"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 241

Более достойного мотива для убийства высшему вампиру не требовалось.

— Ей лучше пойти рядом со мной, — я вернулся, переложил руку Лильяны на свою и, не теряя времени, продолжил выправлять каналы её энергетики.

— Ты серьёзно? — в искреннем изумлении приподнял бровь вампир. — Я вижу, что творится с твоей кровью и плотью, когда ты её касаешься. Ты изводишь себя этой близостью.

— Охренел, Морьяр?! — вклинился ошарашенный этими словами Данко. — У меня поджилки трясутся, а ты думаешь, как бабу трахнуть?!

— Такие мысли подошли бы разве что тебе самому, человек, — усмехнулся Владмар, покуда остальные изумлённо хлопали ресницами. — Морьяр другим занимается.

— Чем он занимается?

Обеспокоенный вопрос задал Виктор Верше. Судя по всему, советник не только достаточно оклемался, чтобы перестать спотыкаться, но и определил оставшиеся в его распоряжении силы в лице одного солдата неподходящими для убийства вампира. Вот и решил вести себя более благоразумно. То есть миролюбиво и общительно.

— Об этом вы его сами спросите, — только и сказал вампир, не став ничего объяснять.

— Я ей восстановиться помогаю, — не стал дожидаться нового вопроса я и с укоризной глянул на лучника. — В этом нет ничего интимного. Если хочешь, могу процесс во всех подробностях описать.

— С дуба рухнул? — округлил глаза Данко. — Конечно, нет! У меня от твоей заумной трепни завсегда уши вянут. Так что рот свой заткни и потопали.

Глава 7

Идти пришлось крайне недолго. Лестница тайного хода оказалась короткой и оканчивалась небольшим коридором, ведущим в одно единственное помещение. Оно было размером с зал для танцев, и трёх масляных ламп, подвешенных цепями к потолку, было мало для его освещения. Их едва хватало для создания полумрака.

…И это было замечательно!

Наши глаза, видящие всё намного лучше благодаря моему заклинанию, не ослепли. В тусклом освещении мы куда лучше видели, как безбородый скелетоподобный мужчина с лицом, изуродованным старыми ожогами, старательно вычерчивает жидким воском завершающие штрихи большой фигуры. По центру её лежала нескладная девушка‑подросток с завязанным ртом. Жертва была обнажена и привязана к торчащим из пола металлическим кольцам тугими верёвками. Её мычание стало громче, едва она завидела нас.

— Я отправил тебя расправиться с ними! Зачем они мне здесь?! — взъярился мужчина.

Он закончил свой труд и мог спокойно уделить своё внимание пришедшим его убивать людям.

— Ба! Да это никак прежний королевский маг? Я же тебя сжечь приказал и последний раз как раз на костре и видел, — узнал говорившего Виктор и, скорчив злобную гримасу, положил руку на эфес меча, готовясь пойти в нападение. — Раз ты из могилы выполз, то я теперь сам тебя туда упеку!

Я едва успел удержать советника от необдуманного поступка, указав на внешний контур фигуры, начерченной магом — жирную линию из красного воска.

— Ни в коем случае нельзя заступать за этот круг!

Советник остановился и понимающе кивнул головой, но лоб его нахмурился в задумчивости. Остальные тоже восприняли информацию, начав активно искать взглядами иные подходы для атаки.

— И кто это мне говорит? — свысока спросил восставший из пепла. — Потерявший всё своё положение пройдоха, возжелавший узнать какие тайны скрывает под юбкой вдовая королева? Я был удивлён, узнав, что ты здесь, любимчик двора. И как? Закончились в ссылке мечты блистать в высшем свете?

— Может, у графа Яна Веррила и герцога Томбольта Негоруа и больше влияния сейчас, но, когда придёт время, градоправитель Вцалбукута вспомнит о своей родословной. И многие признают, что он единственный, кто сможет навести порядок в королевстве. Испорченному королевскому сынку не усидеть долго на троне. Его воцарение — гибель для страны!

Некромаг привстал и театрально похлопал в ладоши, прежде чем с издёвкой произнести:

— Ты перепутал что-то. Диграстан станет моим!

После этого мужчина проткнул жертвенную деву посохом. Кровь девушки вопреки гравитации заструилась по металлическим виткам вверх. Маг готовился к завершающей стадии создания заклинания, а мы пока так и не придумали, как безопасно приблизиться к нему. Но Данко не дремал. Лучник сделал выстрел быстрее, чем кто-либо вспомнил об его луке.

Стрела повисла в воздухе недалеко от некромага. Со следующей произошла та же история. «Цель» недовольно уставилась на них. Магу явно не нравилось видеть смертоносные наконечники, нацеленные на него. Поэтому он решительно приказал:

— Покончи с ними, Владмар!

— Твоя девочка жива. Я верну её, как только безумец умрёт и сам я уйду отсюда, — спокойным шёпотом обратился ко мне высший вампир и, увидев недоверие в моих глазах, добавил. — Серьёзно! Клянусь на крови. Жива она. И я бы не вас, а его убил, но близко мне к нему не подойти. Сам видишь руны в круге.

— Вижу, — хмуро ответил я, и Лильяна заметила:

— Они из тьмы и даже хуже. Это не просто тёмная магия. Нечто сильнее. Чтобы очистить их светом придётся…

— Предатель! — сделал верные выводы из-за бездействия Владмара некромаг. — Ты поплатишься за это!

Мужчина ударил посохом об пол и тем высвободил энергию. Тягучие фиолетовые тени взвились над его головой и начали двигаться, постепенно ускоряясь и образуя воронку до тех пор, пока призванные духи не сформировались в пять демоноподобных тварей цвета индиго. Они стояли вокруг некромага за пределами контура, как телохранители. От их голов, словно у цепных псов, к навершию посоха тянулись тонкие нити.

— Ха, классический «купол праматери». С ним будет просто, ребята, — презрительно фыркнул я, как будто последние годы тоже был способен на нечто подобное, а затем вытянул руку вперёд и скомандовал. — Убьём некромага! Все в бой!

— Вообще-то защитный круг никуда не исчез, — язвительно напомнил Владмар, одновременно с тем, как Данрад, кладя могучую ладонь на плечо единственного ринувшегося вперёд солдата, с сарказмом поинтересовался у меня:

— Топорик тебе выдать, раз твой меч к ножнам прирос?

— Треклятье Тьмы! — выругался я вслух, не подумав о словах.

Но мне и правда было крайне обидно, что никто не отреагировал на мою команду. Я сжал руку в кулак и даже психанул:

— Мне вам помогать или некромага убивать?!

Предложенный выбор по непонятным для меня причинам заставил задуматься многих, но только Виктор Верше скептически вопросил:

— Да как ты его убивать-то станешь? Некоторые в гробу краше тебя смотрятся.

Прежде чем ответить я свысока посмотрел на доставшийся мне в войско тупой сброд, решивший вдруг начать проявлять интеллект вместо положенной ему физической мощи, и только потом буквально-таки выплюнул свои слова в сторону Лильяны:

— Объясните им.

— Но… Но я сама не понимаю! Вы как-то отдаёте мне свои силы…

— Нет! План действий!

— Судя по ауре, пока этот маг в круге, он неуязвим.

Я посмотрел магичке в глаза и понял, что теряю драгоценное время. Никто здесь не знал того, что казалось мне таким элементарным. И никто не стал бы слушаться без пояснений.

Великая Тьма! Где же вы моё могущество и моя власть?! Как же я хочу домой в междумирье. Как я хочу пугать богов одним своим появлением в пределах их миров. Как я хочу постигать тайны вселенных!

Ужас. Я был создан властвовать над мирозданием, а мне, как полному дураку, оставалось лишь стоять и разглагольствовать на посторонние темы!

— Как только кто-либо из вас серьёзно ранит призванного, все они утратят материальность. Тогда вы, миледи, достанете их на энергетическом плане. Даже для такой вас это будет просто. Они там беззащитны.

— А как же маг?

— Не только круг делает его неуязвимым. Уберите «купол праматери», и маг вновь станет смертным!

— Браво! Изумительные познания! — восхитился некромаг, давая своим созданиям импульс замереть, чтобы ничто не мешало ему как дослушать меня до конца, так и донести до зрителей своё мнение. Он снова с издёвкой похлопал в ладоши. — Только подступиться ко мне никак не выйдет. Этот купол вам не разрушить, как и контур не преодолеть. Но можете сделать мне приятное. Попробуйте напасть на меня, и вы застрянете в нём, как мухи в паутине! — он самодовольным взглядом указал на застывшие в воздухе стрелы. — Сталь и ваша магия бесполезны. Я воздвиг совершенную стену отрешения, хранящую в себе боль и венчающую печаль. Внутри неё дом иного царства!