"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 210

Наконец, появилась наша убийца. Она приехала в арендованной карете. Изображая из себя властную купчиху, женщина с недовольном воспользовалась помощью лакея, отчитала его за что-то, прежде чем сунуть кошель с оплатой, и стремительным шагом направилась в гостиницу, расположенную напротив корчмы.

Её длинное алое атласное платье и горделивая осанка выбивались из аскетичной обстановки улиц. На Марви завистливо посматривали пуритански одетые горожанки и облизывали языком губы проходящие мимо мужчины. Несмотря на восходящую луну жизнь в городе всё ещё бурлила, и Марви выглядела подобно королеве ночи… И кто придумал ерунду, что не наряд красит человека? Одежда выгодно подчеркнула пухлость женщины, добавила груди по меньшей мере размер, а волосы, переставшие пребывать в состоянии сальных сосулек, вдруг оказались поистине роскошными. Даже кривой нос, который стал мне прекрасно виден, когда Марви обернулась, превратился в изюминку всего облика. Позволил её лицу выделиться из тысяч однотипных масок.

– Какая же она красивая, – услышал я шёпот подсевшего ко мне Данко и понял, что не один я залюбовался внезапно обнаруженной красотой женщины.

Вокруг меня и лучника не было никого, кто мог бы подслушать мою тихую речь. И оттого мне вдруг не пойми с чего стало жизненно необходимо объяснить Данко то, что внезапно открылось моему восприятию.

– Да, но ты зря восхищаешься. Больше она с тобой не сойдётся.

– Чего? Чего ты сказал?!

– Тише, – попросил я его. – Она с тобой не сойдётся. Но лишь потому, что ты ей более чем нравишься. Марви боится своего чувства. А когда женщины боятся, они творят всякую ерунду. Их страх становится тем, что определяет их жизнь.

– Дура она тогда, – скорбно вздохнул Данко. – Я б для неё, сука, дом как у господ справил. В жемчугах бы у меня барыней ходила. Ничего б не пожалел.

– А такой жизни она боится ещё больше, чем своего сердца. Думает, что её недостойна.

– Тьфу! Во напридумал, а я уши развесил! Нашёл же какого дремучего болвана слухать. Много ты, вафел, в бабах-то понимаешь?

– Вообще их не понимаю.

И правда? Что на меня нашло?

– Тогда заткнись, сука. Вечно треплешься. Бесишь!

Он основательно вскипел, так что я взаправду замолчал. А там Марви тайком улизнула из гостиницы и пришла к нам. Платье на ней теперь было самого простого покроя и настолько широкое, что хорошо скрывало мужскую одежду да воровской арсенал под ним. От облика королевы ночи осталась только память, что эта женщина может быть иной. Совсем другой.

– Вроде всё получилось, – начиная привычно теребить руки, ответила Марви на вопросительный взгляд Данрада. – Малая намеренно пролила на себя пунш и под предлогом, что ей надо просушить платье, пробралась в комнату для слуг. Даже капризничать особо не пришлось, потому что до неё подобная оказия случилась с ещё одним служкой. Там очень неудобная поварёшка для розлива оказалась.

– А дальше?

– По пути Малая приметила окошко механизма. И так как всё было тихо, я дала добро на наш план. После подачи десерта, когда начала петь приглашённая певичка, она юркнула куда надо. Мне удалось подсмотреть через приоткрытую дверь.

– Тревоги не было?

– Нет. Но чтобы отвести от себя подозрение, я сделала вид, что выпила больше, чем нужно и сообщила некоторым кавалерам, что отправила свою служанку подготовить мою спальню. Меня посчитали девицей лёгкого поведения.

– Не будут ли они там толпой, голубчики, толпиться? – с кривой усмешкой кивнул Браст в сторону, где располагалась гостиница.

– Навряд ли, – пожала плечами Марви. – Все они были с жёнами, и потому теперь с них до утра глаз не спустят. Ещё и за все возможные грехи три шкуры сдерут так, что всё желание пошалить враз скиснет.

– Тогда будем начинать? – решил сменить тему Данко.

– Нет, стоит подождать ещё часа два. Я уезжала одной из последних, но мало ли? Этого времени хватит, чтобы все гости разъехались, а слуги сволокли посуду на кухню да убрались восвояси.

– Восвояси?

– Они были наняты на один вечер и им запретили покидать обозначенные для них пределы под страхом… смерти. Мило, правда?

– Мило, – хмыкнул Данрад. – Что ещё смогла там высмотреть?

– Этот дом мог построить только сумасшедший! – округлила глаза женщина, давая по полной понять, как она оказалась впечатлена обстановкой. – Там всё переплетается между собой до невозможного. Ты идёшь по извивающемуся змеёй коридору, и постепенно он превращается в сад. А сад становится комнатой, где всё вверх ногами. Затем ты поднимаешься, но оказываешься почему-то внизу. Я искренне пыталась запомнить планировку, что и где. Но это же просто невозможно! Стоит отойти в сторону от главной лестницы, как архитектура становится невероятной. И, помимо этого, там всё кричит яркими красками. У меня ужасно разболелись глаза.

– А зачем этот сукарь всех собрал? Действительно показал свои сокровища?

– Да. Так что нож я видела, он действительно на третьем этаже. Но мне думается, что смысл вечера заключался не в том, чтобы похвастаться диковинками, а в том, чтобы все по достоинству оценили защиту особняка, и никто не вздумал подступаться к сокровищам. Это действительно настоящая проблема. Как бы нам не заплутать, Странник.

– Не думаю, что всё столь серьёзно, – напустил я на себя бравый вид.

– Ты всерьёз? Считаешь, что я паникую, как дура?

– Нет, Марви, ты умничка. Я просто предполагаю, что Гоития использовал для своего дома чары искривления пространства. Если разобрать схему построения, то сложностей в ориентировании у меня не возникнет. Я справлюсь.

Не было ничего удивительного в том, что я начал считать ограбление «своим делом». Я же на него согласился. А потому и вёл себя уже не как убегающая дичь, а как охотник за дичью. Во мне даже взыграл азарт. Поэтому моё сердце радостно колотилось от предвкушения, когда парой часов позже Данко целился из своего укрытия в стража у двери. Наконец, патрулирующий отряд прошёл, и стрела ловко проткнула шею часового. Это дало начало отсчёту времени. До следующего патруля, если начавшаяся перед воротами драка не собрала бы зрителей, имелось всего две-три минуты.

Мы спрыгнули со стены на созданную мной воздушную подушку и со всех ног устремились к дому, придерживаясь тени. Марви тут же приглушённо заколотила в дверь специальным сигналом. Я стал помогать Шептуну стаскивать с убитого верхнее одеяние. Маскироваться нашему молчуну предстояло в невероятно быстром темпе.

Между тем мгновения уходили, а дверь всё не открывалась. Я уж подумал, что нам с Марви придётся хватать тело и пытаться скрываться за единственным возможным укрытием – хилым кустом боярышника, но механизм, наконец, слабо щёлкнул и створки разъехались в стороны.

– Быстрее! – встревоженно шепнула нам Элдри.

Мы ухватили раздетый труп и, оставляя Шептуна поправлять доспех самостоятельно, скрылись в доме. Элдри тут же начала крутить вороток, закрывая дверь.

– Всё хорошо? – требовательно осведомился я.

– Да, меня никто не заметил. Представляешь, Морьяр, – глазки девочки восторженно засияли, – я спускаюсь вниз на этой дурынде, открываю окошко и утыкаюсь взглядом в задницу какого-то жирного борова в колпаке. Он там на всех истошно орёт, а я взяла да и вылезла. Он идёт, а я за ним. Так и спряталась за мешками. Страшненько было. Жесть!

Она рассмеялась, а я отвесил ей оплеуху.

– Ты чего вообще! – шикнул я. – Мы же тут кражей заниматься будем. Тихо!

– Да на кухне нет никого, – обиженно потирая щёку, ответила Элдри.

– Тогда сиди в углу у двери и жди. Как тебе Шептун знак подаст, так сразу прочь отсюда. Бегом к верёвке, что вам Данко спустит. Уяснила?

– Да-да. Ты мне говорил это. И не раз.

– Странник, – меж тем позвала меня Марви и указала большим пальцем назад себя. – Харэ лясы точить. Нам туда надо.