Вторая жизнь майора. Цикл (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 243

— Ничему не учил, — хмуро ответил шаман и, посмотрев в мои удивленные глаза, спешно добавил: — Что подглядел, то и выучил. — Он испугался, что я ему не поверю.

— А чем ты тогда занимался? — Мне было понятно, что так выбирались более способные ученики. Кто смог запомнить лучше других, того учили уже основательно, а на бездарей время не тратили. Пусть самоподготовкой занимаются.

— Я стал первым учеником, когда верховный запил и с предыдущего ученика кожу живьем снял и сушить повесил, — прервал он мои размышления. — Меня остальные выбрали и отправили к верховному, если бы не пошел, убили бы. А Сарги Улу, чтоб он в степи сдох, я портки грязные стирал, выпивку готовил и девок водил.

"Да, магистр разошелся", — подумал я и посмотрел на парня магическим зрением, он был не обделен даром. Больше, чем крохобор, но меньше, чем боевой маг, самый раз в целители бы пошел.

— Учеником моим быть хочешь? — спросил я, испытующе глядя на шамана. У того глаза расширились, рот открылся, выставив напоказ клыки, и так он еще больше походил на местную лисицу.

— Хочу, повелитель! — упал он к моим ногам.

— Тогда так! — сказал я. — Будем проводить ритуал верности на крови. То, что ты узнаешь, должно остаться с тобой. Готов? — Я выжидательно смотрел на него.

— Готов, — без доли сомнения ответил молодой шаман. — Что надо делать?

— Ты понимаешь, что уйдешь со мной из родства и племени?

— Не важно! — ответил он, и его решительный настрой мне понравился. Он хотел учиться и постигать новые знания, а в племени, как я понял, он был ненужным и, может, даже презираемым. Орки лелеют культ силы, ты силен или мускулами, или шаманизмом. Лисенок был не тот и не другой.

— Давай руку, — сказал я и сделал легкий надрез. — Теперь иди! — приказал ему. — Посиди в сторонке.

Орки уже умело и быстро строились, знали свое место в строю и потихоньку начинали скучать.

— Грыз! — крикнул я. — Веди бойцов ко мне. — Они построились и пожирали меня глазами. — Пусть сядут, где стоят, — показал я рукой у ковра.

Дождавшись, когда они рассядутся, я ввел их в транс и стал передавать каждому небольшие пакеты гипнограмм, улучшающие их совместные действия и повышающие их бойцовские качества. Это были первые пакеты, которые я внедрял своим вассалам. Так и оставил их сидеть усваивать материал.

У меня был нож с кровью шамана, и я стал проводить ритуал кровной связи. Эта связь не только соединяла нас с ним, но и позволяла передавать знания без гипнограмм. Это свойство крови я обнаружил случайно, когда проводил связь с Ленеей, но опробовать такой способ передачи информации решился только сейчас. Наладив связь, я почувствовал Шарныга, его трепет и дрожащее ожидание. Потом стал решать, какие знания ему нужны в первую очередь. Я посмотрел на орка и подумал, что для начала можно дать всего помаленьку. Быстро скомпилировал небольшую базу и включил гуда выживание, универсальный бой, артефакторику, целительство и алхимию. Пока хватит, решил я, посмотрим усвоение материала. Давать что-то одно я не стал, мне нужен был помощник широкого профиля, как я сам. Не знаю, что нас встретит на этих землях, но в случае чего Шарныг должен будет и полечить, и зелье сварить, и амулетом воспользоваться. Потом быстро выпустил по кровной связи информацию. Сидящий орк вздрогнул, закатил глаза и завалился. Ну вот, пока базы не распакуются, он будет в отключке. А там посмотрим, чему он научился. Я огляделся. Один орк лежал, другие, как Будды, сидели почти в позах лотоса. Недалеко паслись лорхи на густой траве, наверху все так же летали МиГи. И только я был один не при делах и без ясных мыслей, что делать дальше.

Так не пойдет, встряхнул я надвигающуюся апатию и равнодушие от бессилия в сложившейся ситуации и согласился с великим учителем и лучшим другом всех детей в прошлом в том, что логика обстоятельств стоит выше логики намерений. Значит, надо действовать по обстоятельствам. Мне нужен был план, любой, даже самый глупый, но свои действия я должен уложить в логику тех самых обстоятельств.

И я стал планировать. Что я имею? Имею неизвестную территорию и ее надо разведать. Нужны разведчики. Где-то в сумке бездельничали "двое из ларца".

— Мессир и Мастер, на выход, — строго приказал я, мне не нужны были их расспросы, просьбы и нытье.

Они выплыли из сумки и стали оглядываться. Посмотрели на орков, на горы и на огромных летающих птиц, потом на меня, и их вопросы застряли у них в горле. "Вот так-то лучше, — удовлетворенно подумал я, — а то как дети маленькие, и пригляд за ними нужен постоянный".

— Равняйся! Смирно! — скомандовал я и, не обращая внимания на недоумение духов, продолжил: — Слушай боевой приказ. Передовая группа исследователей высадилась на неизвестной территории, ваша задача — произвести разведку местности в округе двух лиг и о результатах доложить мне. В боестолкновения с противником не вступать, контакты с местными аборигенами не налаживать. Вольно. — Я посмотрел на стоящих духов и спросил: — Почему стоим и не выполняем поставленную задачу?

— Мы не можем так далеко удаляться от сумки. Нас унесет за грань, и мы исчезнем из этого мира, — ответил Мессир.

— Мы можем разведать тут на полянке или в речке, — поддержал его Мастер.

Я задумался: дело усложнялось. Я имел кучу подчиненных и, как самый плохой командир, вынужден был все делать сам.

— Тогда ваша задача — обследовать речку на предмет наличия рыбы. Исполнять! — гаркнул я, и духов как ветром смело, они устремились к стремнине и исчезли в воде.

А я посмотрел на орков. Что у меня дальше должно быть по плану? Мне нужны хорошо снаряженные бойцы. Доспехи у них кожаные, и стрела или болт пробьет их враз. Значит, будем укреплять. Я создал заклинание укрепления, провел ритуал усиления кровью и наложил полученное плетение на доспехи гаржика (знать бы, что это такое, отчество, должность или звание?).

Я боялся, что доспехи станут меньше, но, к моей радости, они стали только тоньше, я бы даже сказал, изящнее, хотя и так выглядели очень красиво. Умели орки работать с кожей, их изделия хорошо продавались по всему Вангору. Вон у меня походные сапоги, купленные Марком, работы степного мастера. Легкие, удобные, прочные и стильные.

Теперь доспехи воина не уступали по прочности стальным. Так же я поступил с наколенниками и шлемом. Работал я, как всегда, в ускоренном режиме, выходя на него автоматически, и скоро все бойцы имели старые доспехи с новыми качествами. Дальше я перешел к оружию, ножи зачаровывать не стал, а вот луки и топоры находились в чехлах на пасущихся лорхах. Те были довольны и обильно удобряли пастбище большими кизяками. Не наступая на эти мины, я собрал луки, стрелы и топоры. Часть луков и стрел были сломаны, и мне пришлось потратить время на их восстановление, но это того стоило. Я хотел иметь боеспособный отряд, а не махающих кулаками рукопашников.

Луки и стрелы я восстановил и еще укрепил. На стрелы наложил заклинание разрыва. Это плетение превращало обыкновенный лук в убойный гранатомет. Я до конца не понимал действие этого заклинания. Но схематично оно действовало так: при попадании на предмет заклинание срабатывало и разрывало не то атомарные связи, не то молекулярные. Высвобождалась энергия мгновенно, и происходил настоящий взрыв. Вот он и наносил основной урон.

Я вышел из ускорения и стал свидетелем странного события, весь берег был усеян шевелящейся рыбой. Из воды вдруг выбросилась рыбина и стала скакать по траве. Потом появился Мессир и, заливисто смеясь, закричал: "У меня больше, у меня больше!" — и сиганул в речку. Следом вылетела еще одна рыба, и уже Мастер возмущенно заорал: "У меня больше, твои рыбы обратно в реку ускакали!" — и тоже скрылся в воде.

Посмотрев на эти развлечения, я махнул рукой, тем более что в себя пришел шаман. Он поднялся и, хлопая глазами, тоже смотрел на берег.

— Что это, повелитель? — спросил сильно пораженный орк, тыча пальцем не в рыбу, а в Шизины иллюзии.