Пушистая катастрофа для ректора (СИ) - Нария Полли - Страница 55

‒ Зимний... Где же снег, гес де ла Шер? У вас здесь вечное лето, ‒ я картинно надула губки, потому что действительно скучала по настоящей зиме.

‒ О-о-о, ‒ протянул мужчина мечтательно. ‒ Снег обязательно будет. Вот увидишь. Тебе понравится. И, между прочим, одну снежинку кое-что ждет в ее комнате.

У меня от удивления распахнулись глаза.

‒ И что же там?

‒ Сюрприз! ‒ Кэлвин чмокнул меня в нос и, поднявшись с колен, подал мне руку. ‒ Идем, я тебя провожу.

Аика. Песня о любви

Божена БогинскаКогда я потеряла маму, меня спас и взял под опеку настоящий Демон. Он учил меня всему и ограждал от бед, но из-за моего взрывного характера я все равно наворотила дел. И теперь...работаю на него.Казалось бы, мне всегда удавалось выбраться из любых передряг. Но любому везению приходит конец. Особенно это становится понятно, когда в богом забытом месте я случайно проклинаю Дракона...

Глава 23.2

Карделия

Открыв дверь в свою комнату. Я сразу же наткнулась на огромную белую квадратную коробку с серебристым бантом.

‒ У Карделии сегодня день рождения? ‒ задумчиво спросила я у Кэлвина, пытаясь припомнить эту небольшую деталь. Но воспоминания убедили меня, что день рождения девушки летом. Да и смешок ректора подтвердил все мои догадки.

‒ Ты просто открой.

Противиться не стала. Стоило двери закрыться за нашими спинами, как я подхватила коробку и перетащила ее на кровать. Быстро развязав бант, скинула крышку и заглянула внутрь.

‒ О-о-о-о… ‒ вырвалось у меня восхищенное.

Это было платье. Платье на бал. А я ведь действительно совершенно забыла о том, что оно необходимо для праздника. Девочки на уроках шептались, делясь тонкостями подготовки к зимнему балу. Но я настолько была увлечена учебой, Кэлвином и ритуалом, что пропускала все это мимо ушей, как белый шум.

А мой мужчина не забыл. Искренне улыбнувшись де ла Шеру, я кинулась ему на шею, попутно оставляя на доступных участках кожи легкие поцелуи. Кэлвин тут же сжал меня в своих объятиях и закружил, вырывая тем самым у меня из груди счастливый писк.

‒ Спасибо! ‒ в который раз произнесла я, стоило мужчине поставить меня на пол.

‒ Ты сначала посмотри поближе, вдруг не понравится!

‒ Не говори глупостей! ‒ пожурила я его. ‒ Мне просто не может не понравиться!

И действительно, стоило мне опустить пальцы в коробку и поднять оттуда невесомую ткань, как у меня отвисла челюсть. Платье было невероятное. Темно-синий шелк подробно ночному небу был расшит серебристой вязью созвездий. Каждая звездочка переливалась на свету. Узоры россыпью заполонили все пространство. Они тянулись к подолу, где количество вышитых звезд не поддавалось подсчету.

Я перевела затуманенных взгляд на ректора и ощутила, как по щеке скатилась слеза.

‒ Тебе не нравится?

Мужчина ожидаемо сделал совершенно неверные выводы.

‒ Оно… Оно прекрасно, ‒ просипела я и прижала платье к груди, которую распирало от нахлынувших чувств.

‒ Тогда почему же ты плачешь? ‒ Кэлвин сделал шаг ко мне и большим пальцем аккуратно утер одинокую слезинку. И столько в этом жесте было нежности, что на смену одной из глаз полились целые ручьи.

‒ Мне… Мне никогда еще никто не дарил ничего подобного.

Сквозь пелену я увидела, как де ла Шер покачал головой и улыбнулся. Глаза его сияли, как те самые звезды, вышитые на платье.

‒ Делли, девочка моя!

Кэлвин отложил платье на кровать и крепкие мужские руки сомкнулись вокруг моих плеч. Уткнувшись носом в грудь ректора, я пару раз всхлипнула и начала успокаиваться. В объятиях было тепло и уютно.

‒ Ты невероятный, ‒ прошептала я, нарушая приятную тишину.

‒ Посмотрим, что ты скажешь, когда достанешь из коробки все, ‒ хохотнул мужчина, и я почувствовала вибрацию в его груди. ‒ Боюсь, что тогда нам понадобится целый плот.

Вот же клоун!

Но шутку я оценила. Да и бороться с любопытством было выше моих сил.

На дне коробки лежала маскарадная маска. Синяя, в тон платью, она была разрисована серебристой краской, а вместо звезд к ней были приклеены сверкающие бусины.

‒ Завтра ты будешь самой красивой, Карделия! И среди всей толпы я обязательно буду тебя видеть, моя путеводная звездочка! Только тебя, любимая…

Надо ли говорить, что этот мужчина и сам стал для меня целой планетой? Нет, даже не так. Он стал моим миром. Моим сердцем. И этой ночью я не отпустила его к себе. Да и Кэлвин не пытался уйти.

Сбежавшая истинная дракона

Екатерина Гераскина— Эвелина! — вскрикнул мой жених и развернулся. — Ты что тут делаешь?— Я? Приехала к тебе… — растерянно произнесла я, не такую реакцию ожидала.— Почему не сообщила?— Ты… ты… изменяешь мне? — непроизвольно ответила вопросом на вопрос. — У нас же… свадьба.— Первое не мешает второму, — резко отозвался жених.— Как это?— Ну и дура же ты! — он скинул ноги девицы.Девица же только прикрыла колени и свела ноги вместе, кокетливо наблюдая за нами.— Здесь люди занимаются любовью, — вставила она капризно и облизнула свои алые губы.— Занимаются… любовью? — оторопело повторила я. — А… как же… я?

Глава 23.3

Кэлвин

Утро началось в суматохе. Мы чуть не проспали. Поэтому, пока Карделия была в душе, я быстренько оглядел шкаф и довольно ухмыльнулся. Подаренное мной платье предполагало наличие у его носительницы туфель. И их ожидаемо не оказалось. Поэтому, отыскав в дальнем углу один ненужный ботинок, я спрятал его у себя под мантией и, крикнув Делии, что ухожу, вышел из ее комнаты.

Коридор, хвала Манааре, оказался пуст. Сегодня ученики отсыпались до победного. В честь праздника в академии Дифирен были отменены все занятия. Именно поэтому я не особо переживал, что встречу кого-то на своем пути.

Однако меня окликнули:

‒ Кэл! И куда же ты в такую рань?

Тяжело вздохнув, обернулся к Лаклану. Его я уж точно сегодня не ожидал здесь увидеть.

‒ Лакки, ‒ пожав другу руку, я окинул его внимательным взглядом. ‒ Сегодня же не рабочий день.

Мужчина увел взгляд в сторону, словно ему стало жутко стыдно, а потом все же признался:

‒ Я прячусь от Холли.

‒ Ты? ‒ я действительно удивился. Лаклан был единственным из нас, кто никогда ни от кого не бегал. И говорил все прямо в лоб, если его что-то не устраивало. Лиам, несмотря на свой несносный характер, все же имел чувство такта. Поэтому новость удивила.

‒ Да она обезумела, Кэлвин, ‒ пожаловался мне друг и стиснул пальцами переносицу. Да с такой силой, что впору было ее сломать. ‒ После наших посиделок, когда она сбежала... Я просто не знаю, что с ней происходит.

А я, наоборот, догадывался. Высказав ей все в резком тоне и оттолкнув в тот вечер я подорвал всю нашу дружбу. Все те годы общения, которые провел в неведении. И вполне возможно, что из-за этого Холли почувствовала себя одинокой и брошенной.

‒ Что же она делает такого?

‒ Слушай, ‒ Лакки потер рукой затылок и чуть скривился. ‒ Я ведь попытался разорвать с ней полностью все отношения. Сам понимаешь, одна женщина на столь долгий срок... Мне необходимо разнообразие. И я правда думал, что мы все решили...

Друг мялся. Говорить о столь интимных моментах ему точно было не очень приятно. Да что уж там, слушать это я тоже особым желанием не горел. Я вообще хотел провести это утро в спокойной обстановке: купить Делии туфли и морально настроиться на представление для элитной верхушки магов. Но, как говорится, мы предполагаем, а Манаара нашей судьбой распоряжается.

‒ Но она вернулась. Выгнала из моей постели девушку и заявила, что больше такого не потерпит.

‒ И что дальше?

‒ Да выгнал я ее... Сказал, чтобы шла к тебе.