"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 272

— Я ждал поединка, готовил ловушки, расставлял капканы… А знаменитый Странник предпочёл битве роды?!

— Смерть важна так же, как и жизнь, — смог хрипло выговорить я. — Но она не то, к чему стоит стремиться. Я должен был помочь. В этом было больше смысла.

— Больше смысла?! Ребёнок умер! — жёстко воскликнула Элдри, продолжая глядеть в одну точку, а затем неожиданно вырвала из рук Герды свёрток и закричала: — Прекрати ты уже петь, слышишь! Она мертва! Твоя дочка мертва! Мертва!

— Отдай!

— Нет! Она умерла!

— Отдай!

— Нет! Она умерла, дура! Умерла!

— Элдри! — зажимая свои уши так крепко, как возможно, криком попытался вразумить её я.

Обе, и Герда, и Элдри, безостановочно вопили одно и тоже. Мне пришлось встать на ноги и схватить девочку за плечи:

— Отдай ей ребёнка!

— Но он умер! Она умерла! Она умерла ведь…

Элдри вдруг прижалась ко мне и закрыла глаза.

— Она умерла ведь, — простонала девочка, по лицу которой стекали слёзы.

— Умерла, — подтвердил я. — И мёртвые никогда не становятся живыми. Но это не значит, что у этого ребёнка нет любящей матери. Отдай ей её.

Я посмотрел, как сверток перешёл в руки Герды, а потом поглядел на пришедших за мной людей. Моё сознание начало проясняться. Близкая опасность требовала разрешения.

— Да он же совсем безусый мальчишка, — подметил граф с удивлением. — Уж не солгали ли нам? Мог ли такой малец биться с драконом?

— Мог, ваше сиятельство. Он весьма силён, — ответил ему Хоррен, уже разобравшийся во всё ещё колеблющих пространство остатках заклинаний. — Почти вся кровь здесь сотворённая. Создать её в таком количестве — кропотливый и очень тяжёлый труд. Неумеха с таким бы не справился. Эта работа не по силам даже старательному ученику, и уж точно невозможна для самоучки… Кто твой учитель, Странник?

— Тирлим-бом-бом, тирлим-бом-бом, а может спросим мы потом? — вновь запел, дурачась Арнео. — Палач уж наточил топор — пора б озвучить приговор!

— Да замолчи ты, шут! — прикрикнул на хранителя мира граф. — Какая честь убить почти что мальчишку, да ещё и после увиденного здесь?! Или я кажусь тебе диким варваром Северного Беспредела?

— Из этого молодого человека мог бы выйти толк, — поддержал маг. — Ему бы общество сменить. Знаете, я бы хотел взяться за него. Пусть бы он стал моим учеником, если он согласен.

Только погружённость в совсем иные мысли не позволила моим бровям взлететь до небес…

Дожил!

Закончить Чёрную Обитель прямо-таки с отличием, запугивать всё междумирье, общаться без посредников с великой Тьмой, разрушать миры — и всё ради того, чтобы мне милостиво предложили стать учеником какого-то там завалящего волшебничка на отшибе вселенной.

— Нет, Хоррен, — резко отказал граф. — С глазами цвета как у него в Диграстане делать нечего. Возможно у тебя есть достойные коллеги в других странах?

— Миледи Еленика из Тираиса мне бы не отказала.

— Хорошо, дай ему рекомендательное письмо, — согласно кивнул головой граф и обратился ко мне. — Смени имя и убирайся отсюда. Чтоб до заката ноги твоей в Йордалле не было!

Он вознамерился было уйти, но Арнео запрыгал у двери, подыгрывая себе своеобразной погремушкой — бубенчиками, закреплёнными на палочке:

— Тирлим-бом-бом, тирлим-бом-бом, а девочку себе возьмём? Она юна так и мила, оценит то сын короля. Его высочество грустит, девица ж нрав его смягчит!

Подобных слов от Арнео я никак не ожидал! Хранитель мира определённо что-то замыслил. Зачем ему Элдри?! Я искоса и мрачно посмотрел на бессовестную рожу бога.

Однако сам граф не особо понял, кого имеет ввиду его «шут», а потому уставился на Лизу. Та от пристального взгляда потупила глаза и стыдливо поправила верх измазанного кровью платья.

— Получше найдётся, — не оценил простушку высокородный господин и, выдав пинок Арнео, чтобы тот прекратил загораживать проход к лестнице, ушёл. Хоррен же снял с пальца массивное латунное кольцо с чёрным камнем и бросил его мне. Я машинально поймал безделушку, удивляясь её тяжести.

— Хочешь достойной жизни, иди в Старканию. В город Тираис к миледи Еленике. Отдай ей кольцо, и ты полностью изменишь свою жизнь, — сказав это, он неторопливо пошёл к двери и на прощание добавил: — Такие шансы не упускают.

Я прижал ладонь к груди и слегка поклонился. Жизненный опыт говорил мне, что какими бы идиотами не были некоторые люди, к ним стоит относиться с уважением. Просто потому, что они старше, выше по званию, богаче… ну, или просто потому, что за пределами твоего дома их ждёт взвод вооружённых солдат.

— Лиза, — когда мы остались одни, обратился я к девушке. — Я думаю, отмывать эту комнату бесполезно. И раз кто-то смог сообщить, что я здесь, то и не безопасно. Знаешь, куда можно перенести Герду?

— Нет, — покачала она головой и, на пару мгновений задумываясь, предложила. — Хотя, если вы сможете проводить нас до моей родной деревни, то я знаю, что делать. Те деньги, что вы не взяли. Ими я смогу расплатиться с отцовским долгом и верну себе дом. А там хорошие места. Мы с Гердой сможем жить спокойно. Будем плести коврики, вышивать рубахи и продавать их на ярмарках.

Глаза Лизы загорелись огоньком. До чего же простые мечты у некоторых! Я аж снисходительно улыбнулся. Глупая, она даже не подумала, что от противостояния варваров севера и диграстанцев её деревня могла ой как перемениться!

…Но других идей у меня не имелось. Да и за Гердой стоило присмотреть хотя бы пару дней.

— Где деревня-то? К югу? К северу отсюда?

— Туда. К югу, — уверенно указала она на восток. — Прямиком по южному тракту. Я до сюда шесть дней пешком шла… Боязно одной было.

— Тогда ладно, проводим. Всё равно нам по пути будет… Одежда только у тебя какая-нибудь на меня найдётся? Эта так измазана, что мне никуда отсюда не выйти.

Одежды не нашлось. Но и переодеваться следовало бы на чистое тело. Так что мы, как могли, обмылись, пока Лиза, сменившая платье, отправилась на улицу. Девушка боялась, но тут я ничем не мог помочь. Я не стал бы рыскать по городу в поисках телеги весь в крови с головы до ног. А без телеги было никак.

Пока та отсутствовала, Элдри помогла мне одеть Герду. Женщина была очень и очень слаба. А там и Лиза вернулась с каким-то рваньём, поверх которого лежали доха и рыжая меховая шапка. Вещи превратили меня в несусветное пугало, но так я хотя бы мог из дома выйти.

Где искать телегу, я очень хорошо предполагал. Варвары навезли предостаточно их перед домом Стаи. С дюжину! А понадобилось бы для бочонков от силы четыре. И то только из-за того, чтобы к разным башням единовременно возы пустить. Однако место это было опасное. Раз за мной шла охота, то уж логово Драконоборца и его людей солдатня бы навестила. Но…

Видимо, я пришёл к тому моменту, когда все уже вдоволь навеселились. Не будь зима, дом бы сгорел. А так сырые стены и крыша лишь немного пообгорели. Наши самодельные конюшни оказались разрушены. Возле крыльца кто-то воткнул копьё с флагом Стаи, на которое была насажена голова Данрада.

Треклятье! Великая Тьма! Этот человек стал мне уже казаться бессмертным! Его смерть словно бы довела до своего пика то, что я почувствовал, узнав о гибели Сороки. Эпоха! Кончилась эпоха Данрада-Драконоборца! Сколько людей дрожало от ужаса пред ним! Выходец из низов, ставший легендой! Легендой, которую, увы, забудут столь же быстро, как она и возникла. В беспощадной истории остаются безликие имена королей и королев, но кто кроме меня через скромные полсотни лет вспомнит какого-то наёмника Холщу и его жуткую привычку измерять людей?! Я ненавидел этого типа. Без тени сомнений и без малейшего стеснения скажу, что он был жуткой сволочью! Но при этом я уважал его значительно больше, чем даже себя самого. Он мог перевернуть историю всего мира, дай ему судьба больше по праву рождения! У него были для этого все качества… но слишком мало власти.

— Ведь это он творил историю. По крайней мере — мою, — сказал я вслух и, подойдя к голове, срезал с той ухо на память.