Аромат стужи. Часть 2 (СИ) - Руана Мила - Страница 65

– Вероника Орлова? – обратилась к ней девушка с папкой в руках. – Вас ждут.

Поднялась, шумно выдохнула через нос и шагнула в открытую дверь.

К моменту ее появления в зале, кажется, показания дали уже все, кто мог. Быстро пробежала взглядом по присутствующим, найдя не только участников спасательной экспедиции, но и самих девушек. Некоторые нервно покусывали губы, чуть испуганно поглядывали на Искру и тут же отводили глаза. Что же там такое произошло?

Вздохнула и шагнула к трибуне, куда ее пригласил адвокат. Эдик, до этого чересчур серьезный, чуть заметно ей улыбнулся и одобряюще кивнул. Поразительно, стремился поддержать супругу, когда, по сути, поддержка требовалась ему. В этом весь он.

Дальше начались нескончаемые вопросы с разных сторон. Ее просили подробнее рассказать о случившемся. Скрывать ничего не стала, ну разве что о Суше умолчала. Хотя о последнем, будучи под клятвой о неразглашении, даже слова проронить бы не смогла. Особый упор делала на отсутствие информации о порталах, чрезмерную сложность ее получения ввиду закрытости и ограниченного доступа. Пыталась таким образом объяснить, что никто не мог предположить их наличия. То есть, и определить местоположение похищенных магичек без сего открытия не представлялось возможным.

И то обнаружили только благодаря историку из Риона, занимавшемуся их изучением в той части света, и сейчас работающему на охранную Канцелярию Магора в качестве внештатного сотрудника. Вот и получалась ситуация, когда единственным способом спасения девчат для Орлова представало – вскрыть их магию, обучить и постараться добраться до цивилизации самостоятельно.

Обвинитель, правда попытался возразить, что таким образом Эдуард лишь отправлял их на верную смерть. Слишком опасный лес, в котором сложно выжить опытным магам, что говорить о только что открытых, ничего не умеющих и не представляющих о новом мире девушках.

В этот момент Ника сильно пожалела, что в их случае, применение суда присяжных не было возможным, в первую очередь из-за необходимости сохранять в тайне саму организацию, и уж тем более, личности Глаз Дракона.

Поджала губы, снова выдохнула, подавляя в себе чрезмерное раздражение, словно мантру в уме читая «он попросту выполняет свою работу».

– Выходит, Вы бы на его месте предпочли оставить все как есть, а девчат без еды и воды? – все-таки разозлилась Ника. – А потом спокойно наблюдали бы, как они умирают от голода, холода и болезней? Или предложили бы начать питаться сразу ими? Как именно себе это представляли, учитывая, что не было достаточных запасов ни провианта, ни теплой одежды, не говоря о средствах гигиены или медикаментах? Зимой в лесной глуши. Глуши Черного леса. Да даже дрова к нашему приходу заканчивались, для которых подойдут не все местные деревья, иначе велик риск отравиться дымом. Вероятно, не очень отчетливо представляете себе сложившуюся ситуацию, а вот мы видели собственными глазами. И, поверьте, там далеко не курорт для отдыха, а настоящий квест на выживание. Надеяться попавшим в шахты было не на кого и не на что, кроме собственных сил. А куполами, если подумать, прикрыться гораздо проще, чем охотиться на местную живность для пропитания, тем более человеку, который и в обычной жизни в подобном не участвовал. Вот во втором случае смерть была бы действительно верной.

Последовал еще ряд вопросов, когда обвинитель попытался спровоцировать искру, но та тщательно контролировала произносимые слова. Нет, ни в коем случае не лгала, не утаивала информацию, просто пыталась передать реальную сложность дела, сложившейся ситуации и отсутствие других вариантов. То, с чем им пришлось столкнуться, расследуя преступление. Все, что привело их к спасению девушек. Ведь у жертв, теперь с полной уверенностью их можно было назвать таковыми, не было совершенно никаких способов связаться с остальным миром.

Подтвердить ее слова о порталах попросили и Антона, к тому времени, уже давшему показания и расположившемуся среди слушателей. Особых объяснений не потребовалось, лишь голые факты и краткие результаты исследований. Да и сам мужчина, предполагая необходимость, принес с собой целую стопку документов, правда, касающихся только четырех обнаруженных в Магоре. Остальное должно оставаться тайной для рядового обывателя.

Разговор продлился довольно долго, выпив из Вероники все силы. Потому, устало усаживаясь на скамью, даже удивилась, когда последним в зал пригласили доктора, проводившего осмотр Орлова. Тот абсолютно безэмоциональным врачебным языком пояснил, что Эдуард уже никогда полностью не восстановится, предоставив результаты обследований и подтверждая, что чем больше времени проходило, тем меньше становился шанс даже на минимальное улучшение его состояния. О цветке, конечно же, благополучно умолчали, да и знали о нем единицы. Каким бы ни был подарок Мариши, это редкость, и на факты влиять не должен.

Время летело, проводились дебаты, задавались вопросы, щекоча и так натянутые нервы. К окончанию пальцы Вероники подрагивали, а взгляд постоянно падал на хмурого Эдика и довольного обвинителя, словно видевшего Орлова наказанным. «Шестое чувство» при этом упорно молчало, что совсем не помогало ситуации.

Наверное, именно поэтому, когда судья зачитывал решение о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, Ника даже не сразу поверила своим ушам.

– Что? – прошептала и растерянно взглянула на мужа, сидевшего метрах в десяти от нее.

– Он свободен! – устало улыбнулся Тони, хотя глаза его при этом сверкнули радостью. Приобнял подругу за плечи и щелкнул ее пальцем по носу. – Очнись и всегда верь в мужа.

– Я верю. – расплылась в улыбке и прикусила губу, силясь при этом не кинуться в ту же секунду к последнему в объятия.

Сколько же радости было у присутствующих. Сыпались слова поддержки, поздравления, вечером даже закатили небольшую вечеринку, что изначально планировалась для самых близких, но на которую без приглашения и со своим угощением пришли не только участники экспедиции, но и те, кого совершенно не ждали. В первую очередь, старейшины и работники Канцелярии.

– Видишь, а ты сомневалась. – Эдик тихо подобрался к Нике, схватил за талию и дернул, усаживая к себе на колени.

Не ожидая такого подвоха, та взвизгнула, расплескав сок из стакана. Потом засмеялась, обвила сильную шею руками и плотно прижалась к мужчине, запуская пальчики в длинные волосы.

– В тебе – нет, скорее в решении. Было страшно. За тебя. Знала, что не посадят, но боялась, что лишат должности. Я ведь понимаю, вижу, что это твоя жизнь.

– Как уже говорил, и на суде в том числе, ничуть не жалею о содеянном. Случись такая ситуация повторно, сделал бы то же самое.

– Надеюсь, не придется. Горжусь тобой. Выдержкой и принятым решением. Понимаю, что было непросто. Скажи, а что такого произошло, что девчата были столь перепуганы. По крайней мере, так показалось, когда меня вызвали.

– Да ничего особенного. Обвинитель попытался представить ситуацию так, будто я их вынудил и без согласия открыл. На самом деле, недалеко от истины, правда, весьма искажено и вывернуто. Далеко не все хотели подвергаться процессу. Одни – испугавшись новых реалий и возможностей, другие – увидев болезненную процедуру. Пришлось чуть надавить психологически и помочь с неприятными ощущениями.

Немного помолчал, теребя волосы любимой и тяжело дыша, словно решаясь на что-то.

– Ника… – оторвал девушку от себя, пропустил рыжие кудри между пальцев и заправил прядку за ухо, заглядывая в глаза, – Хочу, чтобы ты знала, что люблю тебя и нашу малышку, – устроил ладонь на живот, – больше жизни. Но если у меня не получится восстановиться, и ты решишь…

Искра положила указательный пальчик на его губы, останавливая несуразную речь.

– Не неси чушь. Ничего не изменилось. Это всего лишь комплексы, с которыми обязательно справимся. Ты кем был, тем и остался. – прошлась ладошкой по колючей щеке. – Да и помнишь клятвы: в печали и радости, болезни и здравии... Ну разве что некоторые корректировки в обыденность внести придется. Например, пандус на крыльцо установить. Нужно только понять, что со вторым этажом делать, то есть определиться, где именно лифт устанавливать. Я уже узнавала, существуют такие, специально для частных домов. Маленькие, но кресло вместе с сопровождающим помещаются.