Мой любимый вампир (СИ) - Бауэр Алика - Страница 31

— Давай, ты сможешь, — Док уверенно протягивал мне что-то наподобие больших щипцов, что он украл в магазине, потому что на них не хватало денег.

Пока я трясущимися руками забирала у него инструмент, он снял футболку, откупорил зубами пробку с маленькой бутылочки спирта и половину содержимого вылил себе на раненное плечо, не поморщившись.

— Тебе нужно будет сделать небольшую ранку, чтобы вынуть пулю из отверстия, которое уже начала затягиваться.

Кожа Дока уже действительно почти затянулась в месте, где была порвана пулей, оставляя лишь крохотную дырочку, за которую мне нужно будет зацепиться и порвать плоть снова.

О, Боже.

Я тяжело и часто задышала. Не то, чтобы мне нужен был приток кислорода, просто так я пыталась успокоиться. Нужно просто забыть, что буду потрошить живого человека и сконцентрироваться на деле. Вдох — выдох, девочка, всё-таки ты поступала в медицинский.

Присмотревшись к ране, я заметила странные витиеватые темные линии, отходящие от неё, как расползающиеся червяки.

— Док, — я прикоснулась к его плечу осторожно подушечками пальцев, боясь сделать ему больно. — Мне не нравится твоя рана. Таких ответвлений не должно быть, — и лишь слегка дотронулась до них и сразу услышала мужское шипение сквозь зубы.

— Они появились из-за металла, что уже около суток находится в моём плече, — Док посмотрел мне в глаза и сжал крепко пальцы свободной руки. Как же приятно горячо. — Я верю, что ты справишься. — Резко на лице промелькнуло озорство и меня безжалостно потрепали за щеку. — Тем более, это мне должно быть страшно. Не тебя будет ковырять сомнительным инструментом вампир, — он пытался разрядить обстановку и изобразить некое подобие улыбки.

Сделав вид, что на меня подействовали его слова, я приступила к делу. Было страшно до первой струйки крови, что потекла от плеча по груди Дока. Я позволила себе несколько секунд проследить за ней взглядом и представить каково было бы её слизать с горячего тела. Правдоподобное ощущение теплой солено-сладкой жидкости появилось на кончике языке. Укол острыми щипцами в бедро помог вернуть ясность мыслям.

Надо отдать ему должное, держался Док храбро, почти не морщился и не издавал никаких звуков, пока я не залезла щипцами поглубже в рану. Тогда парочка мата сотрясли воздух, его тело окаменело, а правая рука вцепилась в кожаное сиденье до скрипа.

— Куда мы едем? — слышала, что вопросы могут отвлечь от боли, но не уверена, что от такой.

— А куда бы ты хотела?

— Домой, — из груди вырвался тяжелый выдох.

— Стеф…

— Слушай, я понимаю, что дорога туда мне закрыта. Не надо мне ничего объяснять. Не маленькая, — ответила я слишком резко после чего повисло молчание на какое-то время.

Я раздвинула двумя пальцами пошире развороченное отверстие, чтобы добраться до пули, и услышала, как Док задержал дыхание. Его плечо выглядело ужасно из-за моих манипуляций, а проклятой пули еще не было видно. Нам нужно обратиться в мед учреждение, где специалист без боли и в стерильных условиях извлек бы чужеродный объект. Вместо этого я копаюсь в теле охотника, как ребенок в песочнице лопаткой, в полной антисанитарии!

— Ты меня за дуру долго собирался держать? — откинув волосы с лица, я подалась вперед, перехватив удобнее инструмент. — Неужели ты… Я не знаю, Джереми! — взбешенная всей этой ситуацией вскрикнула я, пытаясь подобрать слова. — Я же училась в медицинском!

Док лишь поджал губы.

— Я видела огнестрельные ранения лишь по страницам учебников, но и этих познаний хватит понять, что…

— Пуля была инфицирована, — прошептал он, глядя на свои пальцы, что чуть подрагивали от боли, которую он так умело скрывал. — Ядом, который я сам разработал.

Воздух вокруг потяжелел, стал кислым на вкус. Док зажмурился, хотел снова отвести взгляд, столкнувшись с интересом в моих зрачках.

— Изготавливать порошки, различные микстуры и яды - мое хобби. Иногда изобретения получают одобрение в Резиденции охотников и их пускают в оборот, распространяя по кланам охотникам как помощь в поимке и убийстве монстров.

Я перестала измываться над его телом, заглядывая в глаза.

— Динамика?

— Первые симптомы проявляются в первые сутки: боль, онемение, озноб, тошнота. Тяжесть зависит от дозировки яда. Но конечным итогом лихорадка с летальным исходом.

Щипцы выпали из моих рук, завалившись куда-то под сиденье.

— Надо было лишить себя конечности, пока яд не распространился по телу, — глухо произнёс Док, — но в голове было лишь то, чтобы увести тебя подальше.

Я смотрела на него так, будто видела насквозь. И впервые смогла увидеть его прекрасную душу, что светилась ярче солнца и грела в тысячи раз сильнее. Но спустя десятки, сотни или тысячи лет всём звёздам суждено сгореть.

Он провёл мозолистым большим пальцем по моей нижний трясущейся губе - предвестник очередной истерики.

— Нет, — произнес Док шёпотом, оставляя поцелуй, затерявшийся где-то в моих волосах. — Не смей себя винить.

Но как я могу этого не делать?

И я решила довериться своему внутреннему голосу, который сейчас орал, не щадя мои барабанные перепонки, что нужно делать.

— Нам нужно в твой бункер! Отведи нас туда! Я тоже понимаю в фармакологии, и мы... мы сделаем противоядие! — хватаясь за его плечи, я отчаянно пыталась до него достучаться.

— Ты же понимаешь, что время на нейтрализацию яда упущено.

— Да, но и ты не человек. Твое тело сильнее и выносливее.

Бункер. Мне нужно попасть туда. Что-то тянуло меня туда как магнитом. Возможно, шестое чувство знало, что там мы точно найдём спасение, а может быть было что-то ещё.

— Я не уверен, что нам будут там рады. — Он взял мою руку, что сжалась в кулак, в свои ладони, принимаясь выцеловывать костяшки пальцев. Бережно. Нежно. Будто от этого мои кости могут раскрошить в пыль. — Мои братья-охотники не встречают вампиров с распростёртыми объятьями. Вдруг, когда мы доберемся до бункера, я уже буду не в состоянии тебя защитить.

— Не волнуйся обо мне. Теперь моя очередь тебя спасать, — не удержавшись свободной рукой я скользнула по скуле, что была покрыта щетиной.

Он прижался к моей ладони щекой, зажмуривая глаза и стиснув челюсть, словно это приносило ему дикую боль с долгожданным освобождением.

— Давай тогда уже сделаем это, — сказал Док спустя минуту, отрываясь от моей руки.

Он на ощупь нашёл щипцы на автомобильном коврике, обработал их спиртом и протянул обратно мне.

— Сколько нам ехать до бункера?

— Два дня. Ты хорошо держишься для новообращённой, думаю, проблем не должно возникнуууть а-а-а.

— Прости … Прости… — Я нагнулась к ране и стала дуть на неё, в попытке облегчить боль. — Никак не могу нащупать пулю.

Док искренне засмеялся от моихжалких попыток.

— Ты понравишься Алише, — и мне захотелось ему поверить. — Кстати, пока ты была в отключке ты повторяла одну и ту же фразу «Всё должно быть не так». Не расскажешь? — Его глаза сверлили меня взглядом, пытаясь уловить хоть тень сомнения или лжи в моих словах, когда я сказала, что не понимаю о чём речь. Хоть это действительно было так, почему-то я сама себе не верила.

После найденной пули, Док вылил на своё плечо остатки спирта, надел футболку, и мы снова тронулись в путь по шоссе. Я рассказала ему о своём тёплом воспоминании, когда папа возил меня в тайне от мамы в кафе-мороженое и, что на тот момент, я даже и предположить не могла как перевернется моя жизнь и что о спокойствии теперь можно только мечтать.

— Ты никогда не совершала что-нибудь незапланированное и бесконтрольное? — Его слова заставили меня задуматься, и я действительно пыталась что-нибудь вспомнить эдакое из своей человеческой жизни, но всё было серым обыденным пятном.

— М-м нет, наверное, нет, — с толикой сожаления сказала я.

— Значит, будем исправлять, — с ухмылкой произнес Док и отказывался отвечать на мои вопросы всю дорогу, пока он не остановился на стоянке огромного торгового центра.