"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 92

– Нет, к твоему, – ответил я и мгновенно понял, что сболтнул лишнее. Мне до последнего не хотелось говорить о цели пути. Вдруг ничего не вышло бы? Не хотелось выглядеть пустозвоном даже в детских глазах. А они, между тем, засияли счастьем. Вот только оно очень быстро в них потухло.

– У меня нет дедушек. И нет бабушек. Нет папы… Нет мамы и нет сестры!

Вот и всхлип. Как бы не расплакалась.

– И что с того? У меня вот тоже никого нет.

– Поэтому ты такой злой, да? Я тоже такая буду?

– Не будешь, – рассердился я и, подумав, добавил. – Тебе-то с чего? У тебя дед есть.

– А какой он?

– Узнаешь, когда мы до него доберёмся.

– И когда это будет?

– Чем быстрее ты достигнешь результатов в том, чему я тебя учу, тем меньше времени и сил мы затратим на дорогу. Кстати, конкретно то, чем мы сейчас займёмся, позволит убрать внутренний резерв. Так Квалификаторы перестанут чуять тебя.

– А что такое внутренний резерв?

– Это уже шестой вопрос за две минуты. Хватит болтать и приступай к делу!

– А покушать что-нибудь есть? Мне есть хочется.

– Корову я не трону, но могу поджарить либо твою левую, либо твою правую руку. Выбирай!

Элдри замолчала, задумчиво поджав губы. Но такой прекрасно тихой она была крайне недолго.

– Морьяр?

– Что?

– Ты же говорил, что не будешь меня кушать, если я буду тебе помогать.

– Угу, было такое. Так что дождь утихнет, пойдёшь доить корову.

Я тут же принялся рыться в поклаже и, найдя искомое, сурово вручил девочке котелок, в котором уже давно ничего съестного не варилось. Однако малышка только рассмеялась и обняла меня. Я настолько оторопел, что даже не сразу начал вырываться из детских объятий.

– Ох, ты такой смешной, Морьяр!

– Это ещё почему!

Глаза Элдри выглядели хитрее некуда.

– Я же маленькая. Я не умею, мне с этим не справиться, – она напоказ вздохнула и заключила. – Тебе придётся.

М-да. Походу не один я в нашей компании обладал редкостной антипатией к ведению сельского хозяйства.

***

Неизвестно благодаря каким силам вселенной, но к вечеру следующего дня мы вышли к крупному селению. И это было самое настоящее чудо! К тому времени насморк замучил меня настолько, что я даже не сразу сообразил, что не стоит привязывать корову к привязи для коней. Ну, или хотя бы следовало своевременно снять с неё седло… Но зато любопытные зеваки посмеялись вволю! Под их тихий (и не очень) хохот я и Элдри вошли внутрь одноэтажного добротного трактирчика. Людей там почти не было. Уйма мест оказалась свободными. Так что я оставил девочку сидеть за одним из столиков, а сам подошёл к стойке.

– Деньги Амейриса не принимаем, – гордо задирая пухлый нос, сказал трактирщик, когда я сделал заказ и уже был готов за него расплатиться.

Ну вот, а я уж и на горячую баньку понадеяться успел.

– Даже если серебром?

– Даже золотом. Эти монеты повсеместно законом запрещены, не хочу потом перед констеблем отчитываться откуда взял.

Мне подобного ещё меньше хотелось. Так что я скуксился, жадно вдохнул в себя тянущийся с кухни аромат жаркого, и… тут же вспомнил, что обладаю имуществом, от которого определённо мечтаю избавиться.

– Тогда, может, возьмёте корову? Невероятно дойная скотина! Не особо задорого и отдам.

– Да зачем мне корова?

– Вместе с седлом продаю.

– А корова с седлом-то мне зачем? – ещё больше удивился трактирщик.

Я резко замолк, не зная, как втюхать ему, что это такой маркетинговый ход, а не моё рассеянное состояние. Мне было очень плохо. Я мог дышать только через рот, часто кашлял и явно температурил.

– Это вы про ту коровёнку, что к столбу привязана? – между тем поинтересовалась дородная и просто, но хорошо одетая женщина с румяным добродушным лицом. Немногим ранее она вошла в трактир, прижимая к поясу большой кувшин.

– Да, про неё, – ответил я.

– Славушка, голубчик, нацеди мне лучшего пива. А то свёкр заявился, на стол поставить что-нибудь надобно. Уважить.

– Ох, и хорошая ты баба, Варьюшка.

– Хорошая, – улыбнулась женщина, но глазки на пару секунд скромно опустила. – А вы, юноша, что за коровку-то хотите?

– Денег.

– Денег все хотят, но много за неё не дам. Два серебряника. Плохо вы за ней ухаживали. Отощала. Да и выдаивали худо. Вымя опухшее аж! Разрабатывать придётся.

– Седло тогда себе оставлю. Если устраивает, то по рукам.

– Хорошо, – заливчато смеясь, протянула она мне свою пухлую руку. – Седло мне и не надобно вовсе. Но если надумаете продать его, то вот вам совет – к Рыбнику ступайте. Он сына в пажи снарядить желает. Коня купил, а про остальное запамятовал, бедолага.

– А неча крестьянину выше головы своей прыгать! – зло буркнул трактирщик, покуда я жал неприятно мягкую руку женщины. – Вот скажи, какой из его Проньки рыцарь будущий?

– Ой, и не представляю, Славушка! А вы, юноша, пойдёмте. Корову мне до двора доведёте, деньги и получите.

– Элдри, пошли.

Идти надо было недолго. Варья, на деле оказавшаяся местной простушкой удачно вышедшей замуж за сына богатого скотовода, жила всего через десяток дворов от трактира. Однако даже за столь короткое время она сумела не только о себе вдоволь рассказать, но и меня о многом порасспросить.

– Я много чем в жизни занимался, – ответил я на вопрос о профессии. – Даже по глине рисовал. Мастер говорил, что у меня хорошо получалось.

– Что же ремесло не стал перенимать до конца?

– Хотелось мир познать.

– И как? Хорошо ль так бродить по свету? – с явной жалостью поинтересовалась Варья.

Размышления о том, как бы ответить помягче, привели к тому, что Элдри опередила меня с ответом:

– Плохо – тоскливо протянула девочка. – Кушать всё время хочется.

– И корову, и дочку не кормишь. Разве так можно ни о ком не думать?

«Вот именно из-за того, что я вынужден думать о ком-то кроме себя, такой кошмар со мной и происходит!» – мог бы воскликнуть я.

Серьёзно, ещё вчера поесть могли бы, если бы эта девчонка дала корове хвост отрезать. Кроме того, мне Тьме уже совсем мстить не хотелось. Вот прям ни каплюшечки! Я давно остыл и простил всех и вся. Я окончательно осознал, что истинное душевное равновесие мне принесёт только мой скорейший уход из этого мира на любимые дороги междумирья.

Ах, мои прекрасные и расчудесные дороги междумирья! Тогда, когда я сотворю своё первое заклинание, то, каким бы оно ни было, я испытаю несравненное счастье!

О, как же я хотел бросить это треклятое путешествие в Юрвенлэнд!

Но меня по-прежнему останавливали воспоминания об Эветте и ослиное упрямство, требующее всенепременно довести начатое до конца.

«Что во время учёбы, что сейчас», – мысленно отругал я себя, но не сурово. Понимал, что Элдри действительно стоит к кому-нибудь пристроить.

– Ладно, не бери мои слова в голову, – отреагировала на моё молчание Варья. Женщина, видимо, приняла тишину за сожаление, а не за невозможность выразить словами все охватившие меня негативные эмоции. – Да и знаешь что, свёкр мой приехал нежданно, в ажиотаже всего наготовили с излишком. На тебя с дочкой точно хватит. Вон на лавочку у сарая садитесь, вынесет вам Милка чего-нибудь.

Нас действительно накормили, не пожалев на то снеди. Кухарка выбежала из дома вместе с какой‑то расторопной девицей, и вместе они поставили на скамью миску тушёной картошки с потрошками, чашку кислой капусты, два огромных ломтя хлеба да четыре пирожка. Затем девица сунула мне деньги за корову и увела животину в сторону хлевов. Я был практически счастлив. Задарма прекрасно отобедал, да и седло вместе с поклажей осталось лежать у моих ног. Если говорить честно, то продавать его какому-то Рыбнику я не был намерен. Мне думалось, что я смогу купить себе какую-нибудь ездовую животинку. Корова обычно стоила столько же, сколько лошадь. Но даже захудалая лошадь смогла бы отвезти меня вместе с Элдри к… а куда? Действительно! Я же так и не расспросил никого, где обитает Джозеф Бонтьэль, герцог Юрвен! Вдруг он нынче не в столице, а впереди войска шагает?