"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1183

Очевидно, она хотела произвести ошеломительный эффект своим появлением. Но Гуню, как выяснилось, трудно было чем-либо вывести из равновесия. Особенно когда ярость и жажда мести застилали глаза.

– Мое почтение, миледи, – совсем по-будничному поклонился он. – Что с его величеством?

– А ты знаешь, что за дела в городе творятся? – Бейона наклонилась вперед, нависая над речником. Вернее, пытаясь нависнуть. Над таким попробуй нависни. Головы на полторы меня выше.

– Да наслышаны, – степенно ответил Гуня, расправляя ладонью усы. – Приезжали уже одни тут…

– Егеря?

– Ага. Егеря. Десятник-то горлатый. Из озерников будет. Как бишь его-то…

– Стратон?

– Во! Точно. Стратон. Жизни тут учил. Орал-де, егеря бунт подавили. И… это… покушение на жизнь Экхарда.

– Брешет, сволочь! – совсем не по-благородному возмутилась леди-канцлер. Но речники и это восприняли как должное.

– Наказал ждать-то в полной готовности. В доспехе и при оружии.

– А! Вот оно что, – пригорянка обвела рукой заставу «речных ястребов».

– Ну, вроде того, – почему-то уклончиво отвечал Гуня.

– А где сейчас Стратон?

– Так… это… отдыхает. Я к нему полдесятка своих приставил, чтоб не удрал. А то орать все молодцы-то…

– Это ты молодец, Лыгор! – воскликнула Бейона. – Быть тебе командиром ястребов.

– Да я что… Лучше Брохана кто скомандует-то…

– Брохана нет больше. А командир ястребам нужен! Теперь слушай, что в самом деле сталось в Фан-Белле. Бунт был. Только его Брицелл и учинил. Со святошей заезжим.

– Тьфу ты, – сплюнул Гуня. – Ох, и не люблю я этих озерников-то.

Ну, спасибо, землячки. Так и я скоро начну стыдиться собственной родины. Неужели за те годы, что я провел на чужбине, так изменился народ Приозерной империи? Или попросту покидают Империю люди не самые нравственные и чистоплотные? На это хочется надеяться.

– Не говори так, – покачала головой пригорянка. – Вот с нами тоже озерник. А без него не ушла бы я живой из королевского замка.

Гуня пристально на меня глянул. Пожал плечами. Вряд ли его мнение о моей стране изменилось.

– Экхард то ли захвачен, то ли убит, – продолжала женщина. – Его вызволять надо.

– Погоди чуть-чуть, – обронил Кейлин. – Я своим весточку пошлю. Ну, хоть бы его… – кивок на Вейте. – Ну, то есть ее. Лишь бы пропустили нас речники.

– Ты… это… погоди-то, – Гуня откашлялся. – Супротив егерей мои парни-то пойдут, только свистни. Эх, так и чуял сердцем подвох-то!

– А сколько у тебя людей тут, а, Лыгор? – Бейона, казалось, размышляла, к чьей помощи лучше прибегнуть, чтоб задолжать поменьше.

– А сотни полторы наберем-то. А ежели по посаду свистнуть…

– Не надо по посаду. Не хватало еще мастеровых в бучу впутывать. – Она решительно пристукнула ладонью по луке и повернулась к Сотнику: – Справимся?

Мой друг пожал плечами:

– Подумаем.

– Сколько егерей у Брицелла? – поинтересовался Кейлин.

– По обычным временам – больше пяти сотен, – отвечала Бейона.

– Ого!

– Сейчас в городе не больше сотни. Остальные в Ихэрене. – Она глянула на Вейте, наткнулась на ответный, наполненный ненавистью взгляд. – Ну что мне сделать, чтоб ты успокоилась? Не я тебя из Фан-Белла высылала! Не я твоего отца за язык тянула от королевства отходить! Не я и войско против него снаряжала! Ну, плетью меня перетяни, только успокойся! Хочешь?

– Да пошла ты! – ощерилась арданка. – Век бы тебя не видала!

– Так кто тебя держит?

– Да пошла ты… – отмахнулась Вейте, но уже не так яростно.

У Гуни, не поверите, глаза на лоб полезли. Я тоже удивился. А потом едва не расхохотался. Подумать только, ругаются, словно две торговки на рынке. А ведь одна – знатная талесса, как выяснилось, законная наследница всех левобережных земель Ард’э’Клуэна. А другая леди-канцлер, первейшая советница короля Экхарда Второго.

– Ты иди! – Бейона развернулась всем корпусом. – Куда хочешь, туда иди. Там, между прочим, твои замки жгут, твоих вассалов режут…

– А ну-ка, полегче, милые дамы! – возмутился Кейлин. От его окрика «милые дамы», готовые уже в волосы друг дружке вцепиться, встрепенулись. Пригорянка гордо задрала вверх подбородок, а наследница Ихэрена, напротив, виновато ссутулилась.

– Если будем старье ворошить, – продолжал трейг, – так ни с чем и останемся. Ты, Вейтар, тьфу, пропасть, Вейте, помнишь, зачем мы в Фан-Белл приехали? Помнишь или нет?

– Помню, – упавшим голосом ответила ихэренка.

– Так вот, я всей ватаге Добреца пообещал вытянуть, и я его вытяну! Даже мертвого вытяну! И Некраса не брошу! Ты, когда в ватагу вступала, обещала меня слушаться как вожака?

– Обещала.

– Вот и придержи норов. Поняла?

– Поняла.

– А ты, леди-канцлер, не брезговала нашими клинками до сих пор?

– Ты никак попрекать меня удумал, твое высочество? – не без сарказма проговорила Бейона.

– И в мыслях не держал. Я вот к чему… Ты сама говорила, Экхард помочь мне пообещался?

– Было дело.

– Так отчего же я его в беде бросать должен? Думаешь, не помогу? Не выручу?

– Спасибо, конечно, твое высочество. – Гуня, разинув рот, следил за перепалкой. Он раньше слышал про ватагу и сейчас недоумевал, о каком таком «высочестве» речь идет. Надеюсь, я свое удивление и любопытство скрывал лучше. – У меня теперь войско есть, – продолжала пригорянка. – И старый друг из тех, что надежнее десятка новых.

Это она про Сотника, что ли?

– Э нет, погоди-ка, госпожа канцлер, – вдруг возмутился речник. – Ты меня в свое войско-то не пиши.

– Что?!

– Ты пришла, ты ушла. Я не тебе служу, а королю. И Ард’э’Клуэну.

– Вот так, значит?

– Да уж так. Как хочешь, так и значит-то. А девка эта, виноват, госпожа Вейте, мне Брохана перстень-то предъявила. Дурному человеку Крыло Чайки свой-то перстень не отдал бы. Так что ты ее не гони. За ней мы пойдем, а не за тобой.

Бейона застыла с открытым ртом.

А тут еще Сотник подлил масла в огонь. Откашлялся и тихо произнес:

– Ты прости, Бейона. Мы тут с Кейлином раньше сговорились. Я ему помогать обещал.

– Вы что, все против меня? – возмутилась женщина.

– Да почему против? – развел руками трегетренский принц. – Мы все вместе. Все одной цели служим. Давай не будем ругаться, а поможем друг другу. Ведь от союза всем выгода есть, а от разлада?..

Бейона не ответила. Молча проглотила нравоучение. Кивнула и отвернулась.

– Ну что, Лыгор-Гуня, – усмехнулся Кейлин, – в лагерь пошли? Далеко лагерь-то ваш?

Речник улыбнулся в ответ, взмахом руки поманил за собой.

И мы отправились в лагерь «речных ястребов»…

Теперь мои спутники сидели вокруг костра. Тут же и Гуня пристроился. И два его помощника. Одного, седоусого, бровастого, звали по имени – Мерек. Другого, по кличке, надо думать из-за торчащих вперед широких резцов, – Конь.

Первым меня заметил Сотник. Улыбнулся, поправил повязку.

– Давай к нам.

– Проснулся, чародей? Доброго утра тебе, – поприветствовал меня принц. Арданы закивали одобрительно.

Гелка обернулась. Увидела меня, едва ложку в котле не утопила.

– Что, страшный я, белочка?

Хоть бы воду где стоячую найти, поглядеть, как меня разукрасило.

– Тебя, Молчун, перевязать надо, – укоризненно сказала Гелка. – Почему вчера отказался?

– Да ладно, – я поставил стоймя березовый чурбачок, уселся. – На воздухе скорее присохнет.

Девка вздохнула и вернулась к своему занятию. Настаивать не стала. Хорошо это или плохо? Мне вдруг захотелось, чтоб она поуговаривала меня немножко. А то и поругала слегка. Раньше она бы так и поступила. Может, еще обиду держит? За Пузырь, за Росаву, за то, что из-за моей глупости в подземелье угодила, опасностям подвергалась. Кто его знает? А напрямую не спросишь.

– Держи! – Сотник протянул мне кисет. Тот самый, выменянный у траппера Юраса за два аквамарина. Дорогой тютюнничек, ох дорогой! А я, грешным делом, думал, его Кисель позаимствовал вместе с самоцветами и Пятой Силы.