"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 267

Телепортация. Точно! Мне нужна телепортация отсюда к едрене фене… хм… куда подальше отсюда.

— Меня, ядрёна вошь, интересуют не идеи, а их исполнение. Конунги решили по тем херам за стеной первыми ударить. Так что не сношай мне сейчас мозг. И знай, в два ночи тебе с Малой открывать бой ударом по баллистам.

— Понял, — разом ужасно расстроился я.

— Есть чё пожрать?

— Да. Я уже! — довольно пискнула Элдри и принялась вытаскивать из печи на стол большой горшок. А там и сняла с него крышку.

Внутри оказался то ли очень густой крупяной суп, то ли очень жиденькая каша. Посреди этой массы плавало несколько крупно порезанных корнеплодов. Так что, наверное, это был всё же суп. И есть его могли только очень непривередливые люди. На счастье повара, прихотливых в Стае, кроме меня, не наблюдалось. Поэтому вскоре, хваля трапезу, все шустро загремели ложками под довольную улыбку девочки. Она мнила себя настоящей повелительницей кухни.

Горячая еда, по всей видимости, разогрела и мой мозг. Я отложил доску и взялся за перо и чернила. Мысли показались мне достаточно хорошими, чтобы даже записать их. Вдохновение подсказывало, что задача главаря, оказывается, выполнима. Я с энтузиазмом принялся чертить схему. Это Данраду понравилось. Он удовлетворённо на меня покосился, а после, проверив, что его плащ подсох у огня, приказал всем высыпаться да по его уходу закрыть наглухо ставни, не пропускающие лучи слабого зимнего солнца. Самому ему, видно не до сна было. Он собрался уходить по каким-то только ему ведомым делам. Но, едва Данрад открыл дверь на улицу, как громко ругнулся:

— Охерела, что ли?! Чего, мать твою, здесь стоишь, сука, и глаза пялишь?

— Простите, сударь, — узнал я голос Герды и даже вытянул шею, чтобы убедиться, что это она, — я не решалась постучаться.

— Ба! Да я ж тебя знаю, — Данрад приподнял ладонью лицо женщины. — Какая ж ты красотка нынче! Не думаю, что такая кому из моих людей понравится.

— Я не работать пришла. Мне бы со Странником поговорить.

— Эй, Странник, — обернулся главарь. Из-за открытой двери в дом повеяло холодом зимы. Морозы долго царствовали на севере Диграстана. — Тут к тебе шлюха невиданной красоты пожаловала. Надеется, что ты её осчастливишь.

— Я занят, — спокойно ответил я, хотя Герда поймала мой взгляд. В её глазах читалась отчаянная мольба. Ей действительно было что-то очень и очень надо.

— Слыхала? Вали в свою конуру.

— Но мне правда нужно поговорить с ним! Правда!

Она попыталась юркнуть в щель между дверным проёмом и главарём. Само собой, Данрад не дал ей это сделать, ухватив за локоть.

— Пожалуйста, не надо делать мне больно! — тут же испуганно вскрикнула Герда.

— Ах, не надо, говоришь.

— Пожалуйста. Умоляю вас!

Главарь украдкой поглядел внутрь дома и, увидев заинтересованный взгляд Элдри, открыл для девочки обзор да ударил Герду кулаком в челюсть. Женщина сильно ударилась затылком о дверь. Ноги её подкосились. Она упала. Но Данраду этого было мало. Безо всякой жалости пиная женщину носком сапога куда придётся, он заставил её скатиться с крыльца. А там повернулся лицом к дому и, намеренно ловя нахмуренный взор Элдри, с усмешкой произнёс:

— Чего? Тоже хныкать и умолять собралась? В такую же плаксу-бабу вырасти хочешь?

— Нет.

— Тогда спали эту шлюху!

— Холща, — я решительно поднялся со своего места. — Эта женщина пришла поговорить. Со мной. Дай-ка я сам скажу ей пару ласковых.

Не глядя ни на кого и не ожидая разрешения вожака, я вышел на улицу и наступил всем весом на ладонь стонущей Герды. Она сразу же протяжно заскулила ещё громче.

— Я предупреждал тебя не искать со мной встречи. Ещё раз придёшь сюда, вырой-ка сначала себе могилу, — сказав это совершенно спокойным голосом, я сошёл с ладони. Пальцы на женской руке кровоточили и дрожали. Я схватил Герду за них и поднял на ноги, чтобы сразу же грубо отпихнуть от себя.

— Арьнен…

— Не смей возвращаться!

Она кое-как, шатаясь, постаралась покинуть негостеприимное место. Я не стал смотреть ей вослед, решив продолжить работу, покуда из-за эмоций не потерял долгожданное озарение. Однако взглядом столкнулся с главарём. Данрад скептически‑иронично глядел на меня, а там и, вытягивая руки в сторону от тела, издевательски поаплодировал.

— Тебе нужна смерть? — одними губами шепнул я, задерживаясь возле него. — Подле баллист будет предостаточно солдат и офицеров. И Элдри об этом знает!

— Да, — не менее тихо ответил он. — Я позаботился, чтобы она об этом узнала. Дал подзорную трубу разглядеть их лица.

На этой ноте он ушёл на улицу, а я внутрь дома. Дверь никто из нас закрывать не стал. Так что я накинул меховой плащ, прежде чем сесть за стол. Всё равно в доме было прохладно и без верхней одежды один я красовался. Но Данко моя реакция не устроила. Он витиевато матюгнулся и, выползая из-под одеяла, похромал да прикрыл дверь.

— Эй, детка. Неужели с моей ногой точно ничего поделать нельзя?

— У меня не получается, Данко. Это колено, а колени очень сложные, — виновато ответила Элдри. — Я боюсь разрушить сустав и сделать всё подвижное неподвижным.

— Честно. Лучше ей не экспериментировать, — подтвердил я, заставляя лучника тяжко вздохнуть.

— А если ты сам?

— В принципе, да. Но я уже говорил тебе, что плохо чувствую целительские процессы. Могу трактат написать, как оно надо. Но не больше. Это как талант. Ты вот в любую мишень попадаешь, а кто-то тетиву натянуть не может. Так что тоже свой риск, что затяну чрезмерно, когда уже пора остановиться, или наоборот.

— И плевать. Я не хочу ждать целую неделю.

— Не стоит мне лечением заниматься.

— Плевать! Делай давай, что говорю!

Ну, плевать так плевать. Чего мне от практики отказываться? Я уложил Данко на его лежанку и постарался определить, что с его ногой ранее происходило. Совершённое Элдри вмешательство нельзя было затрагивать без предварительного изучения. А затем, всё-таки вдохновение штука мощная, я принялся за дело. Чувствовал себя я при этом как недоучивший материал отличник-студент на экзамене. Вокруг меня разливалось ощущение напряжённости, неуверенности и нервозности из-за экспромта.

— Всё, — где-то через полчаса кропотливых трудов заявил я. — Перестало болеть ведь?

— Да! — радостно воскликнул Данко и хотел было поднять ногу, чтобы посгибать её в колене, как я с предупреждающим возгласом по новой уложил конечность на лежанку. Крайне аккуратно.

— Тихо ты! Не суетись.

— Э-э-э. А что такое? — с подозрением полюбопытствовал мой пациент.

— Элдри, подай мне какие дощечки подлиннее, чтобы я смог зафиксировать всё.

— Да. Сейчас найду.

— А что такое? — с ещё большим подозрением спросил мужчина.

— В принципе всё замечательно. К завтрашнему обеду сможешь ходить, как и прежде.

— А сейчас, сука, то что? — настаивал лучник, нехорошо на меня глядя.

— Я немного передержал процесс, так что кости ноги у тебя пока мягкие, как глина. При движении их может покорёжить, а там так и остаться, — всё же сознался я и быстро-быстро добавил. — Но хорошая весть, что и как глина затвердеют они быстро. Сейчас я всё зафиксирую. И, если ты не будешь вставать до завтра, то всё будет изумительно. Просто изумительно!

— Изумительно?! — гневно выкрикнул Данко. — Тут ночью осада намечается и жопная мясорубка!

— Несмотря на внешние обстоятельства, поверь, тебе лучше полежать этой ночью в кровати.

— Сукин ты сын! — обессиленно простонал он, падая головой на подушку.

— Ты сам просил, — мстительно напомнил я и начал фиксировать конечность в своеобразном лубке.

— Два мага. Два мага и оба на хер недоделанные!

— Да брось ты. Тебе колено повредило так, что любой другой на твоём месте возликовал бы, что вообще хромота пройдёт! — возмутился Адмирал Джейк. — У нас во флоте на руках носят и в очко целуют откровенное фуфло. Я от ассортимента зельев Странника, как впервые узнал, обомлел аж. И ведь хороши! Не подкрашенная водичка.