"Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - N& - Страница 214

Или этот гарнизон охранял соседнюю деревушку от данжа.

Истина верна в обе стороны.

В первом случае служивые не подпускали к провалу в земле любопытных селян и залетных авантюристов, а во втором оперативно уничтожали монстров, если такие вдруг вылезали. Полученные же ремы исправно отправлялись в замок. А если с одной из них аккуратно сковырнуть грамульку ремной пыли, то никто и не заметит. Командир же на крохотный шажочек приблизится к достижению следующего ранга.

Радремона со спатой (а он решил по-прежнему так называть свою группу, хотя по факту это был небольшой рейд) встречала встревоженная толпа солдат. Оказалось, что, получив предписание готовить гарнизон к расформированию, капитан долго ругался, потом напился и в одиночку отправился внутрь, приказав никому за ним не идти.

А никто особо и не рвался. Своя жизнь дороже. Тем более, что капитан уже несколько дней как не выходил.

— Ну и дурак. — резюмировал маркиз, прекрасно понимая мотивы, толкнувшие офицера на риск. — Мог неплохо заработать на приграничном конфликте. Или даже грабануть кого из Мажустийцев.

— Не всем дано. — пробасил из-под шлема Травмарук, вглядываясь в темноту провала. — Для кого-то так проще. Не каждый может пережить, когда рушится привычный уклад всей жизни.

— Да чему там рушиться? — отмахнулся Банарв, снимая со спины щит и беря в руки молот. — Напился и свалился. Лежит небось весь в блевоте со сломанной ногой. С кем не бывает?

Бородач открыл уже было рот, чтобы ответить на непременную язвительную шпильку Бешеной, вот только ее рядом не было, а никто другой не стал с ним спорить. Только что-то курлыкнула Хапилектра, но орк не счел необходимым переводить.

Пробормотав себе в бороду пару нечленораздельных ругательств, дварф первым шагнул в распахнутый зев данжеона. За ним отправились Нал и гарпия с Травмаруком. Йункот откровенно трусил, однако, встретившись взглядом с фор Корстедом, решил, что внутри все-таки будет безопаснее.

Радремон же приказал солдатам дружными рядами отправлять на северную границу и поступать в распоряжение первого попавшегося офицера. Судя по тому, что он мог наблюдать благодаря Феодалу, границы его территорий наконец начали медленно расширяться, вместо чтобы скукоживаться под натиском сил Нияскота.

Похоже, проводимая маркизом политика возымела успех, а вот Его Величество наоборот потерял уверенность в себе.

То ли еще будет!

Вопреки предположению Банарва, капитан не лежал на дне в луже собственных выделений. Он вообще нигде не лежал. Ну или, по крайней мере, разлегся вне радиуса света, очерченного Темнячком и факелами.

На первый взгляд данж представлял собой систему нор, вырытых пьяными кротами размером с племенного быка. Вместо одного каменного тоннеля с редкими ответвлениями спата оказалась в земляном лабиринте, чем-то напоминающем виноградную гроздь. И каждая ягода представляла собой пещеру, соединенную с другими коротким переходом. Ну или тупиковую. Как повезет.

Кроме того, пол, стены и даже потолок пестрели неглубокими отверстиями, оставшимися будто от взрыва десятков кактусов. Будь это новый данж, Радремон долго бы терялся в догадках относительно природы их происхождения. А так, благодаря заранее изученной информации, он знал, что главным и единственным неуничтоженным монстром являлся здоровенный паук, чьи отпрыски и «наследили» подобным образом.

За прошедшие века из данжеона вынесли все, что могло представлять какую-либо ценность. Хотя, глядя сейчас на покрытые пылью и паутиной стены, возникали серьезные сомнения, что здесь могло находиться что-либо дороже экскрементов летучих мышей или осколков яичной скорлупы.

По мере углубления спаты в недра данжа, им стали все чаще попадаться целые полотна из паутины, достигавшие иногда толщины нескольких сантиметров. Причем порвать их голыми руками оказалось не так-то просто, а в сетях можно было обнаружить не только насекомых, но и птиц с теми же летучими мышами.

Кое-где виднелись высохшие или обглоданные тушки мелких животных. Несколько раз попадались тела гоблинов, кристов и непослушных детей, прошмыгнувших под носом у стражи и устроивших себе испытание храбрости. Храбрости у них определенно хватало. В отличие от мозгов. Естественный отбор в действии.

Спустя почти полтора часа блужданий, спата очутилась в очередной пещере, настолько заросшей паутиной, что стены сквозь нее практически не проглядывались. Откуда-то сверху лился холодный серебряный свет, превращавший окружающее пространство не то в заиндевевший погреб, не то в сказочные чертоги Снежной Королевы. Нос щекотал чуть сладковатый запах тлена и затхлости.

На полу, сверкая пустыми глазницами, валялась россыпь обглоданных черепов. Причем далеко не всегда человеческих. Мерзко перебирая лапками, прятались от света пауки размером с кошку.

Пещера оказалась тупиковая.

Отряд хотел уже повернуть обратно, как до чуткого слуха Хапилектры донесся какой-то сдавленный хрип. Подав сигнал призывным клекотом, она углубилась в одну из ниш, где, в клочья разорвав завесу паутины, обнаружила плотный длинный кокон.

Из того торчала голова усатого мужчины с дико выпученными глазами. Одно ухо отсутствовало, правая щека свисала лоскутом, обнажив скулу, губы же беззвучно шевелились, издавая едва различимый нечленораздельный шепот.

— Это капитан! — воскликнул Налланномом, бросившись на помощь. — Он еще жив!

Перепончатые ладони иллита засветились золотом зарождающегося Продвинутого возложения рук, но орк прервал заклинание, оттеснив Нала в сторону.

Ни говоря не слова, Травмарук взял у Банарва кинжал и одним резким движением полоснул по кокону сверху вниз. Артефактная сталь, способная резать железо словно мягкий сыр, без труда рассекла паутину, захватив заодно и рудную клетку мужчины.

Из которой тут же неудержимым потоком хлынуло целое море крохотных серых паучков размером не больше ногтя.

— Мать моя отец! — в сердцах воскликнул дварф, запихнув факел в самый центр копошащейся массы.

Резко потянуло паленым. Десятки и сотни арахнидов сгорели в один миг, но из недр выеденной изнутри пустой оболочки вырывались все новые, собственными телами затушившие пламя. Неисчислимый легион, взращенный на плоти рангового воина грозил растечься по данжу, отожраться, а позже хлынуть наружу, убивая простых жителей и превращая их во все новые паучьи фермы.

Радремон намеревался не допустить подобного.

Он, конечно, мог, как и в случае со змеями, применить Звездный дождь, но во-первых его долго готовить, а во-вторых это как отправить огра гоняться за мышью.

Нецелесообразно.

К счастью, у маркиза имелось еще одно заклинание, способное наносить массовый урон.

Удушающее облако.

Область непроглядной тьмы накрыла участок пещеры, скрыв из вида давно уже мертвого капитана вместе с выводком членистоногих. Обычно эти чары использовались для дезориентации врага и усложнения ему применения умений и навыков, но причинять ущерб они тоже умели. Небольшой. А много ли малявкам нужно?

Взор фор Корстеда затмила бесконечная вереница сообщений о смерти крохотных пауков. Трофейных монет за них не давали вовсе. А опыт капал едва ли по единице за каждого двадцатого павшего. Правда Радремон заранее изменил распределение, оставив себе самый минимум, а остальное перенаправил на спутников. Сейчас куда важнее было подтянуть им ранги, чем нудно копить несколько тысяч, необходимых для достижения далекого двадцатого уровня.

Тем более, что, в случае необходимости, всегда можно переиграть и в любой момент забрать весь поток себе.

— Задави меня валун, ну и дрянь! — ругался Банарв, топча башмаками, не попавших в радиус заклинания арахнидов. — Зеленокожий, ты знал что ли, что так и будет?

— Мне Хапи подсказала. — ответил орк, занимавшийся тем же самым.

— А она откуда… — начал было дварф, но быстро оборвал себя, придя как каким-то своим выводам. — Монстру монстрово. — закончил он.