2.Леди любят артефакты 2 (СИ) - Горина Яра - Страница 43

— С большим трудом, — серьезно ответил он. — Леди Лавлейс оказала Холмам неоценимую услугу, приняв мое предложение.

— Еще бы! — пробасил полковник Кроуфорд. — Семейные магические секреты собираются годами, но ты и здесь нашел лазейку.

— Стало быть, раз леди живет в Холмах, она не замужем? — зачем-то уточнила миссис Кроуфорда.

— Разумеется, нет, — ответила я.

— Чудесно!

— Мама! — Кроуфорд поспешил взять под локоть старушку-мать и с выражением пробасил: — Сейчас не время и не место.

— Тогда нам стоит пригласить ее к нам! Дружеский визит к соседям, ни к чему не обязывающий, милый, почти семейный...

— Боюсь, на сердце леди Лавлейс уже очередь, — пошутил лорд Блэквуд, подходя ко мне с короной.

Ну вот что он такое говорит? Какая еще очередь? Разве что посчитать ухажером Джефри… Но, даже если так, то один претендент еще не очередь.

Он встал напротив и, глядя прямо в глаза, водрузил на меня золотой венец.

На голове ощущалась тяжесть короны, и я бессознательно поправила обруч, коснувшись пальцами выплавленных из металла цветов. Гости с интересом рассматривали меня, будто ничего такого не произошло и для этой публики вполне приемлемо, что никому не известная гувернантка вдруг стала представлять главный символ праздника. С легкой руки миссис Кроуфорд из прислуги я внезапно превратилась в ценного специалиста, которого каждый был бы рад заполучить в свой дом.

Лорд Блэквуд улыбнулся краешком губ, и сердце мое наполнилось теплом. Он ведь поддержал эту ложь и великодушно промолчал, не поставив в известность присутствующих, что это вовсе не он уговаривал леди Лавлейс стать наставницей его дочери, а, наоборот, щедро предоставил достойную работу девушке без какого-либо опыта. Хотелось бы верить, что за это время мне действительно удалось оправдать его надежды. Во всяком случае, он не раз говорил о том, что вполне мной доволен и даже рад, что я приехала в Холмы.

— Вы все знали, леди Ричардс, но скрывали от нас такую новость? – обратилась жена бургомистра к леди Ричадс.

— Ах, это ведь не моя тайна.

— Леди воспитывает леди, — миссис Липман говорила так, словно дегустировала новую для себя мысль. — В этом определенно, что-то есть.

— Хотя раньше такого не было, — не сдавалась леди Ричардс. — Не каждая пешка может быть ферзем.

— Все меняется, — оптимистично заверил бургомистр слегка скисшую вдову. — Вам ли, леди Ричардс, не знать. Как по мне, нравы ужасно устарели. И тем чудесней, что грядут новые времена... Которые, между прочим, позволяют женщинам заправлять делами наравне с мужчинами. К слову, у меня к вам есть одно интересное предложение по винокурням.

Он настойчиво потянул вдову в сторонку, с энтузиазмом рассказывая ей о том, что пора бы уже удивить королевский двор замечательным вином с бринвилльских винокурен, и он знает, кому замолвить словечко, чтобы все это быстро организовать.

Я была рада, что эта змея Ричадс скрылась. Казалось, без ее присутствия даже дышать стало легче. До этого момента я не осознавала в каком напряжении нахожусь под взглядом ее колючих глаз.

Следующие четверть часа я наслаждалась вниманием и с улыбкой принимала поздравления вместе с Беатрис, которая не отходила от меня ни на шаг, вложив свою маленькую ладошку в мою руку. К счастью, не успела сильно устать, поскольку вскоре распорядитель объявил следующий пункт программы и заодно пригласил гостей пройти к столам и оценить вкуснейшие образцы местных сыроварен.

Гости потихоньку разбредались кто куда, а я решила, что можно уже снять корону, которая неприятно тянула волосы.

— Не торопитесь, — запротестовал лорд Блэквуд, поймав мою руку. — С титулом Королевы осени не так просто распрощаться.

— Хорошо, и что я должна теперь делать?

— Быть рядом с Хранителем долины.

— До конца праздника?

— До самого бала.

Я не верила своим ушам, но лорд и не думал смеяться...

Глава 14: Бал

Капелька духов на запястья, нитка прохладного жемчуга, обнимающего шею и мягкий шелест шелка, превращающий простую гувернантку в принцессу. По крайней мере, на один вечер. Я улыбнулась своему отражению, а заодно и Пайпер, которая на время превратилась в камеристку благородной леди и помогла мне подготовиться к балу.

«Осталось лишь надеть корону Королевы осени и закрепить в прическе, чтобы она ненароком на съехала на лоб во время танцев, -- устало подумала я, присев на на пуф перед зеркалом».

Горничная довольно ловко справлялась со своей работой, а я в который раз подумала о том, что идея Беатрис отдать корону именно мне, была изощренной формой мести. Или хорошим способом обеспечить себе незапланированные каникулы, потому что в то время, пока мы с лордом Блэквудом разъезжали по Долине, воспитанники, оставшиеся на попечении слуг, по большей части развлекались и бездельничали. Конечно, за исключением тех случаев, когда лорд Блэквуд решал, что присутствие маленькой леди будет уместным.

Звание королевы, безусловно, оказалось весьма почетным, однако накладывало столько обязанностей, что, знай я о них заранее, постаралась бы избежать подобной чести. Чем больше развлекательных мероприятий и торжественных ужинов мне пришлось посетить, тем больше я скучала по урокам с Беатрис, тихой и домашней атмосфере Золотых холмов и неспешному течению жизни в замке.

Если бы не крепкая рука лорда Блэквуда, который всю эту суматошную неделю был рядом, я давно уже сбежала бы от любопытных взглядов, неискренних комплиментов и бессмысленных светских бесед.

Вместе с хозяином Золотых холмов мы посетили Большие бринвилльские скачки, праздничную службу в местном аббатстве и городской карнавал, где мне пришлось ехать на высоко укрепленном троне по улицам города, разбрасывая зерно и зачитывая традиционные пожелания о плодородии. Лорд Блэквуд в этот момент находился рядом и, усевшись на платформу, на которую крепилось кресло, он нашептывал смешные замечания обо всем на свете, отчего мне, временами, трудно было сохранять серьезное выражение лица.

Бринвилль праздновал завершение лета с не меньшим размахом, чем иные монархи проводят коронацию.

-- Все верно, дорогая леди Лавлейс. Это и есть коронация. Ваша. -- насмешливо ответил мне лорд Блэквуд, когда я высказала эту мысль вслух во время одной из поездок по окрестностям. – Такая традиция сложилась здесь еще с тех времен, когда люди верили в других богов и складывали о них легенды.

В ответ я лишь пожала плечами, стараясь скрыть за этим жестом, как сердце испуганной птицей забилось в груди, когда он так смотрел на меня. Это был необычный взгляд. Пристальный, задумчивый и, одновременно с этим, заставляющий чувствовать себя особенной. Казалось, в такие моменты он видит во мне не просто гувернантку для своей дочери, а женщину, которая ему нравится.

Я старалась не думать об этом, сдерживая ту бурю в душе, что поднималась во мне от его внимания и случайных прикосновений, будто бы невзначай. А еще той близости, которую я чувствовала, когда он укладывал мою ладонь на свое предплечье.

Это были очень неправильные чувства для леди в моем положении, однако я ничего не могла с этим поделать. Прежде мне не приходилось испытывать столь сильное притяжение к мужчине, и теперь я с большим уважением отнеслась бы к тем романтичным дамочкам, что зачитываются любовными романами. В них, как в учебнике, распознаются симптомы поразившей меня болезни, но я пока не знала, как дать ей бой, и от этого все мое существо мучилось от воодушевления и усталости. Умом я понимала, что безответная привязанность к такому человеку, как лорд Блэквуд, может разбить мне сердце, но, пока этого не произошло, я  бездумно наслаждалась его присутствием рядом со мной. Вдыхала терпкий запах парфюма, смеялась над его шутками и с радостью чувствовала рядом его крепкое плечо. Однако это было днем. Но ночью тягостные мысли не давали заснуть, а отравляющая тревога и ревность к леди Ричардс заставляла вертеться в постели чуть ли не до рассвета.