Мои неотразимые гадюки. Книга 2 (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 62

Дон понял, что всё делал правильно, а теперь пора. Сконцентрировался, ударил: почти добравшиеся до него альпинисты захрипели и покатились вниз. Два крайних всадника подались от склона во избежание сшибки. Ещё двое отвлеклись на их телодвижения да агонию скалолазов. Остальные продолжали бдить, но их это не спасло.

Гоб встал и метнул ножи – два лучника, даже не пикнув, повалились на шеи лошадей. Остальные двое резко развернулись и пустили стрелы в пустоту. В тот же миг прямо из воздуха выскочил Гнер и пролетел меж двумя арбалетчиками. Одного он буквально выдернул из седла и уволок за собой на землю. Второй, хрипло взвыв, съехал на бок и вывалился из седла. Кажется, Гнер успел его пырнуть ножом. Сам он приземлился на колени шагах в пяти от морд загоношившихся коней. Развернулся, прикрывшись полупридушенным телом – два болта впились в дёргающегося мужика, который пытался отодрать от горла могучий локоть арма.

Обезоруженные арбалетчики выхватили сабли. Понукнули коней на исполина – тот отбросил в сторону обмякшее тело и вытащил свои клинки. Это Дон уже заметил краем глаза – манипулятор ударил по лучникам, наложившим стрелы. Непонятно: завалят их ребята, не завалят – к чему такой риск? Два тела, пискнув, рухнули на землю. Тут и Гнер покончил с арбалетчиками. Подробностей за конской тушей, прикрывшей друг, Дон не разглядел. Но крики и неизбежный для степняков финал зафиксировал. На всё про всё ушло чуть больше минуты – отчитался блок защиты системы. И это ещё Пайдар с грагами не выступили с обязательной программой. Где их носит?

Судя по сотрясшему ущелье визгу, Фуф был где-то неподалёку. Кто-то там не дождался разведчиков и сунулся следом. Гнер с Гобом уже испарились. Дон вздохнул и полез вниз. Рискнул пренебречь осторожным ползанием за камушками. Ломанулся через заросли кустов, то и дело, запинаясь ногами о булыжники – боялся отвлекаться. Наткнулся на каменный завал – через него не полез. Сунулся в обход и чуть не врезался башкой в бронированную задницу. В лицо не узнал, но понял, что граг кого-то треплет. Это они любят. На это они теряют уйму времени – мелькнуло в голове. Зацепил распахнутый свинячий канал, наподдал затейнику Блюмкину приказом по баловству. И тот вмиг сорвался куда-то вперёд, оглушительно визжа.

А инициатор дебильной инициативы остался открытым на все стороны. Убивай его, кто хошь! Они и попробовали – тело само собой дёрнулось в сторону и завалилось за длинный плоский валун. «Барбос» реагировал на увиденное глазами человека быстрей самого человека. Он же не позволил высунуть голову над камнем – по нему как раз противно бряцнула стрела. В упор бьют, суки!

Наконец-то, заработала и собственная половина мозга. Дон сразу же заметил Фуфа. Тот крутился, как бес, отбиваясь от троих противников. Положение не критическое – просигналил «системник». Дон приподнялся и разглядел Гоба. Тот как раз проломил кому-то в прыжке грудную клетку. Приземлился, перекатился, подскочил, крутанулся, полоснул саблей по очередной преграде, ткнувшей в него копьём. Снова ушёл в перекат. Положение не критическое – оценил «системник».

Гнера было не видать, и стабилизатор встревожился за один из объектов. Настолько, что Дон подскочил с земли и запрыгнул на валун. Справа кого-то топчет Блюмкин – ему приказ бросить маяться фигнёй и продолжить драку. Далеко впереди Троцкий отправил в полёт одно тело и тут же обратным движением головы насадил на рога второе. Третье тело тычет ему в бок копьём – бесполизняк. Блок защиты системы рапортует, что ранений у объекта Троцкий не обнаружено. Психологический фон в норме, в оголтелое бешенство не впал. Но, где же Аэгл?

«Ищейка» даёт сигнал: влево. Дон не стал терять время на оценку ситуации – рванул туда. Боевой режим тотчас влепил экономный заряд в кинувшуюся навстречу башку. Дон отшвырнул загнувшегося крякнувшего мужичка – дальше. Тело резко пригнулось – над ним что-то вжикнуло. Чуть не ткнулся мордой в землю, но устоял и дальше. Впереди две рыскающие спины машут руками. Проблески сабель раздражают глаза. Одна спина резко подаётся назад. Дон активен, кровь кипит, энергия вырабатывается. Выдох, удар пучком энергии в затылок – еле успел отскочить. Степняк рухнул на спину, вцепившись в виски скрюченными грязными пальцами. На его место справа выскакивает мужик с копьём. Дона в упор не видит! Лезет вперёд, а там Аэгл – вот и свиделись.

На него одновременно наседают пятеро, но «системник» выбирает копейщика. Гнер на секунду открылся – копьё летит в грудь. А экономный пучок энергии в бритый затылок над ним. Гнер ногой отшвыривает клюющее носом в землю копьё – за ним следом валится и сам подбитый манипулятором копейщик. Сегодня боевой режим – завзятый скряга. Наносит увечья, не совместимые с жизнью, и оставляет подранков подыхать собственными силами. Тоже учится по ходу событий – припомнилась битва с шехаёнышем.

Гнер отбивает удар слева, уклоняется от правого. Ему уже ступить некуда: вокруг сплошные трупы. Правый степняк рвёт дистанцию, пытаясь задавить его серией молниеносных ударов. Но «системник» бьёт не в него, а в новичка, подоспевшего на подмогу. Дон не успел удивиться такому выбору, как в молниеносного активиста врезалась бронированная визжащая глыба с драным ухом. И впечатала вопящего степняка в каменную стену – в больших чёрных глазах скорей ужас, чем боль. А ведь Ромео у них не самый крупногабаритный.

Дон переступил через скрюченное агонизирующее тело, и тут же в башке вспыхнуло предупреждение: объект Джугу покинул систему. На его памяти это впервые, но стабилизатор мигом понял: парня больше нет. Он ввязался в драку вместе с новыми друзьями, которых почти боготворил и вот…

Дон машинально развернулся. Хотел найти взглядом тело парнишки... Его снесло чем-то тяжёлым – брюхо со всей дури впечаталось в землю. Лбом приложился так, что искры из глаз. Но тело мигом перекатилось на спину – над ним возвышался Гнер. Обе сабли воткнуты в землю по бокам. А он плющит башку щербатого худого степняка двумя палками… Двумя половинками копья. Ими же сворачивает набок морду героя, сунувшегося к нему слева.

Аэгл, отшвырнул обломки, цапнул левую саблю. Правую руку, изогнувшись, протянул Дону:

– Шевелись!

Вздёрнул стабилизатора на ноги, подхватил вторую саблю, сухо бросил:

– Держись рядом.

Дон приготовился стоять с ним спиной к спине. Но вдруг всё закончилось. «Ищейка» показала жёлтых клопов, уползающих от белого жука в центре сетки. От его жука. Слева неподалёку копошился синий таракан «Гоб». Второй – «Фуф» - торчал в центре серой блямбы. Это он оседлал Троцкого и подгонял бегущего врага. Только бы не увлекался. Хотя вряд ли – не дурак же. Гнер закинул в ножны левую саблю, отёр ладонью лицо, приказал:

– Уходим.

К Дону с весёлым кваканьем подкатил Блюмкин: морда в крови, глаза в восторге.

– Давай подсажу, – пригнулся Гнер, подцепил вялое тело стабилизатора и подкинул на спину грага. – Здорово я тебя приложил. Вон морда вся серая. Но, ты молодец. Твой проход ко мне был ничего себе, – хвалил он уже на ходу. – Только последнего прощёлкал. Чуть копьё в спину не словил. Так что прости, что я тебя немного уронил. Гоб! Уходим!

Дон не стал объяснять про Джугу. Потом. У него дико шумело в башке, звенело в ушах. А тело вот-вот растечётся киселём по спине грага. Да и живот взбунтовался, требуя немедленной качественной дозаправки – не до сантиментов.

Он взасос надеялся, что кутуги после первой стычки обосрутся, как надо. Никто не считал, но «эрудит» выдал приблизительную цифру вражеских потерь: семьдесят три с учётом заваленной разведки. Остальные должны были весьма убедительно расписать все ужасы свалившейся на них чёрной магии вкупе с чудищами. Иначе, как объяснить такие потери, если у противника всего три человеческие боевые единицы? Да, супер воины непревзойдённых кондиций, но три есть три.

Короче, надежда Дона имела все права на жизнь, но Гнер растоптал её первым. А кутуги прошлись по ней вторым эшелоном. Правда, следующие сутки они больше не рыпались – и даже не приближались. Однако армы дружно проголосовали: кутуги не уйдут. Пришельцы не постеснялись продемонстрировать себя во всей красе – они попали в разряд очень большой опасности. А кто же пустит большую опасность гулять по собственной земле? Её не один век отвоёвывали у конкурентов, чтобы вот так просто – за здорово живёшь – отдать каким-то проходимцам. Дон предложил, мол, давайте им объясним, что мы реальные проходимцы: пройдём и пропадём навечно. Ребята посмеялись и заявили, что это даже не смешно.