"Фантастика 2024-107". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Голд Джон - Страница 102

Идзуми решил больше не мелочиться и достал два активируемых копья. Тиамат активировал свою косу и запустил силовое лезвие в лича. Тот увернулся и чуть не попал под атаку Идзуми. Копье с треском вонзилось в тушу дракона и разорвало его на части. Две огромные адские гончие всего на секунду задержали лича, он уже вырвался, но коса Тиамата снесла ему голову.

Все подошли к телу мальчика. Дракон лежал рядом и умирал, уже выбившись из сил. В небе уже появилась его паства, провожая своего бога в последний путь. Рядом с драконами в небе парил Бернард. Красное облако пропадало.

— Дожили, три офицера убивают одного нарушителя. Так еще и одного из кандидатов убить умудрились. Маргул, ты выполнил свою часть уговора и возродишься, как и было обещано.

Маргул закрыл глаза и впервые за полторы тысячи лет вздохнул свободно. Его тело начало растворятся в потоке белого света. Драконы в небе запели прощальную песню.

На всей троице офицеров было ограничение этого мира, поэтому бой затянулся. Если бы Хранитель позволил использовать реальные силы, то от одной ауры Тиамата весь континент погиб бы за мгновение. Мальчик использовал силы более высокого порядка, нарушая законы мира, поэтому они были вынуждены его остановить.

Идзуми улыбнулся. Бой его порадовал.

— Вот так и рождаются Избранные.

Карл Шульц стоял у медкапсулы одного из своих подопечных. Мальчик плавал в кроваво-красном медрастворе. Кровотечение уже остановили, но саму кровь пока не вывели из раствора.

В комнату зашел Малколм, брат Карла и финансовый консультант детдома.

— Что случилось? Зачем вызывал?

Карл указал на медкапсулу.

— Что с ним?

— Доктора сказал, что у Анжи Ганета было одиннадцать разрывов сосудов головного мозга, обильная кровопотеря. Сердце не билось почти минуту, но потом медкапсула смогла его запустить. Последние показатели работы мозга показывают одновременную активацию 97 % долей мозга, и в таком режиме мозг проработал почти полторы минуты. Аналогичная картина была со всей нервной системой организма. Даже если он выживет, навсегда останется инвалидом. Врачи говорят, что он потеряет личность, а если и придет в себя, то никогда не будет прежним. Гормональный фон нарушен, клетки изношены — понимаешь, к чему я веду?

Малколм нахмурился. Пусть и на гражданке, но он снова увидел смерть. Придется сказать горькие слова, не озвученные братом.

— Он не может оставаться в нашем детдоме, так как потерял такое право из-за инсульта. Согласен, мы растим гениев, а не тот овощ, каким он стал.

Это было не желание, а принципы эффективного развития. Братья следовали указаниям Дэвида Борка, мецената, учредившего это заведение. Детдом для гениев, где умные дети обретали шанс развить свой потенциал. Если у ребенка появлялся шанс уйти из детдома, братья Шульц ему помогали из лучших побуждений. Но если ребенок не соответствовал требованиям детдома, его выселяли или, как в случае с Анжи Ганетом, переводили в специализированное учреждение для больных.

Братья Шульц были искренне благодарны мистеру Борку за создание детдома. Они любили детей и хотели им помогать, но у них не было такой возможности. Мелкий финансовый клерк и бывший военный никогда не смогли бы создать такой дом для одаренных детей. Дело не только в деньгах. Еще устав, принципы и правила развития детей, этический кодекс для детей и персонала — все это было составлено лично Дэвидом Борком.

Во всем мире лишь один человек мог догадаться о реальной личности Дэвида Борка. Понять, насколько одиноким ребенком он был, сколь великое горе пережил и каких трудов ему стоило его маленькое счастье. Только один человек во всем этом жестоком мире мог понять Анжи… Но сейчас его не было рядом.

Анжи Ганет был самым несчастным ребенком, который скрывал свое одиночество за учебой, прятал боль за улыбкой и, даже медленно умирая, радовался жизни. Только один человек мог его понять… но ее не было рядом. В возрасте четырнадцати лет Анжи умер в глубоком одиночестве.

Конец первой части второй книги.

Часть 2. Глава 5

Хризалида. Книга вторая. Ветры перемен.

Часть вторая. Элджерон.

Элис Уолсон смотрела из окна на вид морского пляжа. Она ждала брата Робсона, который должен представить ее остальному персоналу лечебницы.

Неделю назад она получила сертификат о прохождении обучения в области клинической психологии. Вся семья работала в этой области, потому проблем с прохождением практики не возникло. В «Хризалиде» был специальный архипелаг «Клевер», служивший клиникой для душевнобольных, в котором работала вся семья уже восемь лет, с самого открытия игры. Сюда Элис прибыла еще утром, а сейчас ждала брата, который введет ее в курс дела.

Роб подошел очень тихо и сел в соседнее кресло. На вид лет тридцать, с типичным пивным животиком, повторяющим его реальный аналог у владельца аватара. Короткая бородка и едва заметный шрам на брови тоже относились к реальному внешнему виду Робсона.

— Привет, Элис. Скажу прямо, меня радует, что ты пошла по семейным стопам, но работа у нас не сахар.

— Роб, не пытайся. Я знаю, куда попала. Моя дипломная работа была по идее проекта «Клевер», так что с нашими пациентами я заочно знакома.

— Вот именно, что заочно! Ты даже не представляешь, что за люди тут обитают. Маньяки, психи, преступники, просто душевнобольные, проблемные личности, которых сюда якобы «намеренно отправили». Мы сейчас в административной части архипелага, так что ты просто не видишь, насколько ужасны его обитатели. Когда я сюда попал, первые пару месяцев плохо спал! Чуть сам с ума не сошел.

— Роб, я не маленькая девочка, чтобы меня защищать и пугать. В свои шестнадцать я смогла получить диплом по специализации. Не стоит меня недооценивать.

Робсон покачал головой — сестра порой зазнавалась! Элис не слушала других в такие моменты. Вот и сейчас она судила о ситуации поверхностно.

Архипелаг «Клевер» имел искусственное происхождение и располагался внутри моря Чудовищ. Поэтому никакой ограды тут не было, пациенты могли свободно перемещаться по своему острову. Всего в архипелаг входило шесть островов — пять имели форму лепестка. Центральный остров был круглым — администрация клиники располагалась именно на нем. Во всем мире «Хризалиды» было около сорока подобных медицинских учреждений для душевнобольных. Были аналогичные организации для людей, проходивших реабилитацию или отбывавших срок заключения в колониях городского типа.

Острова клиники делились по уровню агрессивности пациентов, которые их населяли. На каждого пациента надевали браслеты-негаторы, блокировавшие использование заклинаний и боевых техник. В случае драки пациентов браслет использовался как орудие усмирения, нанося пациенту удар током. Болевые ощущения подняты на пятьдесят процентов.

Роб привел сестренку в палату приема новых пациентов. Тут был портал, единственный путь с архипелага в большой мир. Уплыть отсюда невозможно, а в небе всегда парили чудовища. Сегодня должна была прибыть новая партия пациентов, и за них теперь отвечала Элис. Глава семейства, Сэм Уолсон, был директором клиники «Клевер». Он уже был в палате приема, когда Элис с братом вошли. Крупный сиамский кот Бэлиш сидел на коленях у отца и с покорностью принимал ласки.

Из портала начала выходить колонна новых пациентов. Все в одних подгузниках — их вещи изымались на срок пребывания в клинике. Девушки рефлекторно прикрывали грудь и паховую область, хотя и то, и другое и так было прикрыто. Мужчины реагировали более спокойно, лишь некоторые нервничали из-за чувства незащищенности.

Колонну медленно обрабатывал медперсонал, надевая браслеты-негаторы и выдавая форму. Отец решил сказать приветственную речь для пациентов.

— Добрый день, дорогие пациенты. С сегодняшнего дня вы будете проходить курс лечения в нашей клинике «Клевер». Дважды в неделю вы будете общаться с психологом, — отец указал на Элис, — вашим куратором на время пребывания в клинике. Браслеты, которые вам надели на руки, блокируют заклинания и боевые техники, а в случае драки будут бить вас током. Они же повышают чувствительность на пятьдесят процентов, так что дважды подумайте перед тем, как кидаться на других пациентов.