"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 218

– Одна тебе за труды. Уберёшь тело в гроб и положишь в телегу. Повезёшь в сторону Колымяг. На третий день пути начни по деревням расспрашивать, у кого недавно девка рыжая пропала по имени Нинэлле. Кто признает, тому вторую монету отдашь.

– Да вы что, сударь, – судорожно глотая слюну от вида больших денег, проговорил всадник. – Где же тело-то столько времени везти? Завоняет.

– Дней пять продержится в целости.

Я склонился над Нинэлле, с сожалением поглядел на покалеченную руку, к которой так и не успел приживить пальцы, да постарался заморозить труп как мог. Работал я с холодом, но на лбу у меня выступила испарина. Я вытер капли пота и посмотрел на столпившихся вокруг меня людей. Владелец собаки завистливо и неотрывно смотрел на деньги с вожделением. Всадник осенял себя защитным знаком, но забубнил приличествующую ситуации заупокойную.

Кажется, я правильно выбрал исполнителя. И всё же стоило дать ему напутствие напоследок.

– До новолуния не исполнишь, что велю, так сам в могиле окажешься. Уяснил?

– Уяснил, сударь. Всё, как наказали, исполню.

– Эй, мужик, у меня телега есть! Задёшево отдам, – тут же предложил некий хитрый горожанин.

– А у меня гроб, – предовольно сознался другой. – Бабка всё не помирает, хотя уж который год собирается. Щас вас, любезный, прям тут и справим в путь-дорогу.

– Может лошадь переподковать надобно? У меня муж на кузне подмастерьем служит.

Всадник неловко увернулся от протянутых к нему жадных рук и юркнул вслед за мной.

– Постойте, сударь.

– Чего тебе ещё? – недовольно буркнул я.

– А вас-то как зовут? Родня же должна знать, кому спасибо говорить.

Спасибо? Мне?

– Я Морьяр-Странник. Маг из Стаи Драконоборца. Попроси, чтоб они меня почаще проклинали.

Мужчина аж отшатнулся, но всё же нашёл в себе силы спросить:

– Проклинать? Так за что? Это же вы её сударь похоронить по-людски наказали.

– Она сказала, что не пойдёт к родителям. Что ни они, ни некий Палантий её не примут. А ты отвези. Пусть поймёт, что примут-таки. И такую примут.

Сорока и Данрад, которые вышли на шум на улице, слышали мои слова, но мужичка своим видом вспугнули. Он снова осенил себя защитным знаком и поспешил к своей присмиревшей кобылке.

– Чего тут такое было?

– Да лошадь собака цапнула. Та понесла, а Нинэлле на пути у неё оказалась и умерла… Я её деньги на похороны отрядил.

– Ну и лады, – заключил Сорока да вернулся в дом.

Данрад, однако, остался стоять возле меня и даже начал набивать свою трубку, показывая всем своим видом, что никуда уходить не собирается. И я подумал, что лучшего момента для моего вопроса мне не сыскать.

– Холща, а почему ты при Гоитии за Элдри заступился?

– Как почему? – деланно удивился он. – Я же зверь, а мы звери такие. То, что наше, так оно наше. Навсегда. Захотим, сами отпустим. А отбирать ты оно не шути! Не смей.

Я очень хотел, но почему-то не смог ему улыбнуться, хотя на душе у меня стало легче. Жить так, как нравилось Нинэлле, чтоб по-человечески, по совести и чести, у меня наверное не вышло бы. А в Стае я был своим зверюгой. И потому нет, не буду я больше думать о каких-то там побегах! Мне и здесь хорошо. Очень хорошо среди всех этих нелюдей.

Хотя бы потому, что в их обществе я порой сам себя человеком чувствую.

А потому я никак не отреагировал на слова Данрада, а вошёл в дом вслед за Сорокой, спокойно набил себе брюхо да подошёл к месту, где мастерил каменные пальцы. Один я тут же выкинул, а второй, подумав, оставил.

Хорошо вышел. Кому-нибудь пригодится.

Элтэнно

Герой на подработке

Без царя в голове

Глава 1

— За Драконоборца!

Польщённый Данрад, так и не привыкший к новой кличке, довольно улыбнулся и с удовольствием поднял кубок в ответ на тост. Однако предварительно он всё равно постарался заглянуть в глаза каждому из десяти присутствующих при гибели дракона Вышло у него это плохо. В отличие от нашего главаря, сидящего за столом, расположенным по правую руку от господина этих мест, вся остальная Стая ютилась в самом непримечательном углу зала вместе с ещё несколькими «отбросами» и отчаянно пьянствовала, не замечая ничего и никого. Пожалуй, если бы я не поднялся в намерении выйти на улицу и справить нужду, то тоже не обратил бы на это обстоятельство внимания.

— Эй, бард! — к счастью, градоправитель обращался не ко мне. — Ну-ка! Исполни балладу о подвиге нашего гостя!

— Нет-нет, не надо, — тут же запротестовал Данрад и поторопился с объяснительной. — Я её уже столько раз слышал, что от самого себя великого тошнит!

Зря он использовал последнее слово. Я как раз успел надоумить соратников приглядеться к вожаку, сообщив, что он де на нас пристально смотрит, а потому половина Стаи тут же прыснула от хохота. Даже я непроизвольно улыбнулся во всю ширину рта, но, как и все остальные, промолчал. Дураки возле Холщи долго не жили.

На самом деле Данраду, конечно же, ужасно хотелось послушать хвалу в свою честь, но он прекрасно понимал, что под градусом кто-нибудь из Стаи, несмотря на наличие мозгов в черепных коробках, запросто хихикнет да всё же расскажет подлинную историю. Так что лавры не приносили ему того удовольствия, что он ожидал.

— Тогда музыку!

Градоправитель хлопнул в ладоши, и музыканты поспешили с игрой. Оркестр состоял преимущественно из волынок, не очень-то мне нравившихся. Их звуки, несмотря на мелодичность, казались для моего восприятия неприятными. Но Элдри с улыбкой на лице начала весело притоптывать ногой в такт, а там, следуя примеру некоторых девушек, и пустилась плясать хоровод, утянув за собой Сороку. Я поспешил отойти от стола и неприметно выскользнуть на улицу. Не хотелось, чтобы девочка и меня в танец вовлекла.

Едва мне стоило покинуть помещение, как в нос ударил прохладный сырой осенний воздух, смешанный с дымом.

— И ты, сука, сюда? — недовольно буркнул Данко, прерываясь в курении трубки, набитой недорогим заменителем табака.

— Отлить надо.

Мрачность лучника исходила не из-за того, что два с половиной года назад Марви прервала их первый и последний роман, избрав в качестве причины меня (в конце концов, от меня она ушла не через три месяца, а всего через три часа!). Дело заключалось в том, что на прошлой неделе Данко лишился глаза. Тогда же он начал курить. Руки по-прежнему были верны ему, но меткость оставляла желать лучшего. Ныне он попадал в мишени на уровне бывалого новичка. Данрад пока присматривался, стоит ли и далее работать с давним соратником, однако во мне горела уверенность, что Данко вот-вот запросится в отставку. Сам. Стрелок оказался сломлен, хотя старался и не выказывать этого.

— Снимай свою повязку. Посмотрю, — завершив облегчаться и вытерев руки о влажную после дождя траву, милостиво предложил я.

— Поутру глянешь, — отказался тот и хмыкнул. — Ты сейчас на ногах едва стоишь. Ещё и без второго глаза на хер оставишь.

— Не настолько всё и плохо…

Моё объективное ворчание осталось проигнорированным. Так что я икнул, вернулся в зал и с радостью осознал, что хоровод завершился. Все девушки, кроме одной, вернулись на свои места. Хотя, наверное, лучше будет сказать «кроме одного ребёнка». Элдри было уже что-то около десяти-одиннадцати лет, но возраст для девичества не особо подходил. Даже если и не брать во внимание её очень низкий по сравнению со сверстниками рост (девочка отчего-то ни в какую не желала вытягиваться и выглядела хорошо если на девять), то самые, что ни на есть, детские манеры да проказы…