Его сбежавшая Принцесса (СИ) - Адаревич Дарья - Страница 69

— Схватите негодяя! — крикнул страже отец.

Несколько рыцарей бросились выполнять приказ. И вот мы с Эдом стояли посреди зала и смотрели на моего отца. Я улыбнулась и бросилась папе на шею. Да, принцессы так не поступают. Да, это против правил. Да, меня учили манерам… Но сейчас другая ситуация. Отец гладил меня по спине.

— Прости, прости за все эти годы…

— Я знаю, — шептала я, — все понимаю, это Звездочет. Это он, а не ты.

Показалась мама. Она стояла смущенная и удивленная, казалось, до сих пор не верила в то, что Звездочета больше нет.

— Ваше Величество, — заговорил Эд, — я хочу взять Вашу дочь в жены.

Я заулыбалась. Душа пела. Возникла очаровательная неловкость.

— Кто ты такой? — смутился отец, — и какое отношение ты имеешь к Македонии?

Все видели, как мы с Эдом целовались в центре бального зала, и это вызвало немало вопросов.

— Он спас королевство, победил Звездочета, — послышался довольный голос Юлия, — разве этого мало?

Король задумался. Ну ладно, хватит. Давайте не будем ставить моих родителей в неловкое положение, давайте скажем правду!

— Наша дочь заслужила! — вдруг сказала мама, — она заслуживает счастья с тем, кого любит!

Я застыла. Мама? Серьезно? Она решила за меня вступиться?!

— У нас есть долг перед Литвудским королевством, — сказал отец, — я понимаю, что договор заключал Звездочет, а не я, но все же…

Я уже открыла рот, чтобы все объяснить, но Эд опередил меня. Он поклонился и протянул моему отцу перстень. Красный. Тот самый перстень для выслеживания Литвудской крови.

— У меня не было шанса представиться, — сказал Эд с теплой улыбкой, — мое имя Август Эдоардо Фридерик, я старший сын Литвудского короля Леопольда и прямой наследник престола.

Отец внимательно смотрел на него, с недоверием. Нахмурился. Разглядел перстень. Снова перевел взгляд Эду на лицо, потом на шрамы.

— На портрете ты выглядел иначе, — наконец сказал отец.

— Портреты лгут, — шепнула я отцу, — но это правда он.

Краем глаза я видела, как медленно подходят к нам Аника и Великан. Живые. Здоровые. Красивые. Аника одета в нежное розовое платье. Мы обнялись.

— Живая! — воскликнула я, — живая!

— Вытащил Эд, вытащил, паршивец!

— Живые! Вы все живые!

И краем уха я слышала, как вздохнула моя мать:

— Македония, ты невозможная!

Глава 39. Одна душа на двоих!

— Мы поженимся сейчас, — сказала я, — раз уж все гости собрались. Им обещали свадьбу принцессы Македонии, значит они получат ее. Свадьбу Македонии.

Мы с Эдом выпили из преподнесенного кубка. Мы обменялись белыми лентами, повязали их на запястьях. Сказали ритуальные слова. И наконец нас объявили мужем и женой. И Эд поцеловал меня. Поцеловал с нежностью и любовью.

— Эд, — шептала я.

— Донна…

— Эд…

— Донна… Донна, прости за те дни. Прости за все, что я натворил, пока не помнил.

Я улыбнулась, растрепала его короткую челку.

— Я буду скучать по тому Эду. По Эду мальчишке.

— К счастью, скучать не придется. Я — это он, а он — это я.

— Знаю, — я снова коснулась губами его губ, — я знаю.

После великого пиршества мы помчали в деревню. Но сначала заехали в наш лагерь. Теперь, в компании наших друзей, все на самом деле стало, как раньше. Дом. Мы вернулись домой.

— Донна, у меня есть для тебя кое-что, — позвал Эд, заводя в шатер.

Там висело то самое белое платье. Мамино платье в кружевах. Платье, в котором мы с Эдом познакомились. Платье, в котором я сбежала с нашей с ним свадьбы. Я широко улыбнулась.

— Мой милый муж, — начала я, — но мы же уже поженились.

— Поженились принцесса Македония и принц Август. А что насчет Донны и Эда?

— Хочешь устроить свадьбу лесного разбойника и уличной артистки? — рассмеялась, — как ты там говорил… Ах, да! Что меня вырастили цыгане.

— Ох, позор какой, — рассмеялся Эд, — это не я, это другой Эд. Ему было семнадцать.

— Я люблю тебя, Эд. Всего тебя. И в семнадцать, и в двадцать пять. Люблю тебя.

Эд поцеловал меня.

— Я тоже тебя люблю, моя Донна. Моя невероятная девчонка.

— Эд, муж мой, поможешь переодеться из одного свадебного платья в другое?

Я развеселилась. На душе было свободно и спокойно. Душа танцевала.

— Конечно, милая моя супруга, как я могу отказать?

И вот мы уже мчали на лошади в деревню. За нами спешили Юлий и друзья.

Гуляла вся деревня. Мы представились Эдом и Донной — простыми ребятами, играющими простую свадьбу. Веселее всех было деревенским детям. Они скакали и все поздравляли и поздравляли!

— Какое совпадение! — неожиданно сказал мальчишка Пиг, — только-только поженились принцесса Македония и принц Август, а сегодня уже вы. Что за неделя! Столько свадеб.

— Совпадение, так совпадение, — промурлыкала я.

Эд взял меня на руки, понес в центр поляны.

— Спасибо вам всем! — сказал он, — в нашей жизни были тяжелые времена, которые мы бы не пережили без вас, — обернулся на Илинну и Гнею, — спасибо тем, кто приютил и вдохновил, — обернулся на друзей, — спасибо тем, кто всегда был рядом и поддерживал, — спасибо всей этой деревне за то, что стала нам домом. Людям, которые здоровались на улицах и людям, которые, — Эд присмотрелся.

Вдали стоял тот старик-травник и хитро улыбался.

— Вы добрые люди, — продолжил Эд, — веселитесь! Сегодня я женюсь на самой потрясающей женщине. Видите эти шрамы? Я умер, а моя потрясающая невеста умудрилась связать наши души и вытащить меня наружу, она невероятная. Сильная и красивая, добрая и стойкая. Она прекрасна.

Ну ладно, семнадцатилетний Эд вряд ли смог бы так сказать. Семнадцатилетний Эд бы просто позвал всех веселиться на свадьбе.

— Просто веселитесь! — крикнул Эд, — танцуйте и будьте счастливы!

Все-таки, этот и тот Эд — это один и тот же человек.

— Донна, ну зачем ты так заморачивалась! — возмущалась, стоящая за моей спиной Илинна.

Она стояла в потрясающем синем платье. Очень красивом платье, которое для нее подобрала Аника. Еще никогда Илинна не выглядела такой… такой утонченной и нежной.

— Я хотела, — сказала я с улыбкой, — всегда хотела, чтобы ты была на моей свадьбе самой красивой.

— На свадьбе самая красивая-невеста.

— Для меня ты. Навсегда.

— Твой дружок помнится был немым, — послышался ворчливый голос Инквизитора, — но вон как хорошо говорит.

— Я рада, что Вы пришли, — сказала я, оборачиваясь.

— Новый староста деревни! — поприветствовал его Эд, — хорошая работа. Деревня процветает! Видел, ваш новый рынок!

— Это все-таки ты, парень.

— Я.

— Странная вы парочка, странная.

И Инквизитор ушел, по дороге задержавшись на разговор с Илинной. О чем они говорили я не знала, но видела, как Инквизитор чуть заметно улыбался.

Тут уличные музыканты заиграли вальс. Одной из первых пар встали Гнея и Медведь. Они танцевали не очень умело, зато не отрывали друг от друга взгляда. Мы с Эдом медленно подошли друг к другу. Смотрели друг другу в глаза и видели истинное, неподдельное счастье.

— Вы прекрасны, — сказал Эд, — я увидел Вас и сразу же полюбил.

— Потанцуем, незнакомец? — спросила я хитро.

Но наша игра в незнакомцев сломалась слишком быстро, потому что танцевать так, как танцевали мы, могли только близкие друг другу люди. Люди, у которых одна душа на двоих.

КОНЕЦ