Ковчег 5.0. Межавторский цикл (СИ) - Васильев Андрей - Страница 305

– Что, красавица, нравится мой транспорт? – весело спросил Салех у Насти, которая совершенно без стеснения подошла к багги и пробарабанила по капоту пальцами что-то вроде бравого марша. – Если хочешь – садись в него, посиди, покрути руль. Почему нет?

– С удовольствием, – не стала отнекиваться Настя и запрыгнула на сиденье.

– Знаю, что ты кушать не сможешь, Сват, пока не узнаешь, откуда у меня такая красота, – тихо сказал мне Салех. – Все расскажу, поверь. А чтобы тебе совсем спокойно стало – он один такой на всю степь. По крайней мере у нас. А еще точнее – у меня. Каган про него не знает.

– Теперь вообще есть не смогу. – Я притворно нахмурился. – Теперь еще интереснее стало.

– Тебе интересно, а у меня сколько времени – одна головная боль, – пожаловался мне Салех. – Ладно, идем кушать, время дорого. Крис, приглашай наших гостей, они устали с дороги. Девочка, иди за стол, потом, если захочешь, мы даже дадим тебе прокатиться на этой машине.

Надо заметить, что на полянке, где некогда весело булькал родник, а теперь стоял сруб-колодец, который являлся настоящим произведением зодчества, были расстелены две импровизированные скатерти – одна для воинов Салеха и моих бойцов, вторая, поодаль – для нас с ним.

– Славная она. Я помню ее, – сказал мой собеседник, глядя на воодушевленную его обещанием Настю, которая сразу ухватила приличный кусок мяса. – Ты с ней спишь?

– Это так заметно? – присаживаясь на землю, удивился я.

– Давно живу на свете, – расплывчато ответил мне Салех, а после рассмеялся. – Ты смотришь на нее по-другому, Сват, не так, как раньше. Моя работа там, на старой Земле, заключалась в том, чтобы видеть то, чего не видят другие, и связывать факты, которые вроде бы никак друг с другом не соотносятся.

– Разведка? – без особого смущения спросил я, выбирая кусок мяса порумянее.

– Пфе! – фыркнул Салех. – Разведка! Это разве уровень? Скажем так: я занимал довольно высокий пост в аналитической службе одной очень серьезной корпорации, которая была связана с производством продуктов.

Ну да, разведка курит в стороне. Уровень их специалистов и сотрудников аналитических отделов продуктовых корпораций, которые, по сути, Землей и владели, был несравним. Более того – лучших людей из разведки те же самые корпорации перекупали без всякого смущения и лишней скромности, благо возможности позволяли. Люди хотят есть всегда, а потому те, кто сидел на самом верху пищевой цепочки, повелевали миром.

А уж какие между этими титанами, обеспечивающими Землю жизнью, бушевали войны – это вообще отдельная тема.

Недооценил я Салеха. И Голд ничего не почуял, что странно. Ладно я, мое дело на «том свете» было сначала с автоматом бегать, потом штаны в офисе просиживать, что так, что эдак – среднее звено. Но он-то вроде как профи? Беседовал же с ним, какие-то вопросы задавал.

Впрочем, какая теперь разница. Да и критичного в этом ничего нет. Ну, оказался человек не мастером по наладке теплосетей, а аналитиком крупной транснациональной корпорации – и что это меняет? Тем более мы вроде как друзья, а не враги. И еще – мозги в этом мире не последнее дело, но пока больше ценится умение быстро и ловко убивать. Потом все это поменяется, и умники снова выйдут на первый план, но вот только до этого «потом» еще дожить надо. Когда оно еще наступит…

– Удивлен, – утвердительно сказал Салех, с интересом наблюдая за мной.

– Если только маленько, – помотал я головой. – Кстати, ты же как-то говорил мне, что был немаленьким человеком на «том свете». Просто не уточнял, кем именно.

– Немножко лукавишь, – погрозил мне пальцем Салех. – Но совсем немножко. Да какая разница, кто кем там был. Важно, кто кем здесь стал. Я тебе больше скажу, Сват: мешает нам наше прошлое иногда. Мне вот мое помешало, да.

– В смысле? – спросил я и впился зубами в сочное прожаренное мясо.

– Ошибся я, – горестно вздохнул Салех. – Да не один раз, а несколько.

– Никак тебя изгнали? – Я даже жевать перестал. Если это так, то все плохо. – Что, с каганом не поладил?

– Не изгнали, – успокоил меня Салех. – Но из-за тех дел, которые сейчас начались в степи, возможны любые варианты. Ты кушай, а я тебе расскажу о том, где я просчитался и что происходит. А потом будем думать, как нам сделать так, чтобы и тебе, и мне было хорошо.

– Уже то хорошо, что эту фразу никто не слышит, – хмыкнул я. – А то что люди бы подумали.

Салех улыбнулся, показывая, что оценил эту мою незамысловатую шутку, и начал свой рассказ.

Салех с самого начала, как попал в каганат, тогда еще немногочисленный и только-только встающий на ноги, оценил его потенциал. Харизматичный лидер, культ силы, возвращение к истокам степной культуры – все, как мы и предполагали. И он, используя свои навыки, достаточно быстро пролез наверх, благо тогда это было сделать несложно.

Вот только двух вещей он не учел. Точнее, учел, но недооценил. Первое – что у великого кагана так быстро снесет крышу от свалившегося на него объема власти. И второе – что культ силы, к которому он тоже приложил свою руку, тщательно его взращивая, подомнет под себя кто-то другой.

А другой нашелся. Некий Асланбек, который на «том свете» возглавлял армию в одном из небольших государств, входивших в состав Семи Халифатов, и оказался он куда как шустер. Этот бравый вояка прибился к каганату не так давно, но карьерных успехов достиг просто фантастических. Он действовал последовательно и крайне жестко, захватывая власть. Для начала он подмял под себя все вопросы воинской подготовки новичков, затем возглавил аль-арсиев – личную гвардию великого кагана, а после внезапной и непонятной смерти Джары, который отвечал за войско каганата в целом, занял и этот пост. В результате на прошлой неделе Асланбек сообщил всем ближникам повелителя степи, что только он теперь будет решать все военные вопросы. И большую часть невоенных – тоже. А остальным лучше во власть не лезть, а то ведь он человек простой, прямой и резкий, особо церемониться не будет.

И заметим: все это – с благословения кагана, который верит ему, как никому другому, видимо, из-за родства душ. Он и сам предпочитает решать вопросы силой.

Нет, можно было бы закрыть вопрос с этим шустрым воякой с помощью щепотки чего-то эдакого, подсыпанного в еду, или просто меткого выстрела в ночной тиши, но великий каган хоть и сбрендил в каком-то смысле, все же не настолько, чтобы не понять, откуда пуля просвистела. И полетят головы всего его ближнего круга, это уж наверняка. А умирать не хочется. Даже так, как здесь.

В общем, просчитался Салех. Он-то по привычке плел свою паутину, ловя в нее нужных и не слишком людей, расставлял их по местам, проще говоря – создавал систему. А надо было совсем другим заниматься и по-другому действовать. Надо было жестко продавливать свою позицию, чтобы все боялись не того, что ты что-то знаешь, а того, что ты просто можешь взять и убить ненужного тебе человека. Как это делает Асланбек, который уже благополучно уничтожил две трети ближнего круга кагана, причем без хоть сколько-нибудь внятных объяснений и не слишком это скрывая.

Салеха, впрочем, он пока не трогает. Контакты-то с нами – в его руках, Салеховых, и через них к кочевникам течет тоненький оружейный ручеек. Луки луками, но и об огнестрельном оружии забывать никто не думал. Но это только пока, что будет дальше, не ведает никто, кроме, может, Асланбека и самого великого кагана. А эти двое, как правило, не думают, а действуют.

– Так, может, их обоих? – перебил я Салеха. – И кагана, и Асланбека. В один день.

– Не может, – печально ответил мне он. – Тогда результат будет еще хуже. Резня начнется, и меня прикончат одним из первых. Опять же все мои труды насмарку.

Что приятно, сама по себе мысль об убийстве кагана отторжения у него не вызывает. Впрочем, о чем я? Какое отторжение, Салех – прагматик до мозга костей. Но то, что он готов со мной такое обсуждать, уже само по себе неплохо.

Интересно, почему он так уверен в резне? Может, и не будет ничего такого, особенно если все верно спланировать. Хотя не мне судить. Салех знает ситуацию изнутри и наверняка многое не договаривает.