Ковчег 5.0. Межавторский цикл (СИ) - Васильев Андрей - Страница 279

Слишком горяч. Нет, не буду я его тут оставлять, еще наломает дров. Или влюбится в какую-нибудь подставную красотку, вообще тогда хоть всех святых выноси.

– Ладно, идешь с нами, – сказал я испанцу, на которого было больно смотреть. – Лакки, ты останешься. И старшим тоже будешь ты.

– Есть, – в один голос ответили «волчата».

– Смена прибудет через месяц или около того, – продолжил я. – Вернетесь – из «волчат» станете «волками».

Эти оба были из первого набора, но пока еще значились в учениках. Вот и будет им выпускной экзамен.

На досуге надо подумать о процессе инициации «волчат» в «волков». Ведь приходила мне эта мысль уже в голову, но, как всегда, я отложил ее на потом – и неправильно поступил. Эти парни в определенном смысле наше будущее, а если говорить прямо – моя гвардия, моя ударная сила. Надо срочно ковать амулеты, продумывать ритуал, что-то такое с налетом мистики – ночь, луна, костер. Эх, жаль, создатель этого мира кровь не предусмотрел – можно было бы руки резать и закреплять так воинское братство. Зрелищно было бы.

Ладно, обойдемся тем, что есть.

Стоп. Я же сам тут кузни видел, и не одну. Это не монополист Рэнди, тут конкуренция, все делается быстро.

– Лакки, на два слова, – позвал я «волчонка», отвел его в сторону, где и объяснил то же самое, что когда-то говорил Тору. О том, что главная ценность – Оружейник, и, если что, всех бросать – его спасать. Ну и о том, что это должен знать только он один, упомянул. Под конец, правда, добавил новые вводные.

– Не думаю, что здесь бумкнет прямо в ближайшее время, – толковал я ему. – Нет, что полыхнет – это точно. Тут и векселя эти, и мексиканцы, на всю голову ударенные, да и в целом – не бывает у такого города, как этот, несколько правителей. По крайней мере – долго. Рано или поздно власть перейдет в одни руки, таковы законы бытия. У тех, кто к сильнейшему сразу примкнет и, как та собака, лапы вверх задерет и пузо ему подставит, будет шанс выжить. Потерять независимость, часть влияния, может, даже имущества – но уцелеть. Остальных заставят кровью умыться. Так вот, к чему я.

Лакки весь обратился в слух.

– Рувим не дурак, – очень тихо сказал я. – Он потому на реку и глядит, что умный. Тому, кто захватит город, еще долго будет не до реки, и Рувим там начнет править безраздельно. А в городе у него будет лежка – он воевать не станет и сразу пойдет под руку того, кто будет сильнее, то есть поддержит его в войне. К чему я это говорю? Что это означает?

– Это значит, что его дом будет если не безопасным местом, то защищенным – точно, – медленно произнес Лакки.

– Вот потому ты и главный, – ткнул его пальцем в грудь я. – Потому что соображаешь быстро и верно. Прогуляйся по маршруту от нашего дома до квартала земноморцев, прикинь все варианты, как туда можно добраться, минуя людные улицы, то есть так, чтобы ты видел, что происходит впереди и сзади. Сведи знакомство с тамошними безопасниками, они пойдут на контакт.

– В этом случае мне вести к ним только Оружейника? – немного напряженно спросил Лакки.

– По ситуации, – ответил ему я. – Вести можешь всех, но прикрываешь в первую очередь его. И вот еще что – при первой же возможности выводи его из города. Но не раньше, чем все приутихнет, понятно? Ну и, по возможности, дай нам знать о происходящем.

– Уф. – Лакки явно был озадачен. – Может, мне, как Амиго, поныть – и ты меня заберешь с собой?

– Да ты раньше времени не паникуй, – похлопал его по спине я. – Думаю, это будет не завтра. Нет, будущее уже наступило, но ты пока не переживай по этому поводу. Не переживай – но будь готов к любому повороту событий. Ты отвечаешь за этих людей.

Может, я и не прав, оставляя «волчонка» здесь за главного. Но Лакки один из тех, на кого я делаю серьезную ставку, и здесь этот парень или закалится, или вылетит из основной обоймы. И потом – тут еще есть Арам, Щур, Перстень, так что ему есть на кого опереться. Да, о Щуре.

– И вот еще что. – Я приобнял «волчонка» за плечи. – За Щуром пригляди – с кем говорит, куда ходит, не появились ли у него новые вещи или средства. Ну, вдруг, из ниоткуда. Новый нож, новый ствол, ботинки дорогие.

– Сват, ты думаешь, что он?.. – Лакки сделал круглые глаза.

– Пока нет фактов, я ничего не думаю. Но ты за ним пригляди, и если появятся сомнения, то непременно поделись ими с Оружейником, – задушевно сказал ему я. – А дальше что он скажет, то и делай.

– А если он скажет убить Щура? – Лакки не рефлексировал, он просто уточнял.

– Убей, – передернул плечами я. – Почему нет? Антоныч просто так приговор никому подписывать не станет, не тот это человек. А если он это сделал, значит, так надо. Да и то – Щур больше не один из вас, он не «волчонок» и «волком» никогда уже не станет. Он по доброй воле вышел из ваших рядов.

– Ясно. – Судя по всему, последний аргумент был убедительным.

– Эй, девочки, хватит обниматься. – Ехидства в голосе Марики было хоть отбавляй. – Не худо было бы перекусить.

– И выпить, – сказал Одессит и поспешно добавил, видимо, увидев лицо Голда: – Мне – чайку, а вам – чего покрепче.

– Идите в «Капитал», – сказал я им. – Мы подойдем чуть позже.

– Все у них тайны, секреты, – пробурчала Фира.

– Что, так и оставим корабль с грузом и лодки без охраны? – поразилась Фрэн. – Мы так доверяем нашим друзьям из «Дома Земноморья»?

Молодец. Я даже сказать ничего не успел, опередила она меня.

– Господь с тобой, – нахмурился я. – Мы никому не доверяем. Что до сторожа – капитан покидает судно последним. Одессит, ты у нас капитан этого роскошного лайнера? Тебе и сторожить.

– Переборщил я с капитанством, – заметил он, безропотно направляясь к «Васильку». – Толку пока мало, а неудобств уже много.

– Взялся за гуж, не говори, что не дюж, – назидательно произнесла Настя, и Фира, соглашаясь с ней, хихикнула.

– А что такое «гуж»? – заинтересовалась Фрэн, но ответа на свой вопрос не получила – никто из нас не знал, что собой представляет этот таинственный предмет.

В целом последний вечер в Новом Вавилоне прошел отлично – я, реализовав свои замыслы, присоединился к уже слегка подгулявшей компании собратьев по оружию и быстренько дошел до их кондиции.

Мы на самом деле замечательно провели время – выпили много пива, съели массу всяких жареных, копченых и соленых вкусностей, проорали десятка два песен, по доброте душевной отправили Одесситу на «Василек» сухой паек и даже поплясали, правда, без музыки, а так, под хлопанье в ладоши.

И меня радовал тот факт, что Фрэн все время была где-то рядом. Странно – вроде не мальчик уже, годы мои не те, чтобы менять привязанности и симпатии так быстро, но вот какая штука – с того момента, как Милену убили, что-то будто лопнуло у меня в душе. Ну да, вот она, рядом, настоящая, живая… Ну, настолько, насколько мы тут все живые. А все равно – нет у меня к ней нынешней того, что было к той, которая истаяла в воздухе на лесной поляне после автоматной очереди. Исчезло то чувство, как будто ветром его сдуло. Может, это игры разума, а может… Не знаю, короче. Психоанализ – это не мое, копаться в себе – дело неблагодарное.

А Фрэн мне сразу понравилась, еще тогда, когда я ее, истерзанную, в лесу увидел. Вот так.

Наверное, стоило к ней подкатить, пошутить, попробовать обнять, да покрепче, но вот чуял я – не пройдут тут проверенные веками армейские методы, не та это девушка. Тут по-другому надо, не спеша.

Да и то – спешить некуда. И время будет, да и, даст бог, подходящая ситуация. Девчонка она шебутная, вряд ли в крепости усидит, на одном-то месте, а дальних дорог надолго хватит. И одна из них ждет нас уже завтра. Точнее, уже сегодня.

Глава 12

Солнце только-только показалось из-за дальней горы, которая виднелась на горизонте, а мы уже находились на «Васильке».

Если честно, момент был волнующий. В топке гудели пожираемые пламенем дрова, волна плескала о борт суденышка, а Одессит, непривычно серьезный, поправлял свою фуражку.