Лакомство Зверя (СИ) - Берт Белла - Страница 27

Я поморгала, пытаясь осознать, что произошло. Мои видения были сном или реальностью?

— Я спрашиваю, что с тобой? — холодно повторила вопрос черноволосая женщина.

Мое сердце больно кольнуло, и я схватилась за грудь. Вспышка. Но на этот раз я не провалилась в черноту. Осталась в себе, при своем сознании, и только в голове вспыхивали картинки белокурой женщины, четвероногого зверя с золотой шерстью. Ночной сад, фонари. Кровавые людские тела, словно поверженные солдаты какие-то.

— Сумасшедшая! — холодно прорычала черноволосая женщина, и ее глаза опасно блеснули. — Если с тобой что-то случится, босс с меня шкуру сдерет.

И в этот миг мне показалось, что передо мной черная пантера. Это было лишь мимолетным видением. Но я все поняла.

Черноволосая женщина была не человеком. Она — двуликая.

Потом в голове стала постепенно складываться паззл. Мне вспомнился наш разговор с Иданом. Тогда я почувствовала зверя внутри него и потеряла сознание, провалившись за грань. Почувствовала зверя…

Кажется, я нащупала причинно-следственные нити, которыми были связаны события последнего месяца. Без сомнениий, Идан — тоже фиар. И между ним и мной образовалась странная связь. Я чувствую его.

И сейчас он ранен. Находится где-то далеко. И с ним женщина, лицо которой мне знакомо, но я не могла вспомнить, где видела ее раньше.

А в салоне флайта передо мной сидела пантера. Черная, черная, с такими же черными глазами, пронзающими душу словно два острых копья. Неужели у всех фиаров есть такая способность — взглядом снимать всю мишуру и видеть человека таким, какой он есть на самом деле?

— Хватит молчать! — потеряв самообладание, рыкнула женщина-пантера.

— Скажите, а ваш босс — это господин Белевский? — тихо спросила я.

Почему-то я ощущала связь между этими двоими. Не ту, что соединяла меня с ним — совсем другую. Братскую, что ли. Как будто они были товарищами или друзьями.

Пантера сощурилась.

— А кто еще мог послать тебе подмогу, бабушка Стужа? — усмехнулась она.

— Очень смешно, — прохрипела я и приняла сидячее положение.

Голова все еще кружилась, перед глазами ярко взрывались вспышки, мерцали картинки происходящего с Иданом. Было трудно концентрироваться на реальности, но я держалась.

— Ваш босс в опасности, — сказала уверенно. — Он ранен и не может обернуться в человека, чтобы связаться с вами. Он потерял много крови, и почему-то его раны не заживают. С ним какая-то белокурая женщина, она пытается ему помочь. Но толком не знает, что делать.

На безэмоциональном лице моей собеседницы проявился легкий страх, а в черных прищуренных глазах замерцало удивление, которого она не смогла скрыть от меня.

В следующую секунду она достала тач, и перед нами высветилась голограмма городской карты. В нескольких местах горели красные точки с именами: Колян, Тор, Рив…

Рив? Неужели все-таки это она.

— Вот он, — пантера указала на мелькающую красную точку на окраине города. — Времени подбросить тебя домой нет, поедешь с нами.

— Хорошо, — согласилась я.

Спустя четверть часа, которые показались мне самой настоящей бездной, я вывалилась из флайта. И если бы не сильные руки Пушистика, поймавшие меня после того, как он открыл для меня дверь флайта, то я бы распласталась на мокром асфальте.

— Спасибо, — прохрипела, пытаясь сдержать рвотный порыв. Взглянула на высокого мужчину, осторожно поддерживающего меня за талию и спину, и сказала, улыбнувшись: — Никогда не думали сесть за руль спортивного флайта? Из вас вышел бы отличный гонщик.

Мужчина со всей серьезностью ответил:

— Думал, только не получилось. Не все наши мечты сбываются, — он вздохнул. — Вместо карьеры гонщика, вот, работаю на госпожу Сталь.

— И как? — решила подшутить над ним я.

Но не получилось. Пушистик непонимающе спросил:

— Что как?

— Хватит мешкаться, — донесся строгий голос женщины-пантеры, которую, как стало известно, зовут госпожой Сталь. Она вытащила из багажника длинные ножны с оружием, повесила их на плечо и метнула недовольный взгляд в нашу сторону. — Оставляй ее тут, а сам — за мной.

Госпожа Сталь откинула черные длинные волосы за спину и зашагала к поместью, виднеющемуся за высокими металлическими прутьями ограды, похожими на копья, которые острыми пиками тянулись к небу. С грацией и гибкостью дикой кошки госпожа Сталь протиснулась между прутьями, и через секунду ее силуэт пропал в ночной темноте.

— Оствайтесь здесь, мисс, и не отходите далеко, — наказал мне Пушистик.

Отпустил меня и достал из-под пиджака два старинных пистолета. Такие я видела только в музеях да в фильмах — блестящее отполированное серебро с изящной гравировкой, и не менее элегантный корпус.

— Если вдруг увидите кого, то сразу залезайте во флайт. Он бронированный и закрывается изнутри, — спокойно произнес мускулистый мужчина в костюме и с пистолетами в руках. — Все ясно, мисс?

Я, не скрывая любопытства, разглядывала его оружие, поблескивающее в свете уличных фонарей, которые стояли по всему периметру поместья.

— Мисс?

— Да, да, — согласилась я и кивнула.

Мужчина подмигнул мне и направился вслед за своей хозяйкой. Только вот он был слишком большим, чтобы протиснуться между металлическими прутьями забора.

«Интересно, что он собрался делать с ограждением?» — подумала я, а потом от удивления раскрыла рот.

Пушистик подкинул один пистолет вверх, и пока оружие находилось в полете, мужская ладонь превратилась в огромную лапу с серой пушистой шерстью и острыми когтями, которые с легкостью рассекли железо прутьев. Лапа обратилась в человеческую ладонь, чтобы поймать падающий пистолет. Потом Пушистик изогнул металлические прутья с такой легкостью, словно они были сделаны из пластилина. И стоило ему перейти за ограду, как его силуэт тоже растворился в ночи.

Я подняла голову, что продолжала кружиться, вверх. Небо затянули серые тучи. Моросил дождь. Меня окольцевал темный лес, впереди стояло поместье, а за ним на расстоянии нескольких километров виднелась защитная стена.

Порой мне казалось, что она не является нам защитой, а самой настоящей клеткой. Когда мама была рядом, мы с ней не раз выезжали в лес за стеной. И никакие обезумевшие монстры нам на глаза не попадались.

Мне вспомнились мамины слова:

«Они просто забыли, кто они.»

Я до сих пор не разгадала истину этих слов.

Вдруг за забором среди садовых деревьев промелькнула тень. Я напряглась, положила ладонь на ручку двери флайта, готовая отворить ее в любую секунду. Снова тень. Но в этот раз мне удалось ее рассмотреть. Сердце больно кольнуло, перед глазами ярко вспыхнуло, и я услышала звериный зов. Меня звал Идан.

Не раздумывая, я помчалась к нему. Пролезла в дыру в ограде, перепрыгнула через ручей и впереди под деревом увидела огромного льва. Он безжизненно лежал на траве. Тяжело дышал и не издавал ни звука, но я слышала его отчаянный вой.

Из-за беседки показалась женская фигура. Она стремительно приближалась к нам. В ней я узнала белокурую женщину из своих видений.

— Он умирает! — кричала она и продолжала бежать.

«Я и сама это вижу!» — подумала я и вплотную подошла к зверю, опустилась на колени. Трава была влажной от дождя и джинсы мгновенно промокли.

Лев был огромным. Его лапы были в два раза больше моей головы. Такому хватит одного легкого удара, чтобы отправить меня на тот свет.

У зверя, лежавшего на боку, было несколько огнестрельных ранений. Из них сочилась кровь, темными пятнами расплываясь на золотистой шерсти.

— Нужно вытащить пули, — сказала я подбежавшей к нам женщине.

— Я пыталась. Они не поддаются.

Незнакомка прерывисто дышала и пыталась объяснить, почему у нее не получилось справиться с процедурой. Я осматривала зверя, его раны, считывала его пульс.

— Одну даже смогла подцепить, но не хватило сил вытащить, — лепетала женщина.

И только сейчас я подняла на нее взгляд: темное платье-карандаш разорвано вдоль бедра, видимо, она сама это сделала, чтобы двигаться было легче; ноги босые, грязные; в руках она держала ножницы и спицу, а сами руки по локти измазаны в крови.