закат, но и без него красиво. Удивительно. Потрясающе. Если бы у меня имелись возможность и талант к рисованию, я с радостью перенесла бы этот прекрасный вид на бумагу.