"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 227

Сам не ожидал этого. Но мои пальцы резко сжались на шкирке одного из щенков. Его мать тут же ощерила пасть, и я воткнул серебряное шило в её оставшийся целым глаз. Острый инструмент проткнул мозг, и собака быстро затихла. Детёныши продолжили ползать возле её брюха. Я отпустил схваченного заскулившего щенка и мягко подтолкнул его к одному из набухших сосков. Тот принялся жадно сосать пока ещё тёплое молоко, не зная, насколько бессмысленны были его инстинкты выжить и вырасти. Я хмыкнул. Скорее с сочувствием, чем с насмешкой. А затем приступил к зарисовке магической символики и письменам. Лучей у основного контура фигуры я создал четыре — как раз по количеству щенков.

На миг мои мысли перешли от воспоминаний к настоящему. Тогда ли? В том ли закоулке я осознал, что отныне не могу ожидать уважения ни от кого и никогда?

Для Света я совершал слишком много зла. А для Тьмы в моём сердце жило слишком много стремлений к добру.

Тогда ли я окончательно понял, что стоит мне потерять Элдри, как меня поглотит собственное одиночество? Она единственная во всех мирах любила меня так, как мне было необходимо для того, чтобы жить. У неё одной могло получиться вытащить меня из той бездны, в которой я находился. Эта девочка день за днём снимала с меня пелену отрешённости и заставляла видеть мир в иных красках. Однажды она смогла бы сделать меня живым по-настоящему, если бы только не…

Треклятье!

Нет! Пока рано об этом вспоминать!

Столько веков одиночество казалось мне приятной независимостью! А ныне оно смертной тоской окутывало в саван. И, быть может, мне стоит влюбить кого-то в себя, чтобы вновь ощутить на себе силу бескорыстной любви да, наконец, получить желаемое. То, что мастер Гастон изо дня в день неустанно твердил, а я беззаботно пропускал мимо ушей — мне нужны были не власть и могущество, а семейный очаг и его тепло.

Но я уже не мог поступить так. Просто-напросто не мог!

С Элдри меня связывали не только любовь и не любовь, мстительная ненависть и безграничная надежда, детские наивные обещания и взрослые нерушимые клятвы верности. Не только мрачное прошлое, странное настоящее и размытое видение будущего. Нас соединяло незримой пуповиной само дыхание вселенных. И начать всё с чистого листа означало перевернуть страницу с ликом Элдри. С ликом Эветты.

А это могущественному Страннику Междумирья и Разрушителю миров оказывалось никак не под силу.

Анализ дал понять, что насчёт подземных тоннелей вампир не обманул. Я ощутил продолговатые пустоты под землёй вместе с их пыльным привкусом тоски. Чтобы ни случилось с городом крысолюдов, но его жители не сами и не по своей воле покинули его. И испытываемые ими эмоции впитались в кладку настолько, что время до сих пор не сумело поглотить их.

Я поднялся с затёкших ног. До рассвета, судя по отблеску звёзд, было ещё не меньше получаса, а, значит, имелось время прибрать за собой — элементарно выбросить трупики и затереть линии пожухлой гниловатой соломой. Но мне было лень. А безнаказанность после убийств «под вампира» поощряла беззаботность. Так что я задумчиво поглядел на улики магического ритуала и преспокойно пошёл, куда глаза глядят. До первого луча солнца возвращаться в снятую мной комнатушку я не был намерен.

— Тоже не знаешь, чем себя занять? — мы с Марви приметили друг друга одновременно, но она заговорила первой.

— Уже знаю.

— Ох, никак встретил кровопийцу? Оправдались вылазки?

— Да-да, — суетно ответил я. Разговаривать мне не хотелось, но бескорыстное участие Марви в моих проделках требовало предоставить ей ответы. — Вампир, правда, сбежал, зато появилась зацепка, что ему способствует некромаг. Теперь его логово будет легче найти.

— Хм, помнишь, о том увальне в чёрном платье, что ходил по погосту?

— Где? Когда?

— Когда мы посрать с дороги съехали, прежде чем в город въезжать, и там на могилы наткнулись. Наверняка это наш выродок!

— То был некромант, а не некромаг.

— Не одна малина?

— Нет. Некроманты с духами и тенями общаются. Они в основном медиумы хорошие и на друидов похожи. Только заботятся о мёртвых. А некромагам как раз-таки покой умерших ехал болел. Они сильные практики в видимой магии.

— Понятно, что ничего не понятно… Какой дальше план? Убивать больше не понадобится?

— Нет. И спасибо. Ты мне очень помогла. Правда.

— Да ладно тебе! — усмехнулась Марви, но тут же погрустнела. — Малую жалко… Нет! Не смотри на меня так. А то ты сам не понимаешь? Пусть с мозговитой нежитью мне ещё не доводилось сталкиваться, но опыт говорит о том, что если вторую неделю кого-то не отыскать, то его в живых уже нет.

— Она жива, — упрямо заявил я, хотя особой уверенности у меня в этом не было.

— Поверю тебе, — она вздохнула так, что сразу стало понятно — её слова лживы до последнего звука. А затем Марви сказала: — Раз уж убивать больше не надо, то я сразу к Стае вернусь. Не нравится мне тот клоповник.

— Мне тоже. Так что пойду туда исключительно за вещами… Хотя, нет. Подремлю с пару часов и только потом скажу хозяину, что хватит с меня его аренды.

— Давай, заодно и мои шмотки захвати. А я пока пойду и первой порадую Данрада, что ты мне снова надоел. А то он уже недоверчиво коситься начинает. Чего мне с тобой столько‑то дней вместе жить?

— Да. Ты мне тоже надоела!

Кажется, шутка удалась, потому что мы улыбнулись друг другу и разошлись в разные стороны.

Вроде бы я не писал ранее, но, чтобы не привлекать внимание Стаи еженощными уходами, я и Марви разыграли вспыхнувшую между нами страсть и желание уединения. Подобному легко поверили. Женщина была любвеобильна, не отличалась глубиной привязанностей и регулярно меняла мужчин. Пожалуй, из всех нас с ней не переспал только Браст, и то только потому, что его привлекали исключительно очень молоденькие девушки. Кроме того, около года назад у меня уже была яркая пятидневная интрижка с Марви (правда завершившаяся бурным скандалом, в котором моё участие и не требовалось. Монолог был достоин целого театрального акта!). Так что мы сняли скромное жильё и там занимались нашими «утехами».

После разговора я поступил так, как и озвучил. Пришёл в снятую комнатушку, затем сложил сначала в сумку свои вещи, а потом и оставленные Марви. У неё их оказалось значительно меньше моего. Основное имущество она продолжала хранить в лагере, и, наверное, это было правильно. Я так и не сделал окончательный вывод по этому вопросу, так как прекратил размышлять над ним, едва лёг на кровать. Сон правда, несмотря на усталость, пришёл позже, чем мне хотелось. Уж слишком потрепала мои нервы прошедшая ночка. Но силы, затраченные на бесконечные путешествия по улицам, вылазку в замок и магические хлопоты, требовали восполнения. Так что я всё же заснул и проснулся только от громкого стука в дверь. Хозяин комнат колошматил о доски кулаком, требуя немедленной оплаты за следующие сутки.

Едва продрав глаза, я выпил воды, а там и открыл дверь да озвучил неприятному толстячку новые обстоятельства. Тот недовольно поджал губу и потребовал незамедлительного съезда или компенсации за задержку. Я спокойно пожал плечами, взял сумку, перекинул через руку плащ да осмотрелся, не стало ли чего забыто? Вроде взято оказалось всё. Так что под пристальным взглядом хозяина я ушёл восвояси. Вослед мне донеслась его тихая ругань и я, не удержавшись, обернулся да показал наглому мужику срамный знак.

Прежде всего мне надо было вернуться к избе Стаи. Как бы то ни было, но я теперь действительно знал, какая помощь мне требуется от Данрада. Да и вещи следовало оставить где под присмотром. Не с собой же их таскать в самом-то деле?

— Ты забыла, — сухо прокомментировал я и под заинтересованные взгляды прочих членов Стаи начал выкладывать из сумки имущество Марви. Оно было исключительно девичьим: гребень, медное колечко с топазом, корсет, который она решила подшить, а не выкидывать, длинный стилет, кастет с узорчатой гравировкой, батистовый платочек с вышитой розой и ещё несколько мелочей.