Вторая жизнь майора. Цикл (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 119

Овор, ничего не говоря, достал кошель и выложил на стол.

— Сколько вам нужно, рена? — хриплым голосом спросил он.

— Пока двадцать золотых и десять серебряных корон, — ответила дворфа.

— Здесь пятьдесят золотых илиров, распоряжайтесь по своему усмотрению, уважаемая Лианора. — Он подвинул кошель к девушке.

Все сидели как громом пораженные. Метаморфоза, происшедшая с дворфой, изумила всех, и меня в том числе.

— А я говорила, что Ирридар правильно поступил, — гордо подняв подбородок, прервала молчание Вирона и, никого не стесняясь, чмокнула меня в щеку.

Оставшись с Овором одни, мы стали рядить, как правильно распорядиться пятью килограммами золота, что я выторговал у смиртов. Шиза предлагала заняться фальшивомонетничеством, отлить формы и штамповать золотые илиры, используя умения Лии, но я только посмеялся, на что она обиделась и замолчала. Я склонялся продать золото королевскому кредитному обществу. Овор предлагал не тратить его, а хранить на черный день. Во время наших рассуждений вошел старший охраны и доложил:

— Господин Овор, прибыли поставщики, вас ждут.

— У нас новая управляющая, дворфа Лианора, обратись к ней, — отмахнулся Овор, довольный тем, что снял с себя хозяйственные хлопоты по поместью.

— Как же так, дядька, тебя, серого стража, обманули простые торговцы? — поддел его я.

— А я, будучи серым стражем, торговлей не занимался, — ни капельки не смутился Овор. — Я ночные горшки выносил. — И, увидев удивление на моем лице, рассмеялся: — Что? Не ожидал?

— Не ожидал, дядька, — признался я. — Ты — и ночные горшки, как-то трудно верится.

— Оно, конечно, не только горшки выносил, но и свечи менял в апартаментах ее императорского величества. Можно сказать, что я был ближе к телу императрицы, чем сам его величество, который чаще посещал фавориток, чем свою жену.

— Ты что, спал с императрицей? — Такого я от дядьки не ожидал.

— Нет, я не спал. С ней спал мой начальник из серых стражей. Потом он решил меня убрать как свидетеля. Императрица забеременела, император признал ребенка, да он и думал, что тот от него. А я мог проболтаться. Когда родился мальчик, ее величество приказала от меня избавиться. Вот так я в Нехейских горах и оказался, бежав. Хоть дело прошлое, но опасное, Дар. Сынок тот теперь в наследниках ходит. А я считаюсь мертвым.

Да уж! Я был поражен прошлым дядьки.

— Знаешь, дядька, пойду я, посмотрю, как твоя управляющая управляться будет.

— Иди, сынок, а я тут посижу, помозгую, — отпустил меня Овор.

Во дворе стояла Лия во всеоружии, при мече, шляпе и кинжале. Прямо натуральная Миледи.

— Если вам, рен, мои предложения не подходят, я найду новых поставщиков, — услышал я конец разговора.

— Рена, другие поставщики с вами работать не будут, — скалился мужик.

— Почему вы так уверены, рен? — Лия внимательно смотрела на торговца.

— Потому что господин префект будет недоволен, что вы не захотели сотрудничать с нами как поставщиками. Поэтому другие и не будут с вами работать, им не нужны проблемы с префектом. Так что берите что дают и платите, рена, что говорят. — Торговец нагло ухмылялся.

— Ну что же, привезем сами, — спокойно ответила девушка. — Охрана, гоните жулика вон со двора.

— Рена, послушайте этого уважаемого поставщика, он говорит дело. Возьмите его товар, и делу конец. Господин Овор всегда так делал. — Старший охраны тоже с усмешкой смотрел на мой подарок.

Лия из-под плаща достала арбалет и наставила его на наемника.

— У тебя есть две риски, чтобы выполнить мое распоряжение, охранник. Раз. — Она очень спокойно начала отсчет.

— Рена, не надо играть с оружием. — Наемник не боясь смотрел на арбалет.

— Два, — произнесла дворфа и нажала на скобу.

Болт сорвался с ложа и, попав смеющемуся охраннику в грудь, унес того в кусты. Лия нагнулась и сноровисто зарядила самострел снова.

— Рен, — обратилась она к торговцу, — если мы не пришли к соглашению, у вас есть одна ридка, чтобы покинуть поместье и никогда здесь больше не появляться.

— Нет-нет, рена, мы обо всем с вами договоримся, меня вполне устраивают ваши предложения. — Мужик в ужасе смотрел, как в кустах стонет и ворочается охранник.

Я спустился с крыльца и подошел к наемнику, тот еще дышал. Я влил ему в рот свой эликсир, выдернул болт и полил рану остатками из фиала. Это был тот же охранник, который пытался остановить меня. Два случая самовольства — это уже перебор, он или очень глуп, или столь же нагл.

— Скажи капитану, — сообщил ему я, — ты уволен. Пусть пришлет другого, — встал, отряхнул колени и пошел в дом.

— Ах ты, стерва, — услышал я вопль за спиной и следом щелчок тетивы арбалета.

Быстро обернувшись, увидел немую сцену: мужик-торговец с вытаращенными глазами, Лия, опускавшая арбалет, и наемник с болтом во лбу, роняющий на землю меч.

Все-таки очень глуп, решил я. Девушка брала бразды правления быстро, смело и без тени сомнения.

— Молодец, Лия, так держать, — поддержал я ее добрым словом.

Провинция Азанар. Замок тана Шарду. Поместье Овора

Барон Шарду был раздражен. Сейчас ему понадобилась помощь разбойников, а они как сквозь землю провалились. Ушли из места своей стоянки и исчезли без следа. Посланный за ними Уж обнаружил только пустой лагерь, следы вели на тракт и дальше терялись. Куда делся наспех собранный вместо прежнего отряд, Шарду подозревал. Атаман увел свою ватагу из префектуры. А сейчас самое время навестить поместье лигирийца, отряд наемников почти полностью покинул нанимателя. По словам Ужа, там остались маг и два наемника в трактире и двое охранников в поместье.

— Ковач, зайди сюда, — позвал он начальника стражи, а когда преданный воин появился, сказал: — Собери два десятка стражников. Переодень их разбойниками. Во главе поставь Урама. Пусть они ночью проникнут в поместье лигирийца и поубивают всех, кроме пары сервов. Само поместье пусть сожгут дотла. Лигириец должен умереть обязательно. Трактир не трогать, его потом приберем к рукам, на удобном месте построен. Все понял?

— Все, господин барон. Переодеть два десятка воинов в разбойничье платье. Старшим назначить Урама. Сжечь поместье и убить всех, кроме двух крестьян, — повторил задание Ковач.

— Правильно. И передай Ураму: если оплошает, из подземелья не выйдет, — добавил Шарду. — Уж пусть присмотрит, как все пройдет. Ступай!

После того как Лия стала наводить порядок в поместье, нас покинули почти все наемники. А кто остался, стали получать в два раза больше. Овор не переживал по поводу ухода наемников, скоро должны были прибыть нехейские ветераны.

Как только проклюнулось солнышко и просушило грязь, я вышел за ворота поместья пробовать заклинание призыва элементаля. Сотворив заклятие, я стал наблюдать, как вокруг меня под землей начал кружиться сгусток энергии. Каким-то образом я мог чувствовать его любопытство. Он накручивал круги, то приближаясь, то удаляясь.

«Я хочу тебя угостить», — мысленно позвал я элементаля. Тот осторожно подобрался и, как собака с руки, сорвал немного энергии. Я развеял заклинание и пошел вдоль высокой ограды. Отойдя лагов на сто, снова совершил призыв энергетического сгустка.

«Хочешь еще угощения? — мысленно спросил я, и элементаль уже посмелее снял крохи энергии с руки. — Хочешь поиграть?» — поинтересовался я.

Вокруг меня стали подниматься в воздух комья земли и падать обратно. Я понял, что элементаль не прочь поиграть.

«Я пойду, а ты следом рой небольшой ров, — схитрил я. — Давай кто быстрее», — и побежал. Следом за мной раздался небольшой гул, и скоро я уже бежал по дну рва высотой с меня. Достигнув угла забора, остановился и осмотрелся. На всем протяжении нашего забега шел широкий и довольно глубокий ров. Сам я находился на его дне.

«Ты выиграл, получай лакомство». — Я засмеялся и дал ему энергии чуть больше.

Мы общались довольно интересным способом: я мысленно обращался к нему, он на уровне чувств транслировал мне свои желания, и мое сознание их интерпретировало как оформленные мысли, и чем больше мы играли, тем лучше я его понимал.