Эй ты, бастард! Том II (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 9

А спрашивал он крепкого мужчину, который вышел следом за ним.

Высокий, широкоплений. С лицом, будто высеченным из камня. Из-под густых чёрных бровей он смотрел тяжёлым взглядом психопата.

— Горалов, — тихо произнёс Хельг, заливаясь багрянцем. Он сжал кулаки до дрожи. И едва сдерживался, чтобы прямо сейчас не броситься вперёд.

А вот остальных троих я знал и даже более того — именно моими стараниями в этой зоне они и оказались.

Кинжальщик, который моментально узнал меня. Истощавший и осунувшийся, он тоже начал закипать от ненависти.

Вторым был пират, который мог превращаться в тигролюда. Он смотрел скорее с опаской и на меня, и на Виталия. Он был «посвежее».

Как и Елисей, который просто глядел по очереди то на нас, то на своих спасителей. По его лицу было невозможно догадаться, о чём он думал.

— Стоять, именем имперского закона, — властно сказал Виталий, принимая полутигриный облик. — Иначе будете уничтожены, как враги Империи.

— Как всё серьёзно, — присвистнул обезьянолицый и повернулся к Горалову. — Ваше высочество, а вы знаете этих людей?

Тот посмотрел на Виталия, а затем на Хельга и… засмеялся. — Амурский и малыш из рода Крестовичей. Имя не помню, этих тварей там целый выводок.

— Ты не имеешь права произносить название моего рода! — взъелся Хельг и сделал шаг вперёд, покрывая руки паутиной.

— Хельг, держи себя в руках, — строго велел ему Виталий. — Сейчас не время для эмоций.

— Твой большой хозяин говорит правильные вещи, — улыбнулся Горалов. — Слушайся его, иначе закончишь как брат и сёстры. Что там я с ними сделал, не напомнишь? А, вспомнил. Брата я просто убил, а сестёр…

Резьбу сорвало. Хельг, до этого отличавшийся спокойствием даже в самых сложных ситуациях, бросился вперёд.

Правда, тут же был оттянут моим телекинезом назад, под ставший оглушительным смех Горалова.

— ПУСТИ МЕНЯ! ПУСТИ! — взбесился Хельг, пока не получил Псионический Импульс в глаза и не был отдан одному из тайговцев, который быстро поволок его к машине.

— Учитесь, молодые, как вывести двух врагов из боя ещё до его начала, — Горалов улыбнулся во все зубы и взглянул на меня. — А ты вовремя спас ему жизнь. Я уже представлял, как давлю очередного паучка. Кто ты?

— Это Кальмаров, — злобно процедил Кинжальщик. — Ублюдок, который засадил меня сюда.

— О, так вот ты какой! — почесал затылок обезьянолицый. — А меня Риком зовут, будем знакомы! Каин про тебя рассказывал, что ты большая заноза и нашего славного Елисея поймал, — он ткнул того в плечо. Но Елисей хранил невозмутимость. — Наверное, очень сильный, да? Себа должен был решить твою проблему. Но, кажется, не преуспел. Значит, делать это придётся нам, ваше высочество.

— Решим, — кивнул Горалов. — Тем более, что времени у нас осталось немного. Я уже слышу, как земля передаёт вибрации приближающегося сброда. Вероятнее всего ДКРУ. Бегут на помощь своим убитым коллегам.

— Кальмаров на мне, а на вас — все остальные, — хмыкнул Рик и исчез.

Чтобы секундой позже появиться прямо передо мной, с длинным загнутым кинжалом, который метил мне в шею.

Я тут же сместился назад телекинезом, уходя от атаки.

Одновременно с этим содрогнулась земля под ногами, ломаясь крупными кусками. Тайговцы попадали, кроме Виталия, который в облике тигра бросился на Горалина.

А на меня уже обрушивался новый удар, о котором я узнал только благодаря предупреждению Зырика. Он смотрел на всё сверху.

Я успел пригнуться.

— Да что ж ты такой прыткий? — произнёс Рик, соскакивая с надломившейся земли. — Обычно все думают на полсекунды дольше! — и снова исчез.

Но это была не телепортация.

Истинным Виденьем я заметил, как от него проходит поток проклятой силы, незаметной обычному глазу. А спустя секунду Рик стремительно проносится по этому потоку, словно отправленный по рельсе вагон.

Так что если он перемещался быстрее меня в десятки раз. То вот я мог видеть его будущее.

— Чего ухмыляешься? — со скисшей рожей спросил он. — Я тебя всё равно убью, как бы ты не бахвалился! — и снова исчез. На этот раз чтобы появиться у меня за спиной.

Прямо перед дулом отведённого назад «Зверобоя».

Выстрел. Удивлённый вскрик и хрип.

Я резко развернулся. Пуля снизу залетела ему прямо в грудь, пробив лёгкое.

Рик отшатнулся, выкашливая кровь, а кивой кинжал выпал из его руки.

Послышался яростный рёв и вновь дрогнула земля. На этот раз Рик, всё ещё сохранивший удивлённое выражение лица, упал между надломившимися кусками земли.

— Ты пророк? — только и спросил он, прежде чем новое землетрясение обрушило на него многотонный кусок перевёрнутой земли.

От которого и мне пришлось уходить, смещаясь телекинезом.

Проклятая аура Рика начала таять. Он был мёртв.

— АААРГХ! Я НЕ СДАМСЯ! Я НЕ ВЕРНУСЬ ТУДА, ГДЕ ВЫ ЗАМУЧИЛИ МОИХ СЫНОВЕЙ! — послышался яростный вопль Горалова.

Виталий прыгал вокруг него, уворачиваясь от каждого надлома земли или трещины, что проходила под его ногами.

Остальные тайговцы вообще не вмешивались, наблюдая за схваткой на расстоянии, с ружьями наготове.

Вот только Елисея и ещё двоих нигде не было видно. И это беспокоило, потому что он и в одиночку мог устроить проблем.

И только краем глаза я заметил их троих у края стены. Елисей сидел на земле, скрестив ноги. Его руки спокойно покоились на коленях, а Кинжальщик и пират-тигролюд лежали рядом.

Живые, но без сознания.

Пока Виталий успешно справлялся с Гораловым. Так что я решил быстро добраться до Елисея и остановить его, пока он не попробовал бежать.

Правда, он даже не попытался. Когда я подошёл он приоткрыл глаза и спокойно сказал:

— Я подожду, пока вы закончите. А потом сдамся. Оставь этих двоих на меня, я прослежу, чтобы они никуда не делись.

— Предал Каина?

— Нет, — он покачал головой. — Я предал себя и память своего Учителя, когда вообще с ним спутался. Так что сейчас я могу лишь попытаться искупить свою вину и не дать пролиться ещё большему количеству крови.

Он сидел. Не атаковал.

Хотя мог сбежать ещё до того, как я его замечу.

Неужели так сильно на него повлиял наш спектакль?

И мог ли я ему довериться?

— Я не оставлю тебя в сознании, — сказал я.

— Я понял, — кивнул он и принялся себя душить. Смиренно, с железным хладнокровием, пока не довёл сам себя до отключки.

Действительно, активность энергии в его ауре замедлилась. Но для надёжности я всё равно нажал несколько энергетических точек и у него, и у лежащих рядом недругов. Так они не очнутся ещё пару-тройку часов.

А затем вернулся назад.

Горалов, держась за кровоточащий бок, стоял на коленях. — Амурский… вы всегда были опасными и слишком многое себе позволяли. Поэтому мы с другими кланами и объединились тогда против вас, — он закряхтел.

— Ты вздумал, что сможешь пойти против императора, — твёрдым голосом отвечал ему Виталий. — Вздумал, что сможешь захватить всю власть во Владивостоке и отколоться от Империи, уйдя под власть англичан или французов. Ты пошёл на самые отвратительные методы ради этого. Истребил половину рода Крестовичей — моих верных вассалов. Будь моя воля — я бы убил тебя на месте. Но закон требует от меня обратного.

— Ещё бы, — фыркнул Горалов. — Ты же у нас такой правильный. Ничего, Леопардич всё равно не позволит меня убить. Ведь пока я жив, пока мои потомки ходят по земле, Амурским никогда не знать покоя. Как и всем вашим рабам, вроде Крестовичей. А Леопардичам это на руку.

Я подошёл ближе.

— Зачем ты Каину? — спросил я.

— Понятия не имею, — засмеялся он. — Видимо хотел, чтобы я повторил свою маленькую революцию, пока он прибирает всю власть к своим рукам. Но не срослось, — он посмотрел по сторонам мутнеющим взглядом. — Что, всех упокоили? Мартышку? Монаха? А, плевать. Все равно они ничтожества низкородные.

— Виталий, что важнее: закон или справедливость?

— М? — тот повернулся ко мне. — Справедливость ориентируется на нормы закона.