Вторая жизнь майора. Цикл (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 129

— Скотина, — взвилась она и залепила мне звонкую пощечину. — Ты бросил меня одну, как ты мог?! Предатель! — И она разревелась в полный голос.

Мне ничего не оставалось, как снова зажать ей рот ладонью. Рона опять замычала и попыталась вырваться.

— Тише, — прошептал я. — Опять хочешь бегать от стражи?

Вирона затихла и только изредка всхлипывала.

— Я поняла, почему ты так со мной обращался, — прошептала она. — И я тебе даже благодарна. Но тот метод, который ты избрал, сволочь, я тебе припомню. — И она как-то по-новому посмотрела мне прямо в глаза.

Это был взгляд совсем другой девушки, он был свободным и уверенным. Теперь я был за нее спокоен.

Барон, очень мрачный, сидел за вечерним столом вместе с двумя дочерями и старым алхимиком, который служил еще его отцу. Перед Шарду стояла нетронутая тарелка с едой, но он не обращал на нее внимания. В замке творились странные вещи, то появлялись, то исчезали демоны. Такого еще не бывало на его памяти. Да и на памяти предков тоже.

— Ковач, — наконец прервал он молчание, — демона нашли? — и поднял глаза на стоящего в дверях начальника стражи.

— Нет, ваша милость, но мы продолжаем искать, — согнувшись в поклоне, ответил воин.

— Это не демон, — глядя на отца, произнесла одна из дочерей.

— Что ты сказала? — Шарду, не совсем понимая, о чем она говорит, посмотрел на дочь.

— Это демоница, папа, — ответила вторая девушка.

Шарду внимательно посмотрел на дочерей:

— Почему вы так решили? И кто вам сказал о демоне, прячущемся в замке?

— Нам сказал об этом Иван-царевич, — ответила самая бойкая.

— Да, и он нам замуж выйти за него предлагал, — поддержала ее вторая.

Барон переводил взгляд с одной дочери на другую.

— Какой Иван-царевич? — наконец смог выдавить он из себя.

— Красивый такой. С длинными черными волосами, прямо лигирийский принц, — мечтательно ответила дочь. И обе девушки глубоко и с волнением вздохнули.

— Где вы его видели? — покусывая кончики усов, что свидетельствовало о сильном гневе, спросил барон.

— У нас в комнате. Он прятался от демоницы, которая его искала, она хотела его женить на себе, а он не хотел, — начали наперебой рассказывать девушки, не скрывая восторженных эмоций. — Потому что днем демоница девушка, а ночью — лягушка.

— Стоп! — прикрикнул барон на дочерей и, дождавшись, когда они замолчат, спросил: — Где он сейчас?

— Убежал, — горестно ответили обе хором и замолчали.

— Надо же, а мне он сказал, что поймал в замке демоницу, которая непрестанно ругалась, — среди всеобщего молчания произнес алхимик.

— Ковач, в замке еще один посторонний, найди его и выясни, как этот Иван-царевич сюда попал, — барон говорил, медленно выдавливая из себя слова.

Рона, спрятавшись в крепких объятиях юноши, отходила от пережитого ужаса. Когда Ирридар исчез, оставив ее одну распластанной на полу как лягушка, она, подняв голову, глаза в глаза столкнулась с изумленным седоусым воином. Оправившись от шока, тот вдруг прыгнул в ее сторону. Рефлексы Вироны сработали быстрее разума, она откатилась в сторону, вскочила и оказалась напротив усача, который, широко расставив руки, пытался ее поймать. Недолго думая она врезала ему ногой между ног, и воин с воплем схватился за пах. В открытую дверь заскочили еще два стражника и бросились на девушку. Она запрыгнула на стол, за которым в это время сидел мужчина с куриной ножкой в руках. Тот оторопело смотрел на нее с разинутым от удивления ртом, потом, опомнившись, бросил в нее курицу и схватился за амулет. Девушка развернулась и пронеслась мимо ошеломленных стражников, выскочила в коридор и помчалась по нему с одним желанием — где-то спрятаться. Следом за ней, гулко топая подкованными сапогами, бежали вооруженные солдаты, крича во все горло: "Держи демона!" Она бежала то вверх, то вниз, перепрыгивая через перила лестницы, пока чьи-то руки не схватили ее. Задохнувшись от охватившего ее страха, она задергалась и, когда силы покинули ее, увидела, что оказалась в руках нехейца. И в этот момент у нее что-то щелкнуло в голове, она увидела себя и Ирридара совсем в другом свете. У нее самостоятельно включился "анализатор", спокойно спящий до этого времени. Все недавние события мгновенно промелькнули перед ее мысленным взором, и она ясно поняла причину издевательств парня над собой. Ей стало стыдно и обидно одновременно. Она понимала, что им двигало желание помочь ей, но средства, которые он использовал для этого, вызывали непреодолимый гнев. Она сузила глаза, посмотрела на юношу и сказала:

— Я поняла, почему ты так со мной обращался, и я тебе даже благодарна. Но тот метод, который ты избрал, сволочь, я тебе припомню.

Глава 5

Второй слой Инферно

Когда отряд расположился на привале и уже отдыхал, к Проксу подошел охранник караванщика.

— Хуман, хозяин просит тебя на разговор.

Алеш встал и пошел следом за демоном. Караванщик сидел на мягких подушках и курил длинную трубку, пуская дым через нос.

— Присаживайся, — предложил он, указывая на другую подушку, лежащую рядом. Грапп сел, удобно скрестив ноги, осмотрел убранство походного жилища и повернулся к караванщику.

— Нравится мой шатер? — спросил тот, разглядывая Граппа.

— Нет, не нравится, — ответил Алеш, спокойно посматривая на толстяка, но за неподвижной маской ничего не смог разглядеть.

— Зря ты не отдал сьюру, хуман. Нам идти по этому слою еще три круга, и местные племена будут очень агрессивны, они не прощают обид. Сохранив одного, ты можешь потерять всех, — сказал караванщик.

Немного подумав над его словами, Грапп спросил:

— Ты участвовал в штурме катакомб, караванщик?

— Нет, а при чем тут это? — удивился тот.

— Тогда тебе не понять, — со вздохом ответил Алеш и поинтересовался: — Еще что-то хочешь сказать?

Тот молча отрицательно покачал головой.

— Тогда я пошел, — сказал Грапп, встал и покинул шатер.

Он отыскал Листи и сказал:

— Дальше идти будет сложнее. Местные затаили обиду и будут мстить. Караванщик сказал, что идти по слою еще три круга, так что продвигаться придется в окружении врагов. Собери отряд, обдумаем, как и что.

У костра собрались все сенгуры, кроме часовых. Грапп внимательно осмотрел своих боевых товарищей и начал говорить:

— Дальше будем пробиваться с боями. Чтобы нас не измотали постоянными наскоками, будем применять следующую тактику. Любой, кто нападет, должен понести непоправимый ущерб. Листи и тени, вы применяете самую убойную магию, но на таком расстоянии, чтобы противник не смог отступить. После применения магии преследуете и уничтожаете всех, кого сможете. Короче, местные сразу должны понять, что связываться с нами себе дороже. Применяйте устрашение, отрезанные головы вешайте на деревьях, раненых сажайте на колы из срубленных деревьев. Наш путь должен стать для них ужасом и кошмаром. Вы, бойцы, последний рубеж обороны, — обратился он к воинам, — если к вам прорвались, бейте насмерть. Старайтесь не ввязываться в рукопашную. Я буду рядом с вами. Я закончил. Есть что добавить или предложить? — Он еще раз оглядел отряд.

— Нет, надзирающий, — ответила Сурна, — все предельно понятно.

Остальные только покивали головами в знак согласия.

Утром караван тронулся в путь. Ведьмы-тени ушли далеко вперед и в стороны от основного отряда. Их задача была отследить чужих разведчиков и обнаружить места засад.

Лерея, одна из ведьм, неслышно скользила по редкому лесу, прячась в тени. Пока признаков нападения не было видно. Наученная крысанами избегать ловушек и засад, она подмечала шевеление веток, мельтешение мелких насекомых, слушала негромкий щебет местных птиц, отмечая малейшие изменения в обстановке. Ближе к полудню она увидела демона, который навесил на себя ветки, листочки и из кустов следил за дорогой. Подкравшись сзади, она накинула ему удавку на шею, слегка придушила и оттащила подальше от того места. Скоро разведчик рассказал ей все, что знал. Потом его отрезанная голова украсила одно из деревьев в лесочке.