"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 287

Она послушно подобрала ее с пола и почти с нежностью посмотрела на Колю.

– Ревнивый, - сказала она грудным голосом. - Я о таком всю жизнь грезила. Муж у меня, видишь ли, дубина был. Совсем бесчувственный, не горячий совсем. А ты, я вижу… - она скрипнула зубами.

Коля схватил мешок, пулей вылетел в коридор.

– Марафет забыл, - зашипела она ему вслед.

Коля вернулся, схватил пробирку с белым порошком и наткнулся на ее колючий, вопрошающий взгляд.

– Я ждать буду. - Она жарко дохнула ему в лицо, но Коля вдруг поймал себя на том, что не верит ей. "Слова любовные, а глаза холодные, - подумал он. - Здесь что-то не чисто".

– Ровно через три дня жду, - сказала она. - Не забудь.

…Коля не ошибся. Едва закрылась за ним дверь, как из соседней комнаты вышел Пантелеев, задумчиво взглянул на адвокатшу:

– Рисковая ты, Раиса.

– Я подумала: если он из легашей - тебе надо самому посмотреть. Ты ведь бывший… - она усмехнулась.

– Не шути этим. Леня этого не любит, - сказал Пантелеев тихо, и она осела под его взглядом, словно вдруг напоролась на безразличные глаза гадюки.

– Я его пока не понял, - продолжал Пантелеев. - Да это и не важно - рисковать мне нельзя. В следующий раз придет - пусть за ним наши протопают. Легавый - в канал его. А не легавый… все равно в канал. На всякий случай. Береженого и бог бережет. Я, Раечка, год назад наплевал бы на этот, как бы сказать, юридический казус. Год назад, но не сегодня. Они, суки, растут на глазах, понимаешь? Оперативное мастерство у них растет. Кое в чем они теперь и сыскную полицию переплюнут. Делан, как сказал.

Через час Коля уже докладывал на оперативном совещании о результатах своего визита.

– Сделаем засаду, и как только появится, - возьмем, - потер руки Вася. - Чувствую я, что отгулял наш бывший сослуживец, трясця его матери!

– Не юродствуй, - оборвал Васю Бушмакин. - Оперативно неграмотное предложение.

– Почему? - обиделся Вася.

– Вы, Василий Дмитриевич, мерите аршином трехгодичной давности, - заметил Колычев. - Тогда юнкеров так ловили, мальчишек. А теперь мы имеем дело с профессионалом по двум линиям: и уголовной и нашей. Это никак нельзя сбрасывать со счетов!

– Коля должен выявить круг своей дамочки, - сказал Гриша. - Выйти на Пантелеева. Обставить его. Тогда - все. Рви яблочко, оно созрело.

– Верно, - кивнула Маруська. - Но как быть, если Пантелеев действует? А это значит - убивает! Вот сводка. Двадцать четвертого Пантелеев ограбил артельщика телеграфа и убил. Двадцать шестого - совершил налет на квартиру врача Левина. Всех убил! Ты, Григорий, не лекцию в академии читаешь, ты на работе, между прочим! Нет у нас времени на все эти опер премудрости. Действовать нужно просто и быстро. В чем-то Василий прав, я так считаю!

– Позвольте, я скажу. - Коля встал. - Отношения с этой бабой у меня без пяти минут… самые горячие… Ты, Маруська, не волнуйся, я подлость Маше не сделаю, это я просто для сведения вам сказал, чтобы вы знали, как мне сладко.

– Если дело требует, - ухмыльнулся Вася.

– Я свою жену люблю и на это не пойду! - взорвался Коля. - Стыдно тебе шутить этим, Василий!

– А я чего? Я ничего, - стушевался Вася.

– Тебя никто не заставляет. Это… ну, в общем, ясно, - покраснел Бушмакин. - Используй ситуацию, вот и весь сказ. Понял? Свободны все.

– У меня два слова. - Колычев внимательно посмотрел на Колю. - Я, Коля, сижу и анализирую ваш рассказ - он очень красочен и подробен, словно я сам там побывал. Я эту… потаскушку хорошо знаю, я вам докладывал, помните. Так вот: у вас не возникло ощущения, что она… ну, скажем, неискренна? Не договаривает чего-то?

– Возникло, - кивнул Коля. - Именно так, как вы говорите. Я ушел с уверенностью, что она мне не очень поверила.

– Вы договорились встретиться через три дня? Идите к ней завтра же!

– Какие у вас основания? - спросил Бушмакин.

– Если Коля прав - через три дня она будет готова. К чему? Не знаю. Но уверен, что Колю ждет не слишком приятный сюрприз. Нужно ее опередить.

– Предлог? - спросил Коля.

– Случайно вам достались бриллиантовые серьги. Их нужно немедленно реализовать.

– Ничего себе, - вздохнул Бушмакин. - Бриллиантовые… Да мы шелк едва достали!

– Коля познакомился со мной в тот момент, - сказал Колычев, - когда бандиты хотели отобрать у моей жены бриллиантовые серьги. Помните, Коля?

Коля кивнул, уже догадываясь, куда клонит Колычев, и не ошибся. Колычев положил на стол черную, обтянутую кожей коробочку.

– Вот, товарищ начальник, - улыбнулся он. - Это то, что нужно.

Бушмакин открыл коробку. На черном бархате сверкнули крупные камни.

– Не-е-е… - Бушмакин закрыл коробку и пододвинул ее к Колычеву. - Мы не можем это принять.

– Неужели жизнь человека дешевле этой мишуры? - тихо спросил Колычев.

– А… Елизавета Меркурьевна? Жена ваша? - уже сдаваясь, спросил Бушмакин.

– Елизавета Меркурьевна произнесла по этому поводу те самые слова, которые я только что вам процитировал, - витиевато сказал Колычев.

Коля пришел домой и без сил повалился на диван. Маша вытащила у него из-за пояса кольт, положила на подоконник. В дверь заглянул Ганушкин, вслед за ним - Тая.

– Вот какое дело, - сказал Ганушкин виновато. - Я, конечно, понимаю, но жизнь - она свое берет. Ты, Маша, сказала уже?

– Нет, - Маша отрицательно покачала головой. - Ему не до меня…

– Что такое? - безразлично спросил Коля.

– Да исполком комнату Бирюкова решил вам отдать, - выпалила Тая. - Вот радость-то!

– А Егор Кузьмич намекнул мне, что у них с Таей ожидается прибавление семейства, - улыбнулась Маша.

– Ну и берите эту комнату! - почему-то обрадовался Коля. - Нам она все равно ни к чему.

– А если у вас дети будут? - неуверенно сказал Ганушкин.

– У нас? - грустно произнесла Маша. - Вы, как говорила одна моя знакомая дама, с меня смеетесь!

– Ни к чему нам дети, - буркнул Коля. - Пока ни к чему, - поправился он. - Вот построим новое общество - тогда.

– Бабы - они при любом обществе хотят рожать, - саркастически заметила Тая.

– Будет, будет тебе, - оборвал ее Ганушкин. - Лучше скажи спасибо Николаю и Маше и айда - им отдохнуть надо.

– Покой нам только снится, - вздохнула Маша.

Ганушкины ушли. Маша села рядом с Колей на диван:

– Когда мы последний раз виделись, горе мое?

– Позавчера, кажется, - виновато сказал Коля. - Или нет?

– Господи, - Маша погладила его по голове. - Я все время задаю себе вопрос: зачем мне такой муж, как ты? Есть будешь? - Она открыла деревянный, некрашеный шкафчик, поставила на стол хлеб, картошку и лук. Коля подошел к столу, отломил кусок хлеба.

– Ты на меня обиделась? Когда я о детях сказал?

– Нет. - Маша отвела глаза. - Я понимаю…

– Обиделась, - кивнул Коля. - Ты вот что пойми: меня могут убить в любую секунду. Я знаю, что слабая женщина сказала бы: "Умрешь ты, останется твой сын, твое продолжение". А ты что скажешь?

– "Женщина для мужчины - цель. Мужчина для женщины - средство", - процитировала Маша. - Так утверждал, один философ.

– Какое средство? - не понял Коля.

– Простое. - Маша улыбнулась. - Мы не можем пока еще рожать детей сами по себе… Я цель для тебя или… средство?

– Цель, Маша, и ты это знаешь. Я люблю детей, но я бы не хотел, чтобы наш ребенок остался сиротой. Мы молоды, подождем, ладно?

– Не уговаривай. - Она взъерошила ему волосы. - Я люблю тебя, Коля, тебя, а не отца своего будущего ребенка. Если бы меня сейчас слышали другие женщины, они бы сказали, что я - выродок!

Коля сжал ей руки:

– Я знаю, почему ты так говоришь. Ты обманываешь себя, и меня пытаешься обмануть - мы ведь оба больше всего на свете хотим, чтобы у нас был сын! Но ты поняла меня, и этого я никогда не забуду!

– Ешь, - Маша уткнулась в тарелку. - Поймал своего бандюгу?

– Пока еще нет. Да, у нас объявление висит - поход в кунсткамеру. Руководитель - товарищ Кондратьева М. И. Это не ты ли?