Негодяй (СИ) - "Sedrik& - Страница 166

— Привет, Блейк, — теперь тишину блюсти уже не было необходимости. А ещё я не упустил шанса вспомнить вкус губ пребывающей у меня на руках красотки.

— Привет, — ответив на поцелуй, она довольно зажмурилась, а после — потёрлась носиком о мою шею. Чесание за ушком получилось само, честное слово! Это был рефлекс. Хотелось вот так и стоять, тискать это воплощённое совершенство, эту Кошкость, но время на культурно-развлекательные мероприятия было, до определённого момента, строго задано, хотя если у дамы есть свои пожелания…

— Итак, что желает моя прекрасная госпожа? Есть идеи?

— Нет, — она покачала головой… — и… меня уже можно поставить на землю…

— Можно… — даже не подумал я шевелиться.

— И?

— Но не нужно. Мне очень нравится то место, где ты пребываешь сейчас, — тем более для пользователя Ауры и три сотни кило — не вес, а уж стройная девушка, что вряд ли весит больше пятидесяти…

— … — м-м-м, опять пылающие румянцем щёки. Я вот уже даже начинаю сомневаться, было ли у них что-то с Адамом или это я надумал, опираясь на, скажем так, своё мировоззрение? Или там были «братья по оружию, что стали кем-то большим», а нормальной романтики не имелось? Если так, то Таурус ещё больший кретин, чем кажется. А-а-а-а, какого хрена я думаю о всяких левых рогатых мужиках, когда у меня на руках прелестная кошкодевочка?! Нужно срочно исправляться!

— Ну, раз так, то как насчёт фильма с твоим любимым Спрюсом, а потом небольшой перекус в том замечательном ресторанчике?

— Ты достал билеты на ночной сеанс? — нэка всё-таки слезла с рук, к моему огромному сожалению, но теперь её можно было просто обнимать и неспешно идти к площадке с буллхедами.

— Ага, всё как и положено! На места для поцелуев! — и гордо задрать нос.

— Пхи, — и получить в награду мягкий смех моей кошечки. — Ну что же, вижу, у тебя уже есть план, тогда будем ему следовать.

— Отлично! — и мы последовали плану.

Авторское примечание: специально напоминаем всем желающим, что с начала событий уже прошло много времени и всем девушкам исполнилось 18 лет. Примечание написано в соответствии с требованием администрации сайта.

Что о нём можно сказать? Ну… О чём был фильм, я так и не понял, да и Блейки его слушала от силы вполовину своего шикарного ушка. Да-да, весь фильм мы жадно целовались, сидя на заднем ряду, как и положено влюблённым подросткам. Моя спутница в это определение более чем подходила, я, конечно, уже несколько вырос, но… не настолько, чтобы кряхтеть, закатывать глаза и восклицать что-то вроде «эх, молодёжь». За киношкой последовал рыбный ресторанчик, где в наше полное распоряжение была предоставлена терраса под открытым небом. Из зала едва доносились звуки музыки, приглушённый свет фонарей создавал романтическую, почти интимную обстановку, а открытые взору небеса без единого облачка, усыпанные яркими звёздами, эту обстановку и атмосферу только подчёркивали. Моей спутнице однозначно понравилось, а потому когда я понял, что дальше удерживать себя в руках я пусть и могу, но очень не хочу, и предложил отправиться ко мне… она лишь мило порозовела и кратко прошептала «да».

Стоило закрыться двери известной нам «конспиративной квартиры», как я окончательно отпустил все тормоза. Мои руки обняли желанную кошкодевочку со спины, огладили её плоский животик и разделились — левая забралась под её курточку и легла на упругую грудь, до поры скрытую блузкой, а правая отправилась вниз и стала изучать низ живота красотки, впрочем, пока что не достигая совсем интересных мест. Пока что.

— Мх… — Блейк откинулась назад, прижимаясь к моему паху своей попкой и, подняв лицо ко мне, призывно улыбнулась, буквально провоцируя поцеловать эти манящие приоткрытые губки, по которым сейчас прошёлся её юркий язычок. Разумеется, я поддался на эту провокацию и получил свой приз — охоту на тот самый язычок, что так и норовил «сходить на разведку» в мой рот. — Мр-р-р, — девушка вскинула руки и зарылась тонкими пальчиками мне в волосы. С каждой секундой поцелуй становился всё горячее, напористее, а её попка всё сильнее тёрлась о мои выпирающие штаны.

— Давай-ка избавимся от пары лишних вещей, — оторвавшись от этих невероятно сладких губ, предложил я котейке.

Та лишь коротко кивнула, прикрыв глаза. Миг — и курточка летит на пол, как и моё пальто, когда и куда делась обувь, сказать я бы не смог при всём желании. Да и какая разница? Ведь я уже прижимал спиной к стене эту красавицу и вновь изучал её губы, оглаживал бёдра и наслаждался тихими, но отчётливыми взмуркиваниями, подтверждающими, что мои действия приходятся партнёрше по душе.

Временно насытившись вкусом её губ, я перешёл к изучению нежной шейки, отданной прикрывшей глаза и тихонько млеющей нэкой в моё полное распоряжение. Мои руки, тем временем, легли на край её блузки и потянули вверх, оголяя живот и грудь, открывая мне вид на очень манящие округлости, от которых меня теперь отделяла лишь тонкая ткань кружевного нижнего белья. Чёрненького. Сдаётся мне, кто-то хорошо подготовился к сегодняшней ночи, о, да тут и застёжка спереди имеется! Чуть слышный щелчок, и чашечки раскрываются, являя мне скрываемые доселе сокровища моего Котёнка, к которым я сразу же приник губами, наслаждаясь фактурой затвердевших сосков на этих замечательных упругих полушариях, так удобно ложащихся в руку.

— Нья-я-ях! — до этого гуляющие по моим плечам руки Блейк, безуспешно пытающиеся расстегнуть мою рубашку, сомкнулись у меня под затылком и потянули к ней, заставляя буквально вжаться лицом в её богатства. — Мр-р-р-р! — всем видом показала красавица, что хочет продолжения и развития ласки.

Разумеется, я не мог отказать такой «просьбе» и, схватив губами одну из вершинок моей леди, начал её мять и терзать языком, не забывая периодически уделять внимание и второму холмику, а руки теперь надёжно обосновались на замечательной попе девушки и вновь и вновь удостоверялись, что она очень притягательная и упругая. Тем не менее продолжать в коридоре было не очень удобно, а потому я перехватил и так уже почти забравшуюся на меня нэку и зашагал в сторону спальни. Поскольку почти каждый шаг сопровождался страстным поцелуем с висящей на мне брюнеткой, путь вышел долгим, но чрезвычайно приятным.

Достигнув пункта назначения, а именно кровати, я уселся на её край, а Блейки лишь чуть поджала ноги, продолжая висеть, а теперь уже сидеть на мне. Рубашка с жалобным «крак» была сорвана с моих плеч, а спустя одно ловкое движение к ней же в угол комнаты полетела окончательно стянутая блузка. И бантик, тем самым давая мне возможность начать разминать и ласкать не только шикарную попку или прекрасную грудь, но и её замечательные ушки. Как показал вырвавшийся у неё из груди громкий стон, являющиеся её слабым местом.

Спустя ещё несколько минут взаимных ласк девушка уже начала нетерпеливо ёрзать на мне, да и сам я жаждал идти дальше, а раз так, то почему бы и не «да»? Встав с кровати, я почти что швырнул на неё разгорячённую партнёршу и принялся стаскивать остатки одежды. Котёнок на кровати делала то же самое, и вот, закончив со штанами, я поднял взгляд на оставшуюся в одних чёрных трусиках брюнетку, что сейчас, выгнув спинку дугой, призывно виляла попкой и улыбалась, сверкая горящими янтарными глазами. Все мои инстинкты в один голос завопили, что я просто обязан взять это совершенство, прямо здесь и сейчас. И противиться этому я не стал.

Забравшись обратно на кровать, я навис над этой провокаторшей и стянул с неё последнюю деталь её гардероба, что скрывала блестящую от соков и уже ждущую меня щёлочку, украшенную сверху подстриженным во фривольную полосочку чёрным пушком. Девушка вновь нетерпеливо качнула бёдрами, призывая поторопиться, но вместо этого я с каким-то мазохистским удовольствием растягивал момент, хотя хотел её безумно. Мои руки легли на мягкие «вторые девяносто», а лицо приблизилось к её лону. Нос втянул запах ждущей женщины, и… я лизнул её, пробуя любовный сок девочки-фавна. Вкус был почти нейтральным, с очень тоненькой ноткой сладости и мне понравился, как и громкое «а-а-ах», раздавшееся в комнате, а потому я продолжил, теперь уже даря полноценный поцелуй её нижним губкам, изучая языком отчётливо выделяющуюся и напряжённую горошину. Блейк вцепилась зубами в подушку, стараясь сдержать голос — её реакции оказались довольно громкими, особенно для такой тихони, но мне это нравилось, как её громкость, так и неуклюжие попытки быть тише, а потому я продолжал сладкую пытку для нас обоих, самозабвенно терзая её нижние губки и немного помогая себе пальцами. Надолго её не хватило, и спустя немного времени таких упражнений она вскрикнула особо громко и тяжело выдохнула.