Астровитянка - Горькавый Ник - Страница 145

– Робби, какие идеи? – крикнула Никки.

На экране вспыхнула оптимальная трасса, рассчитанная Робби. Как и ожидала Никки, слалом первых десяти створов заканчивался резким изломом над стадионом Колледжа к финальной и более гладкой части трассы.

– Ну-у, Робби, это очевидное решение, все будут бежать по этому маршруту… На ней у меня нет шансов против профи… и этот крутой поворот на сто восемьдесят – он режет глаз. Думай лучше! – Никки явно захватил азарт соревнования.

Хотя перед самым началом гонки электронный голос стал отсчитывать оставшиеся секунды, пронзительный сигнал старта в тесной рубке резко хлестнул по ушам и нервам. Никки ударила по рычагу газа, и жёсткое ускорение вдавило её в спинку кресла.

Через полчаса Никки прошла пятый створ, вытерла пот со лба и спросила Робби:

– Ну и что?

– Поздравляю. У тебя самое плохое время гонки.

– Вот видишь, – вздохнула Никки, – а ведь я стараюсь, как могу… Надо что-то придумать!

Пролетев ещё один створ, Никки неожиданно попросила Робби:

– Просчитай, пожалуйста, трассу с облётом вокруг Луны. Тогда десятый створ над Колледжем проскакиваем на полной скорости и летим вокруг всей Луны к пятнадцатому створу над Луна-Сити и далее, в обратном порядке, к одиннадцатому – снова к Колледжу. Это в три раза удлиняет финальную часть трассы, но без остановки над стадионом скорость должна быть существенно выше. Гравитация Луны и двигатель помогут удержаться на круговой орбите… Выиграем так время?

Только абсолютно недисциплинированный в традициях космонавтики мозг Никки мог сгенерировать такую нахальную идею решения трассы. После прохода седьмого створа Робби выбрал спокойную минуту и быстро сказал:

– Ты неглупая биосистема! Правда, шанс есть только при дополнительном центростремительном ускорении при облёте Луны. Ориентировочно – до трёх-четырёх «же». Жаль, что вы, биосистемы, такие жидкие…

Никки присвистнула. Три «же» – это целых три земных веса или восемнадцать лунных… Очень тяжело, можно запросто потерять сознание. Правда, массы в Никки немного…

Необходимость добавочного центростремительного ускорения означала, что притяжения Луны не хватало для удержания шлюпки на окололунной орбите, и Никки, чтобы не сойти с круговой трассы из-за большой скорости, придётся увеличивать реактивное ускорение в сторону Луны. Это будет выглядеть, как полёт вниз головой и с двигателем, толкающим шлюпку к поверхности планеты. «Так… – быстро соображала Никки, – Луну удобнее огибать вверх брюхом, чтобы лучше видеть лунную поверхность и горы в большом верхнем фонаре кабины…» В этих раздумьях она почти автоматически пролетела восьмой и девятый створ и выскочила на длинный участок трассы, ведущей к Колледжу.

Все остальные пилоты начинали здесь тормозить. Никки же наоборот – нацелившись на горловину десятого створа, она решилась и выжала газ до упора. Её дыхание перехватило от многократной перегрузки.

– Да, мы – жидкие, зато очень упрямые! – сквозь стиснутые зубы сказала Никки.

На стадионе Колледжа волновалось разноцветное шумное море болельщиков, глазеющих на пролетающие над головой шлюпки и на кубический экран, показывающий трассы гонщиков и крупные планы самых эффектных манёвров. Десятки журналистов спортивных и новсстньга каналов телевидения сидели в звуконепроницаемых кабинках и сопровождали возбуждёнными комментариями ход гонок и манёвры над Колледжем – наиболее трудном участке Регаты.

Сообщение со старта о том, что в Лунной Регате участвует Никки Гринвич и что она сумела войти в первую двадцатку финалистов, полчаса назад бомбой взорвалось над стадионом Колледжа. Рёв болельщиков слился с криками комментаторов. А Джерри побледнел от страшного волнения за Никки.

– Насколько я знаю, Никки Гринвич никогда не училась кораблевождению и не имеет опыта пилотирования! – удивлённо воскликнул ведущий «Спортивной жизни». – Если же учесть, что она выросла на астероиде и не привыкла к перегрузкам, то её участие в Лунной Регате выглядит ребячеством. Конечно, это здорово, что она так хорошо владеет тренажёром, но одно дело – пройти в финал в виртуальной реальности и совсем другое – управлять настоящим кораблём при многократных перегрузках.

– Эта девочка так привыкла к славе, что не упускает ни одной возможности покрасоваться перед камерами! – злобно заявил представитель «Спортивных рекордов».

Когда Никки показала результат на трассе хуже всех финалистов, обозреватели понимающе покивали головами и сосредоточились на лидерах – спорт есть спорт, аутсайдерами в нём не интересуются.

Поэтому, когда очередная шлюпка, низко пролетающая над стадионом Колледжа, вместо тормозного импульса продемонстрировала форсажный ускоряющий выхлоп – никто ничего не понял. Лишь гул голосов на трибунах усилился, и комментаторы стали подшучивать над странной шлюпкой.

– Один приятель передумал участвовать в гонке и полетел домой к маме! – заорал разбитной комментатор «Спортивных рекордов».

– Пилот стремительно сходит с трассы и теряет возможность финишировать за приемлемое время… – авторитетно заключил ведущий «Спортивной жизни».

– Возможно, пилот в обмороке от перегрузок и утратил контроль над кораблём. Боюсь, сейчас мы услышим сообщение судейской коллегии о снятии шлюпки номер восемнадцать с трассы, – беспокоилась блондинка из «Женского спорта».

– О боги! – закричала обозревательница «Яхт и самолётов». – Восемнадцатая – это же шлюпка Никки Гринвич! Она полностью сошла с трассы! Смотрите, смотрите – её шлюпка стала переворачиваться вверх днищем! С ней явно что-то случилось! Почему молчат судьи?

Трибуны встретили эту новость тревожным гулом, и все проводили глазами шлюпку, которая, сверкнув на солнце, опрокинулась вверх брюхом и стремительно умчалась в направлении, противоположном движению всех других участников. Шлюпка Никки скрылась за лунным горизонтом, но никаких сообщений по этому поводу журналисты от судей не услышали.

Через минуту новая шлюпка пришла к повороту, и все обернулись к ней. Лишь на северной трибуне, где резервировались места для школьников-эйнштейнианцев, Джерри продолжал стоять и с нескрываемой тревогой смотреть на недалёкие кратерные горы, за которыми скрылся маленький кораблик Никки.