"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 257

– Есть, - не задумываясь, ответил Сергеев. - Только вот чего я не знаю… Чем должен заниматься этот уголовный розыск?

– Искать преступников, - Петровский посмотрел из-под очков.

– А как?

– Вопрос серьезный. Думаю, что рано или поздно вы на него ответите. Только помните: чем раньше, тем лучше.

Сергеев пришел к Бушмакину поздно вечером. Коля, Маруська и Бушмакин сидели за столом и пили чай.

– Степан Петрович! - обрадовался Бушмакин. - Милости просим! Маруська, чашку гостю! Только не взыщите - хлеба нет. Съели.

– Разговор у меня к вам, - Сергеев сел за стол и пустил ложечку в коричневую, мутную жидкость - чай был морковный.

– Понятно, - кивнул Бушмакин. - А ну, молодежь, прогуляйтесь.

Коля и Маруська обиженно поплелись к дверям. Неожиданно Сергеев сказал:

– Разговор их тоже касается. Тут дело такое… Преступников мы, конечно, ловим… Но уж, честно сказать, только тех, которые сами попадаются. А вот при царе, если помните, была специальная организация - сыскная полиция.

– Помню, - кивнул Бушмакин. - На Гороховой помещалась.

– Так вот, сыскная полиция существовала для того, чтобы… как бы это объяснить… Ну, чтобы быть в курсе всех дел преступного мира и вовремя эти дела пресекать. Скажем, наметили воры магазин Елисеева обчистить, а там уже засада, ясно?

– Ясно-то ясно, - Бушмакин подозрительно всматривался в лицо Сергеева. - Только зачем вы это все нам излагаете?

– А затем, товарищ Бушмакин, - Сергеев не отвел взгляда, - что партия поручает вам организовать и возглавить петроградскую сыскную милицию - уголовный розыск.

– Мне?! - Бушмакин вскочил. - Мне?

Коля и Маруська восторженно переглянулись.

– Так это же… Это же здорово! - сказал Коля.

– Вы теперь вроде околоточного будете? - не выдержала ехидная Маруська. - С пузом?

– Шутки в сторону, - нахмурился Сергеев. - Прошу не ахать и не восклицать. Возьмите людей, кого сочтете нужным, и марш на Гороховую. Кто из старых работников захочет остаться, пусть работает. Кто не захочет - скатертью дорога! Запачканных контриков удалять безжалостно. Завтра с утра и начнете.

– Постойте, постойте… - Бушмакин никак не мог прийти в себя. - Что такое, скажем, шпиндель, вы знаете? А что такое аксиальная фреза?

Сергеев пожал плечами.

– А я этим всю жизнь занимаюсь! - крикнул Бушмакин. - Мое дело - токарный станок!

– А что такое дактилоскопия, вы знаете? - в свою очередь спросил Сергеев.

– Нет, - растерялся Бушмакин.

– Я тоже узнал это после первого ареста. А что касается всей жизни… Революция, Бушмакин. И наша жизнь нам больше не принадлежит.

Коля восхищенно смотрел на Сергеева.

– Я тоже хочу, - сказал он. - Только я в Питер приехал, сразу схлестнулся с этими гадами. И пошло и пошло. Я так понимаю: судьба у меня такая - им салазки загибать.

– Ну, насчет судьбы - это немарксистская точка зрения, - улыбнулся Сергеев. - А в остальном - возражений нет.

– И я не отстану! - решительно заявила Маруська. - Куда вы, - туда и я!

– Не женское это дело, - сказал Бушмакин.

Она нахально посмотрела на него:

– Вы же не захотели заниматься со мной женским делом?

– Тьфу! - в сердцах плюнул Бушмакин. - Ты ей слово, она тебе - десять!

– А что, - задумался Сергеев. - Может быть, Маруся не так уж неправа. Кем была женщина при царизме? Забавой? Рабой? А при Советской власти женщина во всем будет равна мужчине, это факт!

– Не равна, а гораздо выше! - уточнила Маруська.

– Согласен, - рассмеялся Сергеев. - Первая в мировой истории женщина-сыщик! Это же прекрасно, товарищи!

Заводской двор заполнили рабочие. Бушмакин взобрался на стол, и гул разом стих. После событий на Ватном острове Бушмакин пользовался непререкаемым авторитетом.

– Товарищи, - негромко начал Бушмакин. - В городе грабят и убивают. Уголовники распоясались. Даже у детей отбирают хлеб.

– Это мы знаем! - донеслось из толпы. - Ты говори, чего делать?

Толпа взорвалась криком, заголосила какая-то женщина:

– Нюра, Ню-юрочка, доченька!.. Убийцы проклятые…

– Бандиты зверствуют, - продолжал Бушмакин. - И мы будем беспощадны!

– Смерть уркам! - выкрикнул Вася. - Я предлагаю ловить их и организованно топить в Неве!

Бушмакин взмахнул рукой:

– Тихо! Мы не преступники. Мы не станем действовать против преступников ихними методами!

– А что же с ними делать? - не унимался Вася. - В зад их целовать, что ли?

Все захохотали.

– Нашему заводу, товарищи, доверили организовать уголовный розыск, - сказал Бушмакин. - А это значит, что прямо сейчас мы решим, кому поручим эту работу! Условия такие: честный, непьющий, в драках и скандалах не замечен, на платформе Советской власти стоит, как Александрийский столп!

– А столп этот - признак царизма! - крикнул Вася. - Я несогласный!

На стол поднялся Никита, сорвал с головы студенческую фуражку, прижал ее к груди.

– Товарищи! Василий мне хотя и друг, но говорит ерунду! Александрийский столп, товарищ Вася, воздвигнут в честь русских людей, которые одержали победу над Наполеоном, и весит этот столп ни много ни мало - тридцать тысяч пудов. Так что если кто с такой силой стоит на платформе Советской власти, - такому человеку можно верить!

Вася выслушал тираду друга с открытым ртом, а когда Никита под хохот, свист и аплодисменты слез со стола, сказал:

– Вроде голова у тебя моего размера, а помещается в ней в три раза больше. Это как же?

Вася вспрыгнул на стол и встал рядом с Бушмакиным.

– Есть предложение! - крикнул он. - Раз товарищ Бушмакин этому делу заводила, - ему первому и идти! Предлагаю голосовать мое предложение целиком, поскольку оно очень продуманное мною и совершенно безошибочное.

Все засмеялись, а Вася, нисколько не смущаясь, продолжал:

– Второй человек - это, конечно, я сам. Прошу не хихикать, это неприлично! Объяснять свои достоинства, я считаю, с моей стороны будет нескромно. Третий - мой корешок Никита. Свой ум он вам доказал, так что перехожу к четвертому… - Вася нашел глазами Колю, встретил его умоляющий взгляд: - Четвертый будет Коля! Известное дело, мой второй корешок Коля Кондратьев. Почему? А потому, что сила солому ломит, и вы все его видели в деле на Ватном острове. Я все сказал!

– Еще не все! - Маруська протиснулась к столу. - Пятый человек - это я! Можете хохотать, а вот вчера товарищ Сергеев так сказал: женщина-сыщик, говорит, - первая в мировой истории, - это, говорит, главное завоевание Октябрьской революции.

От хохота задрожали стекла. Впрочем, проголосовали все единодушно.

Вечером в комиссариате у Сергеева бушмакинцы получили удостоверения-мандаты и оружие. Всем достались тяжелые, несамовзводные солдатские наганы, а Васе, словно назло, - трехлинейка. Вася пощелкал затвором и лихим движением забросил винтовку за плечо.

– Ничего, - утешил Сергеев. - Начнете работать - таким оружием разживетесь, что я первый позавидую.

– А что у вас? - не выдержал Вася. - Покажите!

Сергеев гордо улыбнулся и вытащил из бокового кармана вороненый кольт 14-го калибра.

– Ф-у-у, - Маруська искривила губы. - Подумаешь, такой же наган.

Сергеев протянул ей кольт, она взяла его и удивленно воскликнула:

– Наполовину легче!

– Это не главное, - сказал Сергеев. - Чтобы перезарядить наган, нужно в каждую патронную камору ткнуть шомполом. Я уж не говорю о том, что нужно сдвинуть патронный стопор. А здесь…

Он взял у Маруськи кольт, щелкнул задвижкой, и барабан послушно откинулся влево. Нажал головку экстрактора, и все патроны высыпались в подставленную ладонь.

– Ли-ихо, - протянул Коля. - Мне бы такой.

– Все будет, - Сергеев спрятал револьвер в боковой карман. - Требую от вас, товарищи, самой жесткой революционной дисциплины. Вы должны быть готовы к любым неожиданностям. К чему я об этом говорю? Вот получили мы сегодня сообщение - чиновники сыскного обещают устроить новой власти "кузькину мать".