Академия Дальстад. Роза для ректора (СИ) - Никитина Полина - Страница 20

— Господа Аллен Альсар и Хайден Леон, если вы сейчас же не успокоитесь, я буду вынужден сообщить о данном происшествии королю. Вы оба будете сняты со своих должностей и отстранены от расследования! А вы, — обратился он к преподавателям, — марш отсюда!

— Но… Но как же завтрак! Мы не успели… — раздался чей-то робкий голос, но это разозлило де Ареона ещё сильнее:

— Вы, взрослые люди, сильные маги, и не в состоянии разнять дерущихся? Да вы живьём готовы сожрать любого, кто пытается влезть в очередь за очередной зарплатой! Никакого завтрака вы не заслужили, вон пошли и адептов с собой заберите!

Возмущённо гудя, преподаватели устремились в коридор, избегая встречаться взглядом со злым Кристианом. Уверенная, что меня тоже касается приказ де Ареона, я направилась за ними следом, но не тут-то было:

— Розалин, тебя это не касается, вернись.

Тяжело вздохнув, я осторожно подошла к декану спецкурса и робко взглянула на разгневанных магов. Картина была удручающая: оба щеголяли порванными в нескольких местах рубашками, у боевика был разбит нос, а под глазом наливался здоровенный синяк, Хайден же отделался разбитыми бровью и губой.

— Розалин, расскажи, что случилось? — ледяным голосом спросил у меня Кристиан.

— Этот ублюдок… — опередил меня Хайден, но де Ареон его перебил:

— Ты — Розалин? Нет? Тогда заткнись!

К моему удивлению, ректор тут же замолчал, исподлобья глядя на Альсара.

Я послушно рассказала всё, начав с приглашения на чашку чая и закончив тем, что произошло в столовой. Кристиан внимательно слушал меня и неодобрительно качал головой, изредка бросая взгляды то на Аллена, то на Леона.

— Извините, господин де Ареон, всё случилось из-за меня, — тихо произнесла я.

— Не вини себя, Розалин, ты здесь не причём. У этих двоих накопилось немало претензий друг к другу. Вот только громить столовую вам права никто не давал! — неожиданно рявкнул он на двух магов. — Господин Шелли ждёт нас в лекарском крыле, хотел поговорить с глазу на глаз. Поторопитесь и если вы ещё хоть раз… Да ну вас к дьяволу! Розалин, после тебя.

Кристиан галантно пропустил меня вперёд. Уже в коридоре я услышала недовольный голос ректора Леона:

— Крис, может ты… Не пойдём же мы в таком виде?

— Нет, не исцелю, — голосом, не терпящим возражений, ответил декан спецкурса. — Тратить на вас мои драгоценные силы? Не заслужили! Позорьтесь до конца.

Глава 14

Если господин Шелли и был удивлён внешним видом нашей команды, то сделал вид, что это его не касается. Он ждал нас возле палаты, в которой лежали впавшие в кому адепты, с медицинским журналом в руках.

— Алистера де Форнама и библиотекаря положили отдельно, поскольку в общей палате места уже не хватало, — пояснил нам глава лекарского крыла, указывая на дверь напротив. — Господа де Ареон и Альсар, я перепроверил информацию, которую вы мне предоставили ещё до рассвета, вынудив встать с постели после двух суток непрерывного дежурства…

В этом месте господин Шелли сделал многозначительную паузу. Наверное, ждал, что два декана рассыплются перед ним в извинениях, но Кристиан и Аллен лишь переглянулись и пожали плечами. Главный лекарь вздохнул и продолжил:

— Так вот, признаю, что ваша версия наиболее правдоподобная из всех, что я услышал за всё это время.

— Какая версия? — немедленно заинтересовался ректор Леон. Я промолчала, потому что догадывалась, что скажет глава лекарского крыла. Не зря же декан Альсар умчался после моих слов о поддержке магического рода.

— Все адепты, впавшие в кому, принадлежат к семьям, которые имеют мощную магическую поддержку их рода. Это семьи, в которых на протяжение нескольких поколений рождаются маги со средним или мощным уровнем силы, среди них нет ни одного носителя слабого дара.

— Если все эти студенты, — ректор Леон указал рукой на тех, кто впал в кому без происшествий, — имеют мощную поддержку рода, то что вы скажете про двух адептов, которые чуть не разрушили целый этаж?

— Они — потомки основателя Академии Дальстад. Как вы знаете, покойный господин Солано был сильнейшим магом Сейдании.

— Вот оно что, — Хайден крепко задумался, напрочь забыв про утреннее происшествие в столовой. — А ведь, судя по слухам, именно он является создателем подземелий, которые обнаружил первый ректор академии.

Слушая краем уха беседу ректора, деканов и главы лекарского крыла, я бродила по палате, скользя взглядом по лежащим на койках адептам. Ничто не привлекало моего взгляда до того момента, как…

— Господин Шелли! — закричала я во весь голос, указывая на парня, что упал прямо на боевом поле. — Он моргнул!

Лежащий в коме адепт тут же стал центром внимания. Лекарь Шелли прощупал его пульс, приподнял веко, провёл над лицом ладонями, с искрящимися огоньками на кончиках пальцев, затем разочарованно покачал головой:

— Никаких признаков сознания. Боюсь, госпожа Флёр, вам показалось.

Показалось? Да я собственными глазами увидела, как один из адептов на мгновение открыл глаза и пару раз моргнул, будто бы пытался понять, где он находится и что с ним случилось!

— Прошу прощения, господин Шелли, — ректор Леон потерял интерес к бедняге адепту. — Мой ассистент, должно быть, переволновалась. Ступай, дорогая, в мой кабинет и приготовь успокаивающего ча… Нет, лучше кофе. И распорядись на кухне, чтобы нам подали завтрак.

Альсар не выдержал и хмыкнул, прикрыв рот кулаком. Хайден сделал вид, что не увидел этого жеста и посмотрел на меня с укором.

— Да нет! Я не могла ошибиться, господин де Ареон, хотя бы вы поверьте мне, — жалобным голосом обратилась я к декану спецкурса и для пущего эффекта сложила руки на груди в молитвенном жесте.

— Хорошо, я посмотрю, Розалин, не волнуйтесь, — мягким голосом ответил Кристиан. — Ступайте, мы скоро присоединимся к вам и будем решать, что делать дальше.

Я вышла из лекарского крыла в главный холл, чтобы перейти в ту часть здания, где находились аудитории, учительский этаж и жилые комнаты преподавателей. Несмотря на то, что в утреннее время адепты должны были быть на занятиях, в главном холле и на крыльце собралась целая толпа.

— Что случилось? — с тревогой спросила я пробегающую мимо студентку. Та дрожащей рукой указала на раскрытые двери и сбивчиво пробормотала:

— Там… Там… Сами посмотрите.

От плохого предчувствия у меня всё сжалось внутри, а сердце заколотилось так быстро и гулко, что вот-вот могло вылететь из груди. Расталкивая всех, кто был у меня на пути, я выбежала на крыльцо, пробралась через плотное кольцо преподавателей и едва сдержала крик от увиденной мною картины.

На зелёном газоне лежала молодая адептка в странной позе: широко раскинутые руки, ноги согнуты под неестественным углом, под головой трава была залита кровью. Совсем юная, наверное, первокурсница. Длинные каштановые волосы разметались по земле, а из прикрытых глаз девушки медленно текли слёзы.

Артефактор Эдвин приложил к её телу обезболивающий артефакт, благодаря которому несчастная всё ещё оставалась в сознании, а затем начал отдавать распоряжения:

— Господин Этторе, пулей в лекарское крыло, приведите декана де Ареона! Это его адептка! Розалин!

— Да, господин Эдвин.

— Прижмите артефакт к её груди и держите так, чтобы он не соприкасался с одеждой. Я — мужчина и не должен…

— Я вас поняла, — ответила я, аккуратно расстегнула блузку пострадавшей до середины и прижала ладонью артефакт к обнажённой коже. Не отрываясь от своего занятия, спросила тех, кто остался рядом:

— Что произошло?

Мне ответила госпожа Белла, перемежая слова с оханьем, всхлипами и междометиями. Вкратце, дело было так. Декан бытового факультета проходила мимо актового зала, оставив своих адептов в аудитории делать контрольную практическую работу. Услышала перепуганный женский голос, который с кем-то спорил на повышенных тонах, затем громкий крик. После чего в зале воцарилась тишина.