"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 269

Наверное, не надо было мне оставлять молодую женщину тогда, когда мы встретились в Йордалле впервые. Она же всё-таки была кровью мастера Гастона и носила в себе продолжение его крови.

— С ума сошёл? — с силой упираясь руками о мой стол, рассердился Сокол. — Ничего, что нам вообще-то воевать надо? И на тебе первый удар!

Перст судьбы. Если не последовать ему, то мироздание может расстроиться.

… И отомстить.

— Эй, а далеко нам идти придётся? — спросил я девушку. — Долго?

— Нет, тут совсем ничего. Мы на Косом переулке живём. На мансарде пожжённого зелёного дома.

— Слышал? — обратился я к Соколу. — Тут всего минут пятнадцать хода. Пятнадцать туда, пятнадцать обратно и на все дела полчаса хватит. Как раз Элдри доварит.

— Да пускай идёт себе, куда хочет, — с раздражением в голосе вмешался в разговор Данко. — Сокол, ну ты ж не дурак. Прикинь только, как он нам тут целый час нудеть будет, что мы его к бабе не отпустили?

— Ладно, — явно нервничая, нехотя согласился Сокол. — Но ты уж побыстрее там.

Быстро и роды — обычно два несопоставимых явления, но я благоразумно не стал об этом сообщать.

Глава 15

По дороге я узнал, что девушку звали Лизой. Кроткое имя невероятно ей подходило. В ней не было жеманства и даже намёка на пошлость. Наверняка, некогда она была местной простушкой при строгих родителях, поддавшейся на уговоры какого-нибудь сорванца‑гуляки. И её проступок ими не простился. Наверное, дело было так. Проверять свои догадки, спрашивая об истине, я не стал. Мне нравилась собственная выдуманная легенда.

Дом, в который Лиза меня привела, оказался покосившимся трёхэтажным строением, на первых двух этажах которого никто не жил. Огромный пролом в стене, следы огня и снятые ставни новых жильцов не прельщали. В Йордалле имелась уйма свободных домов и поуютнее — северяне заняли не так много зданий. Они не привыкли жить по отдельности и, если и выбирали для себя какое жилище, то ютились в нём так, что и шагнуть некуда было, чтоб с кем нос к носу не столкнуться.

Чего там говорить? Варвары!

— Просторненько тут у вас. Аскетично, — постарался пошутить я, намекая на отсутствие мебели.

— Аске… что?

— Я хотел сказать — ничего лишнего.

— Наверное, — не стала спорить она и указала на лестницу. — Герда там.

С мансарды тут же донёсся болезненный всхлип, постепенно переходящий в сдержанный крик.

— Лиза, ты тряпки и горячую воду уже подготовила?

— Да, но я ими начала мыть пол. С неё течёт столько крови.

— Тогда давай. Подыщи что-нибудь и принеси наверх несколько кувшинов кипячёной воды почище. Я пока поднимусь.

— Хорошо.

Я стал неспешно подниматься. Процесс родов мой разум себе хорошо представлял. Но именно что представлял. За столько лет жизни, мне никогда не доводилось наблюдать за рождением. Даже у животных. Однако теоретическая база у меня имелась обширная, а потому дверь на третьем этаже открывал я весьма безбоязненно и уверенно… пока волосы на моей голове не зашевелились.

Герда лежала на кровати и, сжимая в зубах кусок толстой ветки, старалась сдерживать вопли. Сама комната была плохо обставлена. В ней всего-то и стояло две грубо сколоченные кровати, покосившийся стол, несколько табуретов да большая корзина для белья. Внутри было холодно и душно одновременно. Продуваемый второй этаж лишал потрескивающий в камельке огонь его жара. А законопаченные стены и наглухо забитые досками и ветошью окна не давали притока свежего воздуха. Из-за боязни потерять тепло естественного освещения не было. Но на улице всё равно начиналась ночь, так что чадящая лампа меня не расстроила. Просто она давала слишком мало света, чтобы я мог разувериться в том, что вижу именно кровь.

С пальцев моих слетели магические фонарики. Они поднялись под потолок и звёздочками застыли там, заставляя меня задумчиво тереть гладкую кожу подбородка. Лиза не привирала от испуга. Крови и правда было очень много. Как будто в ногах Герды кто-то зарезал огромную свинью.

Медлить было нельзя!

Я скинул плащ на стул, быстрыми шагами подошёл к постели, откинул с низа тела женщины плед и положил руку на её живот, стараясь выявить причину кровотечения и остановить его. От моего прикосновения Герда напряглась.

— Это ты, — она слабо постаралась приподняться на кровати. От движения её лоно исторгло из себя кровь с новой силой, но алому пятну на простыне было уже некуда расти. Красные капли беспрерывно стекали на пол.

— Лежи и не шевелись!

— Это ты, — словно в бреду повторила Герда. Кожа её была белее полотна, на лбу выступил холодный пот, а глаза норовили навсегда закрыться.

— Тихо! — вновь шикнул на неё я.

Мне и в голову не приходило, что всё могло быть настолько плохо. Я рассчитывал унять боль или что-то в таком роде, узнать, зачем ко мне приходила Герда, и уйти. Теперь же мне для начала предстояло вырвать женщину из жадно протянутых рук мрачного короля. Повитуха бы здесь точно не справилась. У Герды оказался слишком узкий таз, чтобы пробовать самостоятельно рожать даже недоношенного ребёнка. Но для полного комплекта неприятностей на матке ещё и образовалась трещина. Кровь пока вытекала наружу, но при окончательном разрыве попала бы в брюшную полость.

— Я не хочу молчать, — вдруг застонала Герда. — Не хочу!

По голове её, что ли, ударить?!

— Если ты сейчас же не заткнёшься, то умрёшь! Я занимаюсь кроветворением!

Начинать с увеличения объёма крови в теле можно было бы счесть и глупостью, если бы кровопотеря не достигла критической точки. Кроме того, я боялся браться за сложное соединение тканей, а потому лишь примитивно создал своеобразные тромбовые затычки на самых крупных артериях, чтобы хоть как-то приостановить ток крови. Страдающий от недостатка кислорода ребёнок начал шевелиться активнее.

А дальше время для меня исчезло. Мои глаза видели, как в комнату вошла Лиза и стала обтирать роженице лоб, что-то непрерывно успокаивающе нашёптывая ей при этом. Мои уши слышали стенания Герды. Рука чувствовала тепло низа живота женщины, а ноги боль — они затекли от долгого стояния на коленях. Но разумом я был далеко. Под моей властью множились кровяные тельца с невероятной для них скоростью. Я купался в потоке энергии, жадно впитывал её и не менее щедро отдавал. В конце концов, пальцы мои начали дрожать, а дыхание стало прерывистым. Мне пришлось прерваться, чтобы сделать краткий перерыв. Я с трудом приподнялся и тут же опёрся о балку, поддерживающую крышу. От перенапряжения меня подташнивало. Судя по оставшемуся в лампе маслу, прошло около часа.

— Всё? Уже всё? Теперь она родит нормально? — с надеждой заверещала Лиза, но я только отрицательно покачал головой и сказал:

— Беги обратно и приведи девочку. Помнишь, она была вместе со мной в доме?

— Да.

— Её зовут Элдри. Скажи, чтобы она взяла мою сумку с синей бечёвкой, бутыль с эфиром Гюрана и со всех ног сюда бежала. Скажи, что я велел. Незамедлительно сюда! Поняла?

— Да. Сумку с синей бечёвкой и бутыль фюрера!

Треклятье! Вдруг они там не то принесут?!

— Сумку с синей бечёвкой и деревянный ящик из-под моей лежанки, дура! И не стой столбом! Беги давай! — прикрикнул я на неё.

Перепуганная моими командными воплями Лиза, даже забыв накинуть снятый полушубок, послушно бросилась вниз по ступеням. Наверняка только пятки сверкали. Я же снова сделал несколько глубоких вдохов и, ещё некоторое время постояв в полной неподвижности, подошёл к изголовью кровати. Голова Герды с прикрытыми глазами лежала на соломенной подушке почти в профиль. Глаза женщины были закрыты, но, словно почувствовав мой взгляд, она приоткрыла веки и шепнула так тихо, как лёгкий летний ветерок пролетает над лугом.

— Мне больно.

— Боль — это хорошо. В смерти нет боли.