Араксия. Последнее задание (СИ) - Макушева Магда - Страница 38

К вопросу о разрыве связи я больше не возвращалась. В глубине души я уже не просто приняла для себя ее наличие, но и даже, если можно так сказать, радовалась тому, что она есть. Связь с тирианцем не была похожа на какие-то привычные мне чувства. То есть я, конечно, чувствовала к Сайкеру симпатию, уважение, некую привязанность, физическое влечение, нужду в его близости, но это было еще не все. Мы словно были... на одной волне, в одной плоскости на каком-то очень глубоком, более сложном уровне. Незримо соединены чем-то таким, что непросто описать простыми словами. Этот мужчина был как бы... моим. Моим целиком и без остатка. Я ощущала это предельно ясно и четко каждый раз, когда видела его, слышала, когда прикасалась к нему. И день ото дня это ощущение только усиливалось.

Если мы засыпали вместе, во сне я видела его сущность. Звучит фантастически, но мне действительно снился светящийся мужской силуэт, который обвивал мне своими энергетическими лентами, будто привязывая меня к своему носителю все сильнее и сильнее. После такого я всегда просыпалась с колотящимся сердцем и мокрым бельем. Временами все происходящее ощущалось как какое-то помутнение, которое все сильнее погружало меня в нарастающие к тирианцу чувства. Это и тревожило, и манило. Просто потому, что прежде я не испытывала подобного ни к кому и никогда.

Я осознавала, что рано или поздно должен был случиться некий пик, после которого обратного пути для меня уже не будет. Наше с тирианцем взаимодействие становилось все более тесным и интимным, взгляды более жаркими, а объятья более крепкими. Мы оба были взрослыми людьми, которые находились в закрытом пространстве практически наедине многие дни, пусть и виделись лишь эпизодически, а иногда и просто спали вместе в одной постели.

В общем... Я знала, чем это кончится. Останавливало меня только желание не переключать внимание Сайкера только на себя, и то, что времени побыть рядомдостаточно долго у нас не появлялось. Тем более, рядом со мной и без секса, который между нами должен был когда-нибудь произойти, мужчина почти всегда выглядел слегка одурманенным и поглощенным какими-то только ему ведомыми ощущениями, что могло негативно повлиять на текущий тяжелый и выматывающий полет.

Сайкер, полагаю, думал несколько иначе, иногда почти провоцируя меня на еще большее сближение, буквально даже подталкивая к нему. Правда, как позже выяснилось, сделал он переломный для нашей связи шаг под влиянием не только личных причин или желаний.

Глава 37: Грань (18+)

Где-то в космосе, флагер "Роукер"

Араксия Сажан

Я привычным движением активировала на зеркале в крошечном санитарном отсеке своей, то есть нашей с Сайкером каюты иллюминацию и провела рукой по запотевшему стеклу.

После принятия душа влажные волосы завились на концах, а щеки раскраснелись. Поднесла ладонь к лицу и осторожно отодвинула от него вьющиеся пряди, наблюдая через зеркало за своей рукой, под кожей которой медленно перемещался рисунок из черточек, линий и завитков.

Я менялась. Даже несмотря на довольно скудный паек и постоянно мучающую меня тревогу за наше будущее, отражение показывало вполне симпатичную молодую женщину с сияющими глазами, радующими отсутствием под ними синими кругами от перенапряжения и усталости, и чистой румяной кожей. Я словно расцветала, избавившись от влияния “Тороса”. Это было странно, удивительно и очень волнительно.

Улыбнувшись своему отражению, я вышла из санитарного отсека и неожиданно замерла, обнаружив на своей постели Сайкера, который вроде как не планировал отправляться на отдых еще как минимум несколько часов.

- Ты как тут оказался? - удивилась я.

- Спокойный отрезок пути. Диан отдохнул и отправил меня к тебе - отозвался тирианец, оглаживая взглядом мои ноги, выглядывающие из полов накинутого на голое тело халата.

Жар прильнул к щекам. Я сделал шаг в сторону мужчины, чувствуя себя в ловушке из-за того, как пристально и почти неприлично Сайкер меня разглядывает.

- Погони нет? - я подошла еще ближе, стараясь не показывать своего волнения или тревоги, которая неожиданно кольнула сердце. И тревога эта была связана не с тем, что может случиться с нами, если мы снова попадем в ловушку Икелана, а с тем, что может произойти здесь прямо сейчас, если этот мужчина планирует сделать то, о чем так откровенно говорит его взгляд. И о чем, полагаю, он прочитал в моих глазах.

- Наверняка есть, но пока она от нас далеко. Мы должны успеть - отозвался мужчина слишком быстро. На миг его затуманенные моим появлением глаза опасно сощурились. Стало ясно, что и Сайкер, и Диан надеялись на благоприятный для нас исход, но не были в нем до конца уверены.

Тирианец грациозно поднялся и шагнул мне навстречу. Раскрыл руки, позволяя мне прильнуть к нему, и положил голову на мою макушку, зарываясь носом в мои волосы.

- Я могу чем-то помочь? - решилась все же спросить я.

- Потом, Ари - гулко произнес мужчина, приподнимая мой подбородок и заглядывая в мое лицо. Его тир явно очнулся, так как поверхность глаз Сайкера заискрилась, да и узор на моей руке, которая сейчас медленно гладила широкую мужскую спину, обжег порцией крошечных электрических разрядов.

Губы тирианца манили. Кроме них я не видела сейчас ничего перед собой и не могла ни на чем сконцентрироваться. Да и все более-менее связные мысли словно снесло странной волной энергии, которую испускало в данный момент тело мужчины, и которая, скорее всего, была частью его второй сущности.

Поцелуй вышел глубоким, мягким, сладким. И моя голова окончательно выключилась, а вот тело, наоборот, напряглось, загорелось, заставляя прижаться к Сайкеру еще сильнее, притиснуть его к себе, зарываясь пальцами в его волосы.

Дыхания откровенно не хватало. Я с трудом справлялась с потоком ощущений, накрывших меня так неожиданно и сильно, что приходилось сдерживаться, чтобы не слишком захлебнуться в них и не забыть, как дышать.

Сайкер подхватил меня на руки и, целуя все так же жарко и настойчиво, опустил на кровать, тут же склоняясь надо мной в новом головокружительном поцелуе.

Ладонь тирианца легла на мое обнажённое бедро, медленно оглаживая кожу, которая отвечала на эти прикосновения россыпью оголяющих нервные окончания мурашек.

Верхняя часть его комбинезона уже была расстегнута и спущена до пояса, мой халат давно распахнут, а губы мужчины перебрались со щек и подбородка к уху, а затем еще ниже, к шее и косточкам ключиц.

Язык моего партнера обжег сосок. И еще раз. И снова. Его рот накрыл чувствительную к каждому касанию темно-бордовую плоть, набросился на нее так, словно моя грудь превратилась в самое изысканное в мире лакомство.

Тело казалось натянутой струной, напряженной до предела. Под ребрами стало невыносимо тесно, а сердце стучало так, что этот грохот эхом отдавался в горле и висках.

Ладони сжимали горячую кожу мужских предплечий, жадно оглаживали перекатывающиеся под моими руками мышцы спины, погружались в растрепанные от моих ласк светлые волосы тирианца.

Я ерзала на кровати, ощущая влагу между бедрами. Плоть пульсировала, требовала, молила меня не прекращать то, что скоро должно было случиться.

И только когда ладонь Сайкера, наконец, прикоснулась к моему естеству вместо того, чтобы выгнуться от остроты ярких ощущений, я застыла и зажмурилась, но не от удовольствия, а от тревоги, сковывающей каждую клеточку тела.

Этот ступор продлился лишь жалкие мгновения, но отрезвил меня и заставил открыть глаза. Сайкер сразу же почувствовал перемены в моем состоянии и внимательно заглянул в мое лицо, ожидая молчаливого разрешения или, наоборот, просьбы все прекратить.

Я вслепую нашарила его крупную и жесткую, почти обжигающую ладонь и снова положила ее на свой лобок. Открылась навстречу этим прикосновениям, отдалась им всей своей сущностью, выгибаясь и с хрипами выпуская из себя первый громкий стон.