Отомстить изменнику, или Невеста (не) того дракона - Синичкина Мила - Страница 6

– У некоторых да, Бель, – отвечает Бомон, тщательно пряча улыбку, – но не у всех.

– Ясно, – коротко киваю и перевожу взгляд обратно на природу.

– У меня есть вторая ипостась, если тебе интересно, – продолжает герцог, делая вид, что не заметил моей неловкости, – а у Георга нет. Собственно, потому мы и живем на равнине, все же мы общаемся в основном с людьми.

Резко поворачиваюсь обратно к Адаму.

– А почему у тебя есть, а у него нет? Это как–то связано и с твоим усиленным слухом, да? Ты очень сильный, наверняка, очень, – качаю головой. – С Георгом все ясно, не может быть кто–то с низкими моральными принципами быть сильным, потому он и не способен превращаться.

– Не совсем так, Бель, ты слишком идеализируешь все вокруг себя. Должно быть, в силу возраста так происходит, – Бомон хмурится. – Но я не понимаю, почему ты ничего о нас не знаешь? Твои родители видели, за кого отдают дочку замуж, они же и были инициаторами вашего с Георгом знакомства. Немногие пары, выбранные родителями, знакомятся заранее и проводят вместе столько времени, как вы с Георгом.

– Да не так много на самом деле, – машу рукой, – с тобой мы уже гораздо больше времени провели вместе. А не знаю почему, – я на миг замолкаю, не уверенная, что стоит откровенничать, – это странно, ты прав. Тем более в нашем королевстве, где драконы не являются мифическим недоступным кланом. Держу пари, каждая девица, достигшая возраста посещения приемов, знает о вас чуть ли не больше, чем вы сами. Вы выгодно отличаетесь от человеческих мужчин, чего уж скрывать.

– Спасибо за комплимент, – герцог усмехается. – Так все–таки, отчего ты не знаешь всю нашу подноготную? Настолько нелюбопытна? Или тебя на приемы не пускали?

– Не пускали, – согласно киваю, – но причина не в этом.

– Серьезно? – искренне удивляется Бомон. – За что с тобой так? Участь юной человеческой девушки и без того не очень завидна. Большинство родителей стараются дать своим дочерям хотя б краткий миг свободы и веселой жизни. Ведь пройдет так мало времени, и девицам придется идти замуж. А там многое зависит от супруга. И даже окажись избранник достойным, все равно так не развлечешься на приеме, как во время беззаботной свободы.

– Ни за что, все со мной хорошо. И меня все устраивало, – упрямо отвечаю, а самой почему–то становится обидно.

Родители никогда не описывали светские приемы, как праздник. Они их скорее ругали, называли скучными и бесполезными, а иногда даже опасными. И я туда не просилась, безоговорочно доверяя им.

Но теперь мне кажется, что причина моего заточения дома заключалась в уже имеющейся договоренности о браке. Они попросту боялись, что я увлекусь кем–нибудь еще или полюблю свободную жизнь, или и вовсе узнаю о любвеобильности Георга слишком рано.

Грустно.

– Ладно, не будем о приемах, – медленно произносит Адам. – Тем более что твой, получается, первый, в честь собственной помолвки, явно оставил неизгладимый след.

– Ты не думай, я умею себя вести в обществе, этикет мне преподавали, как и всем остальным, – тороплюсь сказать, – я не опозорю тебя.

– Я не думаю, что ты меня опозоришь, Бель. Я лишь хочу знать, почему ты ничего не знаешь о драконах?

Он смотрит пытливо, и я не выдерживаю, отвожу взгляд.

– На самом деле на неделе я открыла одну книгу, очень ты меня заинтересовал своим отличным слухом. Но потом я увидела статью про истинность и отвлеклась. А раньше я не изучала ничего про вас, потому что все книги про драконов и истинность были под запретом в нашем доме, – тихо произношу. – Я не знаю подробностей, но по обрывкам объяснений я догадалась, что в семье произошла какая–то неприятная история с моей прабабкой и драконом. Вроде как она настолько была очарована вашим видом, что сбежала с первым встречным драконом, наплевав на законного супруга и детей.

– Н–да, – произносит Адам спустя несколько секунд, – это, конечно, объясняет запрет на изучение и посещение приемов, чтобы юные девы не могли очароваться. Но совсем непонятно, почему тебе, предназначенной согласно предсказанию дракону, не дали достаточно информации.

– Не знаю, – пожимаю плечами, – я только сейчас начинаю понимать, что родители мне многого не рассказали. Они ушли так внезапно, возможно, думали, что еще есть время. А я, оставшись одна, училась жить в одиночестве. Да я и сейчас еще активно учусь жить. Тут, знаешь ли, не до изучения драконов, – невесело усмехаюсь.

– Ты не одна, Бель, – уверенно произносит Адам и слегка сжимает мое запястье.

Глава 10

Его жест мимолетен, и его легко можно списать на простой дружеский, или даже совсем ничего незначащий жест элементарной человеческой поддержки. Это как когда я увидела в городе плачущую женщину, что потеряла мешочек с монетами и не могла купить хлеба. Я тогда подошла к ней, сжала ее локоть в попытке успокоить и дала деньги.

Ощутили ли мы с ней в тот момент какую–то общность друг с другом? Определенно да. Но стали ли мы с той женщиной впоследствии друзьями? Нет. Мы и не виделись больше ни разу.

Так и герцог сейчас просто оказал мне мимолётную поддержку, потому что он хоть и дракон, но ничего человеческое ему не чуждо.

Но почему тогда моя ладонь до сих пор горит от недавнего прикосновения? И само это прикосновение, оно было уж очень обжигающим для обычного участливого. Оно словно резко разбудило во мне что–то древнее, глубоко дремавшее. Я раньше совершенно точно никогда не испытывала подобные ощущения и не уверена, хочу ли испытать еще раз. Потому что элементарно страшно бросаться в неизвестность. Она может привести к плохим последствиям.

Интересно, дракон тоже почувствовал нечто такое?

– А ты сейчас, – начинаю свой вопрос и резко замолкаю. Нет, опозориться я не готова, еще решит, что я что–то себе придумала или еще хуже, влюбилась. Наверняка Адам думает, что мне немного надо, раз я настолько дикая, что не посещала приемы, значит, и с людьми толком не общалась. – Нет, ничего. Природа здесь прекрасная, хотела сказать. Замечательное место, спасибо, что пригласил. И беседка тоже хороша, не надо ничего в ней менять.

Мне кажется, или дракон вздыхает с облегчением? Все–таки тоже что–то странное почувствовал, и ему неловко это обсуждать?

– Спасибо, я рад, что тебе понравилось, – произносит он искренне. – Но все же не стоит, не отказывайся от своих слов. Кружева для деловых встреч действительно слишком. Хорошо, что у нас не деловая встреча.

– А какая тогда? – цепляюсь за его слова. – И ты так и не объяснил, зачем было меня вытаскивать из дома за несколько часов до приема.

– Ох, какая, – он на секунду теряется, – хороший вопрос. Приятельская? Два создания, связанные общей авантюрой должны стать по меньшей мере приятелями, не находишь?

– Да, пожалуй, – осторожно киваю, – но ты до сих пор не ответил на второй вопрос.

Дракон небрежно поправляет свои часы на запястье и как бы невзначай, но очень вовремя восклицает.

– Сколько времени! За хорошей едой в приятной компании часы идут незаметно, а нам меж тем уже пора отправляться на прием.

– Ладно, как скажешь, – не настаиваю, но подозрительность во мне достигает новых масштабов.

Я никак не комментирую и крайне медленный спуск вниз, и лишний крюк на дороге. Может, я и не часто выбираюсь в свет, но все наши окрестные дороги мне хорошо известны, ведь наше с Джоном тайное развлечение – неспешные поездки поздними вечерами, когда меньше шансов кого–то встретить. А потому мне доподлинно известно, что Бомон снова зачем–то выбрал странный путь.

Герцог сидит все это время с нечитаемым выражением лица и не обращает на меня никакого внимания. Всячески делает вид, что наша удлиненная сверх меры дорога логична.

Но когда я уже готова высказать свои наблюдения, не боясь выставить себя дурочкой, потому что доехать до мадам Дижо уже можно было из противоположного конца города, Адам, наконец, поворачивается ко мне.