Пепел богов. Трилогия (СИ) - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 268

— Я все в Салпе знаю, — ответил Кай. — Или почти все. Кроме Запретной долины, если поглубже заглянуть, и нашего с тобой дела.

— Вот как выходит, — ухмыльнулся Сарлата. — Одно с другим прикинуть несложно. Что ж ты ушел от ответа тогда? А ведь ты и есть тот самый охотник.

— Я всего лишь сказал правду, — ответил Кай. — Во время Пагубы я еще был ребенком.

— Ребенком? — поднял одну бровь Сарлата. — Что ж, ребенком так ребенком. Но пошумел ты когда-то, пошумел. Хотел бы я сразиться с тобой, дай только войти в силу. Говоришь, все в Салпе знаешь? Ну что же, скоро будешь знать и вправду все. Крути головой, да надейся, что шея не переломится. Тарх! Не медли, давай за мной.

За скалами верхнее ущелье отвесными стенами разбегалось в стороны на четверть лиги. В отличие от ущелья, в котором стояла башня Тару, тут не было ни травы, ни деревьев, только колючие кусты цеплялись корнями за голый камень, да в русле сухого ручья кости трещали под копытами лошадей. Среди них попадались и человеческие.

— Волки, — объяснил Тару. — Сейчас их тут нет, но зимой и летом здесь их логово. Наступит жара, тут тоже появится ручей. Вода с ледников пойдет. Всякая живность приходит сюда на водопой, тут волки и пируют.

— Обычно на водопое зверь друг друга не бьет, — заметил Эша.

— Тут особенный зверь, — покачал головой Тару.

— Всякий зверь станет особенным, если о нем позаботиться, — рассмеялся Сарлата, который с каждой минутой словно раздавался в плечах. — Достаточно раз в неделю подстреливать у водопоя горного козла, и от запаха крови любой зверь забудет о приличиях.

— Волк волка кормит, — зло проскрипел Тару. — Это твое логово, седой?

То, что от начала ущелья виделось каменной осыпью, оказалось развалинами крепости. Сложенная в незапамятные времена умельцами кусатара, она полностью скрывалась в монолите скалы, снаружи оставались лишь две граненые башни и кусок стены между ними. Теперь же от одной башни почти ничего не осталось, вторая осыпалась до половины. Стена, однако, сохранилась, даже стрельчатая арка высилась над проходом, из которого пробивалась струйка дыма. Каменная тропа поднималась вдоль скал со дна ущелья к заваленной обломками площадке у входа в крепость и такой же полосой спускалась с противоположной стороны.

— А ну-ка! — заметил Тару. — А ведь кто-то приглядывает за твоим домом, Сарлата!

— Это точно, — заметил разбойник, правя коня на тропу. — Дом без пригляда оставлять нельзя. Тарх, проверь!

Подручный Сарлаты кивнул, пригнулся и поторопил коня в обгон хозяина, послал его наверх, к развалинам. Кай поднял руку, останавливая спутников.

— Уйдет же! — прошипел малла, выдергивая из ножен короткий меч.

— Пусть уходит, — негромко бросил Кай. — Нужно, чтобы ушел.

— А нож? — заныл малла.

— Ты видишь дым? — спросил Кай. — Нож уже у нас, на что я не надеялся, впрочем. Но он у нас. Дым — это знак. Иначе я бы сейчас поднимался следом за разбойником. Но мне нужно, чтобы он ушел.

— Все равно, — скрипнул зубами малла, — Сарлата должен умереть! Даже если вылить из него всю кровь и на каждого убитого малла выделить по капле, всем не хватит!

— Всему свое время, — твердо сказал Кай.

Тарх спешился возле входа в крепость, Сарлата тоже почти добрался до площадки. Обернувшись от самой крепости, он радостно прокричал:

— А тебе не откажешь в осторожности, Меченый! Или ты что-то знаешь о магии шаманов лапани? Мои воины ждут меня в крепости. Благодаря древнему колдовству я чувствую дыхание каждого! И все они словно дышат в одну глотку! Их здесь больше дюжины! И вот что я тебе скажу, доблестный Кай, ты еще можешь спастись! Если, конечно, повернешь лошадей да заново завалишь проход из ущелья. Тогда башня Тару примет тебя. Но старику Эше не поздоровится. Его осел не лучшая животина для гонок.

— Их нет! — крикнул ему в ответ Кай.

— Кого нет? — не понял Сарлата.

— Нет твоих воинов. Твоих полутора десятков воинов нет. Я убил их всех!

— Убил? — растянул губы в холодной улыбке Сарлата. — Ты бредишь, Меченый!

— Спроси его, — протянул руку Кай.

Из темного прохода вылетел Тарх, вскочил в седло и с воплем погнал лошадь прочь от крепости. Через мгновение, разразившись проклятиями, Сарлата последовал за ним. Тьма в проходе шевельнулась, и сначала под стрельчатой притолокой показалась низкопосаженная, огромная голова, а потом на площадку перед крепостью выбрался и молодой, но тем не менее превышающий ростом обычного человека раза в полтора мейкк. Он неторопливо огляделся, увидел замерших спутников и тут же довольно заухал, заковылял на коротких ногах навстречу отряду, замахал ручищей, на запястье которой мотались снятые с разбойников ожерелья.

— Кай! Кай! Я нашел! Нашел! Нашел я!

— В одну глотку, — пробормотала Арма. — Вместо пятнадцати разбойников и их пятнадцати глоток — глотка одного здоровенного мейкка. И пятнадцать зачарованных ожерелий у него на запястье. Зеленоглазый! Малла, мейкк, два старика и женщина, которая некоторым кажется похожей на шлюху. Не слишком ли веселый караван для похода до Ледяного ущелья?

— Мы не будем до него добираться, — ответил Кай. — В Запретную долину есть и другой путь. Но для этого нам придется перейти через перевал.

— Но это невозможно! — воскликнул Эша. — Мейкки никого не пропускают!

— У меня есть ключ, — отрезал Кай и повернулся к малла, который шипел и кусал губы. — Успокойся, Мекиш. Так надо. У Сарлаты осталось еще больше трех десятков разбойников. Мы еще столкнемся с ними в Запретной долине. Чем больше искателей приключений соберется в Ледяном ущелье и двинется в сторону Анды, тем вероятнее, что и мы достигнем цели.

— Но с тобой пойдем только мы? — спросил Тару.

— Не только, — задумался Кай.

— Эй! — послышался со стороны выхода к перевалу слабый голос.

Отряд обернулся. Одинокий всадник торопил измученную лошадь. Когда он приблизился, Арма разглядела соглядатая из Гимы. Шалигай был растрепан и истерзан долгим путем. Его щеки ввалились, губы потрескались.

— Я шел по ее следам, — ткнул рукою остроносый в Арму. — Но она не виновата. Я далеко шел. В паре лиг, не ближе. Таился. Чуть не упустил ее в Асане. Я из Хилана, Кир Харти. Или Кай. Как там тебя теперь зовут? Меня зовут Шалигай. Я послан самим молодым ишей! Его матушка Тупи передала ему твое письмо, и он повелел мне отправиться в Запретную долину вместе с тобой.

— Зачем? — спросил Кай.

— Он хочет, чтобы я все запоминал и потом рассказал ему о твоих подвигах. К тому же он молод, но умен. Он сказал, что кое-кто в Текане хочет твоей смерти и за тобой посланы убийцы. Я должен защитить тебя.

— Почему я не должен думать, что убийца это ты? — спросил Кай.

— Потому что я не убийца, — пожал плечами Шалигай, с ужасом покосившись на приблизившегося мейкка. — Точнее, не убийца для тебя. Еще он сказал, что я должен буду прочитать тебе его послание, когда мы доберемся до Храма Двенадцати Престолов в Анде.

— Давай прочтем его сейчас? — предложил Кай.

— Оно зашито под кожу, — побледнел Шалигай и потянул к локтю рукав на левой руке. — Иша не велел вскрывать письмо раньше времени. Всякое слово дорого к нужному часу.

— Что скажешь? — повернулся к Арме Кай.

— У него сильные обереги, — заметила она.

— Сейчас, — заторопился Шалигай, рванул ворот, потянул через голову пучок ожерелий с камнями, деревяшками и раковинами. — Иша поручил мне охранять, сберегать тебя, Кай, запоминать все и зачитать его послание в нужный час.

— Он не лжет, — согласилась Арма.

— Ну что же, — задумался Кай и вновь повернулся к спутнице: — Твое послание тоже зашито под кожу?

— Нет. — Она стиснула зубы. — Послание от моей матушки я выучила наизусть.

— Ладно, — кивнул Кай и посмотрел на Тару. — Я говорил не об этом спутнике. Наш отряд еще… увеличится.

Затем Кай повернулся к мейкку: