Химера (СИ) - Волков Виктор Александрович - Страница 106

Существо на потолке доползло до вентиляционной трубы, сняло с неё решётку заползло внутрь, закрыло решётку за собой. Судя по шороху, оно поползло куда-то в другое место.

Майор мигнул.

— Как оно на потолке держится? У них присоски выросли? — наконец спросил он.

Виноградов отхлебнул из чашки чая. Майору показалось на мгновение, что к аромату чая примешивается запах перца.

— У них сила невероятная, и сила хвата тоже. — объяснил Виноградов. — Держится пальцами за неровности и крепёжные балки, там же металлический каркас. Без неровностей никак. Пытаются когтями поверхность пробить, если не получается, то держаться не могут.

— Дурдом. — сказал майор и сел назад на стул. Он посмотрел внимательно на трубу вентиляции и вспомнил замок на двери.

— Как хаос есть неизвестный способ порядка, так и безумие может быть неизвестной логикой мышления. — философски сказал Виноградов, и поставил чашку на стол, рядом с надгрызенным микроскопом.

— Оно играет и учится. Это практикует маскировку и проникновение. Мышь она принесла в благодарность и чтобы научить меня охотится. — Виноградов задумался — Наверное.

— Здесь закрытая лаборатория. — очнулся майор. — оно пролезло в вентиляцию, обошло датчик. В вентиляции решётки должны быть.

Он оглянулся на дверь, на систему безопасности. Виноградов продолжал улыбаться.

— О, не волнуйтесь так. Они посторонних первыми и без датчиков найдут. За минуты. Почуят. А решётки, наверное перегрызли. Подождите, я вам интересную вещицу покажу… — радостно сказал Виноградов.

Виноградов повернулся к столу, и начал рыться на нём. Экран компьютера вспыхнул. На экране, в серо зелёных тонах, несколько существ смотрели на перевёрнутую кверху колёсами бронированную машину с вмятиной на борту. Неподалёку от машины лежал "мячик". Они оглянулись по сторонам, подошли, и стали переворачивать её назад.

— А, думают, что мы их не видим, и пытаются вернуть, как было. — радостно сказал Виноградов.

Прямо перед объективом возникла ушастая физиономия и уставилась в камеру.

— Камеру нашли. — одобрительно сказал Виноградов.

Существа всполошились и забегали. Двое подбежали к тяжёлой армейской машине, напряглись, перевернули её назад. Кто-то выразительно посмотрел в камеру, сделал извиняющееся лицо. По выражению можно было понять: "Оно само". А потом они укатили мячик за пределы кадра. Виноградов потушил экран компьютера. Он повернулся к майору и показал два небольших предмета.

— Вот видите? Эту согнули, эту откусили.

Он протянул майору две монеты. Одну из них кто-то сложил пополам. На второй юбилейной монете отсутствовал кусок, но края у пропавшей части очень напоминали следы зубов.

— Они ещё и металл жрут. — устало сказал майор, покрутил монеты в руках и вернул их назад.

— Не усваивают. Попробовать на вкус могут, особенно незнакомый. — сообщил Виноградов.

— Дурдом. — сказал майор и откинулся назад на стуле. Тот скрипнул чуть погнутой ногой. Очень хотелось вернуться назад, в обычную часть, с обычными людьми.

— Вы привыкнете. — философски сказал Виноградов. — Всё равно мы других производить не можем.

Он чуть вздохнул и продолжил:

— Вы научитесь предугадывать очередные шуточки, перестанете раздражаться от проказ и разбитого оборудования. Просто это не люди, да и мы всё ещё разбираемся, как работать с ними.

Они помолчали. Майор посмотрел на горы хлама на столах. Испорченные, разбитые и погнутые приборы. Среди хлама он заметил чашку. Ту, про которую Виноградов сказал "там что-то есть". Он взял и посмотрел в неё. Естественно, в фарфоровой чашке лежала ещё одна мышь. Он вернул чашку на место.

— Мне нужен отчёт. — сказал майор Виноградову.

— Под ваше командование перейдёт двадцать четыре единицы новоприбывших. Освоитесь, разберётесь, привыкните. — сказал Виноградов. — Они не старше пары месяцев. Проверите навыки работы с людьми и оборудованием.

Виноградов повернулся к окну. Он сунул руку в кучу предметов и что-то нажал. Зажужжал мотор, и снаружи, за укреплённым стеклом стали подниматься жалюзи.

— А что с аварией? С поисками? Исследованием? — спросил майор.

— Сложности появились, оборудование пострадало. Мы новый зонд собираем. — Виноградов рылся на столе. — Посмотрите сами.

Жалюзи раскрылись полностью. За окном, в огромном зале, заполненном странной аппаратурой, стоял робот. Он напоминал больше всего огромного паука, с мощными лапами. Перед ним возвышалась большая арка, опутанная проводами. К ней шли толстые кабели и трубы охлаждения. На полу пред аркой можно было заметить старые следы гари и пожара. Виноградов пояснил:

— На той стороне произошло что-то очень странное, и мы до сих пор разбираем записи.

Робот выглядел неважно. Толстую, мощную броню покрывали вмятины и следы пламени. Все до единой его камеры были разбиты, а одна из ног неестественно изогнулась.

— На зонд напали. Это не боевая машина, и мы чуть не потеряли его. Еле вывели назад. Сейчас делаем лёгкого разведчика, которого не жалко потерять. Будет маленький летающий дрон с камерой.

Майор встал, подошёл к стеклу и внимательно посмотрел на машину.

— Из средневековой пушки, что ли, обстреляли? — он обернулся к Виноградову.

Виноградов улыбнулся.

— Если бы. Посмотрите вот на этот сувенир.

Виноградов протянул майору эльфийскую стрелу.

Глава 50

Границы земель демонов

Он не обманул её — чёрный не-человек, который странно пах капустой. Узкая полоса земли, что тянулась на восток, перешла в обжитые земли. Когда-то давно обжитые земли. Исчез запах холода и снега, который тянулся с юга, но до Рисски по-прежнему долетал странный аромат с севера. Она никак не могла подобрать слова, чтобы описать его. От аромата иногда покалывало и пощипывало в носу. Совсем чуть-чуть.

Она пересекла старый, сгнивший знак, который, наверное, когда-то отмечал границу. Дорога почти не изменилась — такая же старая, разрушенная, заросшая травой, она бежала вдаль, и около неё Рисска нашла остатки поселений. Обуглившиеся дома из бревен, обвалившиеся стены из камня, забитый землёй колодец. Когда-то здесь была деревня, когда-то очень давно.

Поля давно заросли травой. Лишь редкие ростки одичавшей пшеницы, и неухоженные фруктовые деревья намекали, что когда-то за полями ухаживали. Земля заросла травой, камни покрыл мох, а на редких остатках гнилого дерева росли грибы.

Она принюхалась, оббежала разрушенное поселение, вглядываясь в землю. Остановилась, почесала голову. Снова засвербело в носу от странного аромата с севера, она чихнула. Задумалась.

Когда-то очень давно здесь стояли дюжины маленьких домов. Кто-то очень старательно сжёг и разрушил их. Уничтожил колодец. Пытался отравить и землю, но отрава со временем потеряла силу, и сорняки захватили остов поселения.

Рисска обошла дома ещё раз, и нашла один, последний дом с уцелевшим полом, и уцелевшей дверью в подпол. Дверь приржавела, но Рисска расшатала её ударами и открыла рывком. Она спрыгнула вниз, и под её ногами хрустнули кости.

Ровным слоем кости покрывали пол небольшого помещения, и хрустели при каждом движении. С визгом на Рисску кинулось какое-то маленькое существо, но она легко, одним ударом расправилась со зверьком. Зверёк оказался крысой. Большой, странной, облезлой крысой. Шкуру зверька покрывали наросты. Рисска не хотела есть, и отбросила тушу в сторону. Она подняла с пола кость, и рассмотрела её. Затем вторую, третью.

Человеческие кости. Рёбра, берцовые кости, лучевые кости руки, позвонки, челюсти, осколки черепов. Она нашла разбитый вдребезги череп. Кто-то свалил несколько десятков тел в погреб, с трудом уместив их в маленьком пространстве. Затем он ушёл. Крысы прогрызли ход в подпол, принялись за работу, и со временем остались лишь обглоданные кости. Но это было давно, много лет назад.

Рисска положила кость назад, вернулась к люку и выпрыгнула наверх из подпола. Она закрыла крышку за собой. "И увидишь ты разбитые деревни", вспомнила она.