"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 367

Сейчас на нем сидел Гришка, усердно тормоша кого-то громко храпящего, накрытого темной скатавшейся шкурой.

Я подняла небрежно брошенную Гришкой куртку и, прежде чем усесться на лавку, опасливо провела по ней ладонью.

Нет. Страшные на вид пятна не липли к руке и, судя по всему, не угрожали моим и без того уже заляпанным джинсам.

Наконец активная побудка начала приносить плоды. Из-под шкуры появилась невероятно помятая физиономия в ореоле торчащих дыбом волос. Я для наводки четкости протерла глаза, пытаясь узнать в этом моего спасителя. Теперь он больше напоминал мне лешего.

– Чего нада? – Охриплый голос лишь издалека напомнил теплый баритон вчерашнего незнакомца.

– Дед Савва, мы тебе куртку принесли! – Гришка поднялся и, едва не касаясь макушкой потолочной балки, указал на меня. – Ту, которую ты вчера ей одолжил.

– Куртку? Я? Кому? – Лесничий сел, подержался за голову и с силой потер обезображенное шрамом лицо. Поднявшись с кровати, он, пошатываясь, добрел до лавки и, оглядев меня единственным глазом, плюхнулся рядом. – Чего надоть?

Я проворно вскочила и протянула ему многострадальную ветровку.

– Вот. Вы вчера дали мне. У реки. Спасибо, что помогли.

Старик взял ее у меня из рук и, развернув, некоторое время молча изучал.

– Я эту куртку уже дня три ищу! Где, говоришь, ты ее взяла?

– У реки. – Разглядывая его, я занервничала. Ну не могла я так ошибиться. Ведь вчера это был он! Он!!! И – в то же время не он. Манера говорить, повадки. Сияние, что ли, какое бывает у каждого человека. Все это говорило мне о том, что я пришла не по адресу, но разум, соотносящий лицо, голос и фигуру вчерашнего незнакомца с этим стариком, утверждал обратное.

Нет, Лиз, мистикой здесь и не пахнет! Это именно он. Просто, как и все деревенские алкаши, он напился до зеленых чертей и, естественно, забыл о нашей встрече. Ну и ладно! Не стоит и пытаться заставить его вспомнить.

– Да не был я вчера у реки! Ко мне утром Борька-тракторист с бутылью первача зашел, вот мы и пробовали! Цельный день! А после… – старик задумался, решительно мотнул головой и тут же скривился, – после, конечно могли, но тогда кто меня до дому притаранил?

– Еще раз спасибо. – Я многозначительно поглядела на дверь.

Вот! Моя версия оказалась стопроцентным попаданием.

И тут я задумалась, вспоминая. Вчера, когда я видела его, он не был пьян! Наоборот, я помню, как удивилась изысканному аромату, идущему от его одежды.

Я усмехнулась.

Ну не могла же я принять за аромат то амбре, что сейчас окутало меня, заставляя коситься на приоткрытую дверь, позорно мечтая о побеге.

– Ладно. Мы пойдем.

– Куда это? – Дед насупился. – Не каждый день, понимаешь ли, мне куртейки возвращают!

Он с кряхтеньем нагнулся к столу и, распахнув внизу дверцы, выудил из его недр бутыль мутной жидкости литра на два.

– Давайте, что ль, за знакомство? Отблагодарить я вас должен или как?

– Не-не-не! – Я выразительно посмотрела на оживившегося Гришку, но тот, словно не замечая моих взглядов, привычно выудил из спрятанного за столом ведра два серых стакана. – Мне идти надо. Меня ждут.

– Подождут! Давай за знакомство – и пойдете! – Старик зубами откупорил бутыль и, притянув к себе стаканы, щедро набулькал их почти под самые края.

– Спасибо за предложение. – Я решительно покачала головой, отступая на шаг от гостеприимно протянутого мне стакана. – Но вообще-то я болею. Очень. У меня на алкоголь аллергия!

– Ну как знаешь! – Дед миролюбиво пожал плечами и, чокнувшись с парнем, тут же влил в себя пойло. – Не хочешь – как хочешь! Мож, тогда картошечки почистишь? Ща сварим, для закуси.

– На картошечку у меня тоже аллергия. Так что извините, но нам надо идти! – Надеюсь, улыбка у меня получилась искренней. Какого черта я здесь делаю? Магия ожидания, весь вчерашний вечер словно наполняющая меня пенистыми пузырьками, скончалась сегодня в этом доме. – Гриш, пойдем?

– Куда-то торопишься? – Побив рекорд лесника, сосед в два глотка, не морщась, осушил стакан и виновато развел руками: – Хочешь – иди! Никаких претензий!

Я едва сдержалась, чтобы не выругаться. Знает ведь, что одна не пойду, и пользуется этим.

– Ну Гри-иш?! – Ох, надо как-то уводить его отсюда, иначе я до завтра не вернусь!

От ожегшей сердце мысли я даже прикусила губу. Галя! Она решит, что я сбежала, и тогда скандала точно не миновать!

– Чего – Гриш? Уговора, что я тебя поведу обратно, не было! – Парень смерил меня презрительным взглядом и вновь подхватил доверху наполненный стакан. – Да и невежливо это, так сразу деда бросать!

Вот влипла так влипла! Идти одной? Брр…

Я поежилась. После вчерашней прогулки меня вряд ли когда-нибудь потянет побродить по лесу в одиночестве. Господи, что же придумать-то?

– Гриш, а как же наше свидание? – Я с тоской проводила глазами вновь опустевший стакан.

– Спасибо – сыт по горло! – Он только отмахнулся. И тут дед, после второго стакана, видимо почувствовав вкус к жизни или услыхав знакомое слово, решил влезть в разговор.

– Свидание – это хорошо! Не местная? Гришк, покажи ей наши места…

– Нет уж! Мне назад в Боровлянку надо! – Устав стоять, я прошла в избу и, сцапав бесхозный табурет, уселась поближе к двери.

– В Боровлянку? – Дед задумчиво погладил переломанный нос. – Я могу тебя туда отвести, только часам к трем пополудни, не раньше.

– Так поздно?! – взвыла я, прикидывая, сколько времени должна буду провести в обществе этих алкашей. – А если через час? Доведете – и мы с вами в расчете! Ну или можете просто тропинку показать и собаку свою дать в попутчики. Как вчера…

Он громогласно кашлянул, прочищая горло, переглянулся с Гришкой и уставился на меня.

– Сейчас не могу! Рано еще. Меня дружок мой, Федька, в баню звал, а она до заката не поспеет. Он ее еще и топить не начинал. Поэтому или жди, или иди сама. А собаки у меня уже года три как нет! Волки задрали.

Я помолчала, глядя, как он вновь наполняет стаканы.

Ну что сказать? Удивилась? Не сильно… Может, я этого ответа даже ждала. А теперь мне осталось только уйти.

– До свидания. – Я поднялась. Стараясь не встречаться с ними взглядом, задвинула в угол табурет и вышла во двор.

За частоколом, куда ни глянь, зеленой стеной стоял лес. Я даже не помнила, откуда мы пришли. Впору завыть.

Подойдя к воротам, я остановилась.

Зачем я вообще сюда пришла? Что я хотела узнать? Кого найти?

Темноту безысходности, затянувшую душу, не мог развеять даже этот невероятный, блестевший тысячами лучей, росинок и надежд день. Даже сумасшедший птичий гомон не мог изгнать липкого отчаяния, невысказанной обиды и вселенского одиночества, глыбой мрака придавившего сердце.

– Так куда ты хотела идти? – раздалось из-за спины. Меньше всего я ожидала, да, впрочем, и хотела услышать сейчас этот голос.

Обернувшись, я прищурилась, разглядывая улыбчивую Гришкину физиономию.

– Неужто решил променять бутыль самогона на меня?

Не ответив, он только беззаботно пожал плечами. И вдруг предложил:

– А может, прогуляемся?

– Опять?! Ну уж нет! Возвращаемся домой. Галька и так меня сегодня убьет.

– Тогда зачем возвращаться?

– Чтобы не убила. Ты не понимаешь! Я пообещала, что буду сопровождать ее на Русалочье озеро, и теперь она решит…

– Вы хотели пойти туда вдвоем? – перебил меня парень, в ожидании ответа чуть наклонив голову.

– Если бы! С одним из охотников за инопланетным разумом, чтоб его! Скажи, бредовая профессия? Если честно, я была в шоке, когда узнала, что в этой глуши стоит их база. Как будто в вашей Боровлянке по инопланетянину на один квадратный метр!

– Значит, возвращаться бессмысленно. – Он обогнул меня и вышел за ограду.

– В смысле? – Я бросилась за ним.

– Если она заранее планировала эту прогулку, то тебя пригласила с собой, только чтобы не обидеть или держать под контролем. – Смерив меня снисходительным взглядом, Гришка неопределенно указал на чуть шуршащие листвой деревья. – Поэтому самое разумное сейчас – идти к озеру. Девяносто процентов, что мы встретим ее там.