"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 175

– Ты, жук, единственный продрых всю ночь! Даже не дежурил на хер!

– Я очень напряжённо думал. Никак не мог придумать, на что потратить свою долю добычи.

Увы, Данко было плевать на мои терзания так же, как и мне на его. Он, храня бесконечно им любимое молчание, развернулся и быстрым шагом направился к коням, удерживаемым Элдри на другом конце поляны. А затем мы все вместе отправились к точке сбора.

– Что за херь, блядь? Мы, сука, первые, что ли? – весьма громко изумился лучник и тут же словил толстой веткой по голове. Её метко швырнула показавшаяся из-за деревьев Марви.

– Что за слова при ребёнке!

– Твою мать, да чего ты творишь, женщина?! – взъелся Данко, ибо на его пальцах, когда он решил ощупать затылок, осталась кровь.

– До сих пор я тебя вежливо предупреждала. Но теперь не больше одного матюга за одно раскрытие рта или…

Марви грозно провела большим пальцем по шее. Лучший стрелок Стаи тихо и зло буркнул что-то себе под нос, а затем заткнулся, слез с коня и отрешённо разлёгся на земле, раскидывая руки и ноги в стороны.

– Ты как, Малая?

– Хорошо, Марви, – весело ответила Элдри. – Там как раз земляничных кустов много было. Я прям объелась!

– Земляника? – оживился я. – А мне чего не набрала?

– Ты бы лучше о другом подумал, – с ехидной улыбкой поглядела на меня наша убийца. – Она наверняка зелёной наелась. Какая ещё может быть земляника первого травня[5]?

Я вынужденно задумался над вопросом, но мои размышления прервал громкий крик.

– Эй!

Все мы резко посмотрели в сторону кричавшего. Им оказался Сорока. Конь его был ранен и спотыкался. Да и сам воин выглядел не лучше. Лицо было перекошено от смеси беспокойства и гнева. Ворот рубахи, торчащий из-под пробитого панциря, окрасился алым. Левая рука висела плетью, но… вроде всё было не так плохо, как мне изначально показалось. Мой приятель достаточно ловко спрыгнул, спешиваясь, и правую руку привычно положил на эфес. Не стал хвататься за рану.

– Что за нах? Где, блядь, кодла? – сурово осведомился Данко, поспешно вставая на ноги, но тут же упал, получив хук от Сороки.

– Я же тебя просил при Малой за языком следить.

– Ах, вы су… – завопил было лучник, но, поймав на себе ледяной взгляд Марви, лишь погрозил кулаком. Так что перефразировать его вопрос пришлось мне.

– Что с остальными?

– Ваще не знаю. Мы, когда сигнал уловили, хотели было вертать назад, но за спиной обнаружили подкрепление охране того уродца. Пятьдесят рыцарей и маг. Вступать в бой с такой гвардией никому не хотелось, а потому пришлось делать ноги. И вышло так, что было разумнее тикать не в ту сторону, что оговаривалась.

– И что теперь?

– Теперь поедем в Святоград. Холща приказал мне к вам прорываться и сообщить, чтобы мы вместе ждали его там до новолуния.

Меня охватил всамделишный ужас.

– Аж до новолуния?! Но я не мо…

– Хватит, Наполторы!

– Я Странник! – мои кулаки сжались сами собой. – Почему ты называешь меня другом, а никак не можешь запомнить, как ко мне обращаться? Все уже усвоили, кто я!

– А мне так нравится. И хватит болтать. Сейчас уйма отличных бойцов начнёт прочёсывать местность. Надо когти рвать!

Мысль была здравая, однако сразу мы не уехали. Задержались на пару минут. Дело в том, что хоть жеребца Сороки из-за ранения мы всё же решили оставить, но поклажу не переложить с него было бы откровенной глупостью. И помогая в этом действе, я поневоле думал о том, что у меня дельного имущества, кроме меча, при себе-то и нет. Так произошло из-за того, что большую часть своего добра, включая мою походную лабораторию и ингредиенты, Стая припрятала. Это было, конечно, правильно, нападать следовало налегке, но теперь я вовсю тревожился, что остался гол как сокол! И совсем запаниковал от того, что помимо Данрада только Сорока и Данко были в курсе, где схрон.

Сказали бы мне они, где он, в случае чего?

Холодок пробежал по моей груди, но, посмотрев сначала как треплет Сорока Элдри по голове, а затем видя с какой улыбкой Данко усаживается на коня позади Марви, не особо-то и довольной от такой близости, я отчего-то успокоился. А потом мы помчались в далёкий Святоград. До него было целых два дня нещадно тяжёлого пути, ведь… ведь за это время я едва не сгрыз себе все ногти! С каждым новым рассветом моё унявшееся беспокойство становилось всё сильнее. Правда, причина его изменилась. Я недоумевал, для чего Данраду понадобилось так издеваться надо мной? Нет, ну, правда, зачем?!

Он же сам не выдал мне доли за убиенного дракона. Сам поклялся, что до начала лета, я ни одной монеты не увижу. Он же прекрасно знал, что я без гроша в кармане!

Вот ответьте, ну что можно делать без денег в столице Старкании, а?

***

– Да ты брешешь!

– Нет у меня денег, – я напоказ вывернул на стол прикреплённый к поясу мешочек. Из него вывалились несколько заплесневевших кусочков давленого печенья и вылез какой‑то сердито жужжащий жучок.

– Это иллюзия, да? – делая вид, будто она во всём разобралась, предположила Марви, но, увидев мой мрачный взгляд, сказала остальным. – Ребята, походу он не врёт.

– И что теперь? Я о нём заботиться, как мамочка должен, что ли? – надулся Данко, скрещивая руки.

– Почему только ты? – удивился я. – Вы все можете на меня скинуться.

Повисло напряжённое молчание.

– Или вы меня у торговой площади с протянутой рукой оставите? – решился я на хмурое уточнение. – Потому что я мог бы подзаработать варкой зелий, но мне не из чего и не в чем варить их.

– Ладно, – ударил кулаком по столу Сорока и решительно раскрыл мошну. – Если Холща обнаружит своего мага просящим подаяние, то мы все огребём. Скидываемся.

– Как будто у меня денег куры не клюют. Вы вообще представляете во сколько мне обошлись посеребренные наконечники для стрел? А по итогу на василиска мы так и не пошли, – нехотя доставая монеты, продолжал бурчать Данко, а затем поглядел на лучшую убийцу Стаи. – А ты чего?

– Я чего? Это ты чего, никак с женщины бабло содрать хочешь? Да, подавись тогда! Ещё мужик называется!

Данко заметно скис, когда взбешённая его вопросом Марви с презрением швырнула на стол аж золотой. Сорока молча взял его, настойчиво пододвинул к нашей горячей леди прочие монеты, и отправился к хозяину гостиницы оплачивать первые сутки не самых дешёвых комнат.

Нам пришлось взять две, уж очень маленькими они были. В одной предполагалось поселить девочек, а в другой предстояло ютиться нам троим. Клетушки эти были одинаково ужасно обставлены. Крошечное пространство занимали две узкие двухъярусные кровати да стоящий впритык к окну стол. Сказать по чести, даже мне одному в таких апартаментах было тесновато, но выбора у меня как такового не имелось. И не только по причине отсутствия финансов. Хозяин гостиницы был человеком проверенным, а, попадись Данрад, не помешало бы алиби, что мы в столице безвылазно не менее недели обитаем и ни в каких убийствах благородных господ не замешаны. Ради последнего наша троица на всякий случай даже временно срезала с одежды оранжевые нашивки с вороном.

Последующие два дня заняло активное безделье. Мы просто ждали. Данко с Сорокой от скуки бесконечно играли на деньги в карты, хорошо ещё больше выигрывая, чем проигрывая. Марви брала с собой Элдри и с утра до вечера гуляла по городу. А я беспробудно спал всё это время. И чтобы ребята не забывали меня покормить, периодически высовывал нос из комнаты. Сказать честно, на третьи сутки у меня уже начало ныть в висках от моего занятия.

– Нет. Надо отпуск проводить как-то иначе, – тяжело вздыхая, признался я по утру, и Марви, услышав незнакомое слово, полюбопытствовала:

– Чего-чего проводить?

– Перерыв в постоянной деятельности. Обычно он от двух до четырёх недель в год бывает, и люди ему очень радуются, – пояснил я весьма популярное во многих мирах явление. – Но если всё настолько долго затянется, то я точно задумаюсь о какой‑нибудь подработке. Не выдержу.