"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 119

– Знаешь, с новой силой задаюсь вопросом, отчего же некоторые гномы так и не покинули сей мир?

– Потому что они намного практичнее капризных и неуравновешенных эльфов. Вот представь, отправились гномы через свои врата на какой Диск Смертных. И что?

– Направились в другой мир. Получше.

– Легко сказать! Ты на Дисках не бывал, что ли?

– Нет. Не доводилось. Они не показались мне сколько‑нибудь интересными. Я выше того, чтобы их посещать.

– А ты побывай, если случай представится, – вкрадчиво посоветовал Арнео. – Это только звучит красиво, что они дорога по междумирью для смертных. На самом деле ничего в ней красивого нет. Если тебя не ждут в каком-либо мире с распростёртыми объятиями, то ты, скорее всего, там и подохнешь. Диски не предназначены для длительной жизни. Они похожи на концлагеря для смертников.

– Да? Разве нельзя самому по себе в какой мир отправиться? Мне казалось, что это великим магам не рады. А какое зло от обычного поселенца?

– О, ещё какое! – рассмеялся Арнео.

– Тогда объясни, что не так, – потребовал я. – Как единичный и не отягощённый знаниями экземпляр может нести в себе беды? Концепцию мира он вряд ли нарушит.

– Тут ты частично прав. Но там, где один, там и сто, и тысяча, и сто тысяч… Усекаешь?

– Да, – вынужденно признал я.

– Поэтому, прежде всего, нужно обязательно испросить разрешение на посещение или поселение у бога. А не всякий бог даёт аудиенции по таким мелочам. Ты бы стал ежедневно орду страждущих выслушивать?

– Нет, конечно! – воскликнул я. Что за бред этот Арнео несёт?

– Вот. Это первая причина. Не хочешь впускать абы кого попало толпами, то надо проводить отбор. А на хрена он, когда своё население плодится и множится, как полчище тараканов? Второй момент касается того, что любой беженец всё равно способен ненужные знания принести. Хотя бы о том, что эти Диски Смертных существуют. Если среди местных найдётся команда, которая захочет изучить этот вопрос со всей дотошностью, то миру предстоит стать открытым. Любят ли боги творить открытые миры?

– Нет, – честно ответил я.

– Хорошо, мой мальчик. Ты уже всё понял, но для общего развития я поясню ещё один момент. Давай теперь поговорим не о том, сколь нежелательны для хранителей миров беженцы, а наоборот. Сколь нежелательно для кого‑то покидать свой родной мир.

– Ты это серьёзно? Вот этот, конкретно вот этот мир покидать нежелательно? – искренне удивился я и для большего понимая со своим собеседником даже потыкал пальцем на землю.

– Да, этот, – недовольно процедил Арнео. – Если говорить о наших гномах, то в новом мире им предстояло налаживать контакты с местными кланами. И тут, преклонив голову, пришлось бы почувствовать себя особо нежеланными гостями.

– Ха, можно основать свой город или царство. Какие проблемы?

– Свежесозданный мир попробуй отыщи ещё! А в существующих все наилучшие места уже обжиты. Ну, как тебе такая проблема? Если не понимаешь, то я объясняю на пальцах. Это война. Вот потому некоторые кланы гномов благоразумно и остались. Тот же Грах’морннор. Он расположен внутри Амонранда с давних пор, а жилы там до сих пор не выбраны. Это гномье царство богато и отлично защищено. Суперски защищено! Юный король Мамелф Второй, рискуя быть свергнутым, только-только достроил трудо, злато и нервозатратную оборонную сеть по проекту гениальнейшего изобретателя Лертнора, готовясь начать войну с эльфами. А тут мой союз с Тьмой. И остроухие что сделали? Быстренько собрали пожитки и умотали в междумирье! И вот гномий король-мальчишка сидит на огромном Алмазном троне, смотрит на оскудевшую сокровищницу, на башни по лучшему инженерному замыслу построенные и что? Что он своим подданным приказать должен? Бродягами становиться?

От эмоциональной речи Арнео вновь закашлялся, побледнел ещё сильнее и едва не свалился с коня. Хорошо, что мы ехали стремя о стремя, и я сумел подхватить его одной рукой. И последующие три дня я не раз повторял это движение. А там нам пришлось спешиться. Иначе заставу гномов пройти было нельзя.

***

Гномов своего мира мне ещё не доводилось видеть, но так как на иных я за свою жизнь уже насмотрелся, то могу смело утверждать, что более суровых вряд ли можно ещё хоть где-то найти.

Прежде всего, они оказались рослыми. Очень рослыми. Выше своих иномирных собратьев на добрую голову и лишь немного не доставали мне до плеча. Ширине грудной клетки при этом позавидовал бы и медведь. Да и крепости, видно, тоже. Эти гномы были облачены в тяжёлые доспехи, однако металл не только не мешал им с лёгкостью передвигаться, но и… Нет, ну как в таком облачении можно ещё и виртуозно махать огромными секирами и молотами?! Честно, до момента, когда мы подъехали к заставе, я наивно считал, что не в силах живого существа соотносить так свой размер и количество несомого веса. И не надо мне сейчас приводить муравьёв в пример! Видели бы вы такое своими глазами, тоже постарались бы проверить, не спите ли вы. Серьёзно, ну как можно так ловко махать молотом, если его рукоять с твой рост, а сама ударная часть не меньше какой наковальни?

Да, увиденное мной произвело на меня впечатление. Кстати, всё дело в том, что мы подъехали к заставе в очень интересный момент. Перед вратами укрепления шла драка. Пятеро гномов вовсю лупили огромного тролля, не давая яростно ревевшему зверю покрыть свою голову позором и сбежать.

– Только на райданрунском говори, – тихо шикнул Арнео, прежде чем приветливо поднял левую руку вверх и зычно закричал на старом языке. – Эй! Хвала сынам Земли! Пусть вечно горит огонь в ваших горнах!

– А ну вали прочь, сайувахфир!

Мне понадобилось время, чтобы осмыслить обращение. В переводе оно звучало как‑то так: грязный кусок человечины или человеческий ошмёток грязи. У меня никогда не было нужды учиться беглой райданрунской речи. Мы иногда упражнялись с Эветтой, но это являлось скорее развлечением. В основном старый язык требовался лишь для понимания некоторых книг. Не больше.

– Похоже, они не в духе, – обратился ко мне Арнео. – Давай доедем до порта Ингшварда привычным трактом?

– Для того, чтоб объехать горную гряду, понадобится около месяца!

– Раньше тебя это не смущало. Да и экономя время, ты упускаешь возможность узреть дивные красоты своего мира.

– Ингшвард закрыл границу со Старканией – сам рассказывал. Пройдя горы насквозь, мы минуем проблему пограничников.

– За месяц в политике всё может поменяться вверх дном. Я знаю, о чём говорю! – с беспечным энтузиазмом воскликнул бог, но тут тролль всё же с рёвом сделал рывок и побежал навстречу к свободе. Увы, путь к ней в узком ущелье (только-только трём телегам разминуться) лежал мимо нашей компании, а потому беседу пришлось прервать.

Жеребчик Арнео благоразумно и резво ринулся к скале, а вот мой Опал, забыв о командующем им седоке, с упрямством тупого осла развернулся и поскакал вперёд по прямой. Итогом его дурости стало, что огромный толстокожий раненый великан быстро нагонял меня с Элдри. Спрыгнуть в сторону с коня не было ни малейшей возможности, если не хотелось либо переломать себе кости, либо быть раздавленным в лепёшку. А потому я заставил девочку ухватиться за переднюю луку седла, а сам, словно был признанным акробатом, сел задом наперёд и вытащил меч. Вид подпрыгивающего и сотрясающего землю злобного чудища заставил меня выругаться. И ругательство стало длиннее на десяток слов, после того как Арнео проявил недюжинную меткость, швырнув два огненных шара мимо громадной цели. Больше пуляться файерболами ему не дали. Гномы навалились на бога и тем помешали ему использовать магию. А больше спасать меня было некому. И потому я, содрогаясь от собственной храбрости, всё же поставил ступни на спину Опала и, пока ещё не потерял равновесие, прыгнул на тролля.

Для тех, кто не знает, тролли – это предпочитающие скальный образ жизни прямоходящие звери под четыре метра ростом. У них есть зачатки интеллекта, они умнее обезьянок и способны к речи. Их черты лица несколько напоминают орочьи. У них такие же огромные, но более широкие носы и маленькие красные глаза. Безгубый рот у тролля тянется чуть ли не от уха до уха, а зубные пластины длиной сравнимы с человеческими большими пальцами. Никаких клыков у них нет. Из острого – только длинные когти, ибо животные они травоядные. И если бы они ещё и нравом обладали смирным, то цены бы им на скотобойнях не было! Однако мясо у тролля невкусное, шкура плотная, а характер несносный. Любая мелочь способна привести их в моментальную ярость и бешенство. Так что здравомыслящий путник, заметив тролля, завсегда сворачивал с тропы.