Королевская ссылка, или Лорд на побегушках (СИ) - Логинова Александра - Страница 46

— Ник, а давай тебе юбку пошьем? — рядом прямо на ковер бухнулась еще одна неугомонная зараза — Аннет Линдерман, первая заводила в своей деревне.

— Поди прочь, не видишь, Её величество работает, — отмахнулась Командирша, зубами перегрызая нить.

Знала она, как зовут её за глаза, и тихо радовалась, что не Грымзой или Гадиной. А Командирша — это даже почетно. Будь она мужиком, отец всенепременно приобнял бы ее за плечи да похвастался бы курсантам.

— А мы тихонько, — голос Аннет упал до шепота. — Леди разрешила взять синий батист, помнишь? В горошек, ты еще сказала, что он красивый.

— Ну сказала и сказала, — снова рассердилась девушка. Этак госпожа решит, что она еще подарки выпрашивает, слух у неё острый. — Следи за языком. Времени много? Так пойди, смети паутину каминных полок или в чистописании поупражняйся. Кто ж в твои годы империя через «э» пишет?

— В самом деле, Николь, — внезапно вмешалась леди Аврора, отложив перо. — Почему бы тебе не сшить симпатичную обновку? Будешь в школе после уроков щеголять, а на поясе — белый бант, крахмалить ты умеешь.

— Или платье, — загорелись глаза болтушки-подружки. — Из того же батиста. А остатки хлопка на воротник да манжеты пустить можно. И на бант, само собой! Ничуть не хуже, чем у нашей барышни городской будет. Я ее как-то на ярмарке видала — грудь колесом, кринолин полметра вокруг коленок. Важная такая, как павлин! Чисто королевишна… Ой, простите, Ваше величество.

Но Её величество не ответила, снова погрузившись в сложные расчеты. Угля в сарае осталось едва ли на три дня, истопники уже крошку горючую по углам собирают да дровами печи сытят. Вчера в детской разжигали камин для экономии, а ведь давно их уже не жгли для тепла, только для уюта и света.

На столе лежали купюры и монетки, на которые миледи поглядывала неуверенно. И неудивительно: пять тысяч астров для благородной из столицы — это неделя по салонам без особого шику, комендант крепости как-то рассказывал о тамошних ценах. В Хорте, конечно, цены пониже, да только хватит ли на уголь и мясо целому замку? Север не слишком жалостлив к покупательской способности, тоже три шкуры с местных дерет.

— Николь, ты случайно не знаешь, сколько стоит телега каменного?

— До пятидесяти астров в Приморье, госпожа, — удовлетворенно кивнула она, подспудно ожидая вопроса. Откуда ж королеве знать цены на уголь? — В степи до семидесяти, стоимость дороги сказывается. А здесь и все сто может стоить, очень уж хлопотно его за северные горы тащить.

С мясом еще проще. Перемороженные куски и кости на бульон можно взять дешево, относительно цен других районов, а вот свежее мясцо по карману далеко не каждому — на севере бьют скотину редко, больше на шерсть и молоко разводят. Разве что свиней… Хотя им корм дорого обходится, уж на что хряпа отходная дешевая, а и ту экономят. Выгоднее сразу из соседнего графства закупать, там за опт и пару куриных тушек доложить могут.

Мысли текли бодро, но размеренно, без спешки. Хорошая хозяйка должна знать, как прокормить себя и детей в любом клочке королевства.

— Спасибо, — белокурая голова снова склонилась над пергаментом.

До чего же красива! Здесь, вдали от косметических магазинов и умелых рук служанок, Её величество умудрялась сохранить горделивую осанку, ровный цвет лица и блеск локонов. Даже сейчас светлая копна собрана в высокий хвост, и волнистые пряди стекают по спине.

Николь озадаченно дернула себя за короткую челку. Её патлы давно бы спутались и скатались, как воронье гнездо, оттого и стрижется всегда коротко. Магия настоящей женственности или благородного происхождения? И вся она такая утонченная, гибкая, изящная, словно лилия. Хрупкие плечи будто созданы для дорогих украшений и кружева, совсем не чета широкой кости самой Николь, способной одной левой удерживать молодого барашка. А речь? Ей бы работать учителем словесности и этикета, посвящая учеников в тонкости придворных речей и искусства поэзии…

— Мля, — тихо крякнула снизошедшая богиня, разминая затекшую шею.

— Словно отца родного услышала, — прослезилась от неожиданности Николь. — Ваше величество, вы смогли бы командовать кавалерийским полком.

— Лестно.

— Но твердости вам не хватает.

— И честно.

— Ничего, научитесь, — по-хозяйски кивнула девушка, выворачивая шитье на лицевую сторону. — Иногда дела государственные требуют, чтобы на них рявкнули посильнее, а то и на гауптвахту отправили.

Вместе с тем пришел и стыд. В ней должно быть больше благодарности к той, кто доверила ей чин старшей над учебной группой. Да, новая должность принесла проблемы и головную боль: приходилось быть везде и всюду, раздать каждой стене по паре ушей и отвечать буквально за каждый чих разнокалиберных шалопаев. Но! В конце дня миледи Аврора нерушимо принимала из ее рук чашку чая и всегда повторяла одни и те же слова: «Спасибо, детка. Не знаю, что бы я без тебя делала».

Кто скажет, что ему нужно больше, чем похвала от августейшей леди, тот неблагодарная свинья.

А между тем время близится к трапезе. Мисс Паркер собрала обрывки ниток, сунула подмышку недоделку, захватила игольницу и ножницы и тихо вышла, прикрыв за собой дверь. Госпожа умная и обязательно разберется, как им быть и что делать. А нет — можно будет позвонить в родную крепость и пожаловаться дяде штабс-капитану, он всегда баловал Николь и пророчил ее в невесты своему внуку.

Один из эркеров преподнес ей сюрприз: малышка Элли увлеченно высунув язычок рисовала на окне кривую снежинку, раз за разом обводя линии. Стекло под маленьким пальчиком покрывалось инеем, который тут же таял, чем ввергал свою создательницу в изрядное расстройство. Вот и у такой пигалицы колдовать получается!

— Что б вас, — чертыхнулась от злости Командирша, тут же себя одернув.

Нечего на веретено пенять, коли руки кривы. Родилась бесталанной, так терпи, а не ярись на окружающих. Чеканя шаг, как заправский гвардеец, Николь спустилась вниз, минув кухню и устремилась сразу в гладильню проверять работу. Вот только… Ах ты ж лентяй!

Девушка отступила и притаилась за углом.

— Я предлагаю тебе конфету. И не просто конфету, а ка-ра-мель, — искушающим тоном проворковал Зик, протягивая сжатый кулак, в котором блеснул золотой фантик.

— Отстань, я не буду работать за еду! — психанул Ксандр, отпихивая аванс. — Гении изобретают только за реальные деньги. И земли. На крайний случай — сокровища!

— Глупый, вот кончится у нас еда, как запоешь?

— А как ты запоешь, когда у меня кончится терпение? — громко спросила мисс, выходя из укрытия.

Обгоревший индик ойкнул и стрелой помчался вперед в гладильню, спасаясь от закономерной оплеухи. За такое точно стоит устроить выволочку! Сейчас догонит и прямо с размаху мухобойкой пониже спины, чтоб неповадно было нарушать приказы. И пусть только попробует ныть, что утюг тяжелый и угли горячие, мигом схлопочет пуще прежнего. Хватит и одной нытливой особы, которая сейчас наверняка распускает нюни, а не работает. Поэтому необходимо…

Что это? Голоса?

Николь снова притормозила, подозрительно глядя на щелочку двери, откуда доносился негромкий, но нервный разговор.

— Лави, — жалобно всхлипнула Роза, — мой папа говорит, что у каждого есть право критиковать короля, но только один раз.

— Она не король! И даже не королева!

— Да, но она тут главная, — голос был полон обреченности. — А нам еще учиться. И… и если школу не построят, Лави, разве она не сможет выгнать нас на улицу?

Лавиния напряженно замолчала. Перспектива остаться ночевать снаружи замка совершенно безрадостна, но душа требовала мести. Чтобы каждый в этом дурацком, ледяном и чужом замке понял, что нельзя заставлять потомственную аристократку чистить котлы, как последнюю чернавку. «А она чистит», — растерянно мелькнула мысль и тут же пропала. Ее бывшее величество и так опозорилась, дальше некуда, теперь заслуживает только презрения. Брать с нее пример и тряпку в руки — мамá бы не одобрила. Тонкие брови зло сошлись на переносице.