Из Тьмы, Арка 5 (СИ) - "Добродел" - Страница 92

— Куроме рискует больше, чем мы, — негромко отозвалась юная убийца, которая не хуже своего друга знала обстоятельства, при которых «старшая сестра» всея Ночного Рейда получила свои раны. — И младшая сестра всё равно согласилась встретиться с нами. Одна с двумя.

— Ладно, — выдохнул несколько устыжённый хозяин Инкурсио, — поверю твоему профессионализму. Настоящий мужик не сомневается в напарниках! — воскликнул он и не слишком убедительно изобразил свою фирменную сияющую улыбку. — Наверное, всё из-за этих надоедливых птиц, — добавил он, постаравшись придать собственной физиономии и голосу больше позитива.

Не дело это, когда мужик ноет и нагоняет мрачность на напарника! Тем более — на юную девушку!

Акаме посмотрела на ворон, которых, кажется, действительно заинтересовала их пара, но не настолько, чтобы настойчиво их преследовать. Постепенно небольшая стая оставалась всё дальше и дальше позади, разлетаясь в стороны.

— Вороны очень умные и любопытные, — решила блеснуть эрудицией Акаме.

— И падальщики, — не удержавшись, добавил Булат, имевший совершенно другой опыт «общения» с данной живностью.

Он хорошо помнил, как полчища крыс, отяжелевших от переедания ворон и иной гнуси пировали на не убранных полях битв — масштабных и не очень. Ходящая буграми от забравшихся под неё голохвостых тварей одежда… выклёвываемые глаза… кишки и иные органы, жадно вытягиваемые из разверстых животов окровавленными клювами и пастями. И мерзкий грай вперемешку с визгом, писком и рыком.

А ещё мухи. Отвратительные тропические мухи — кусачие, разносящие заразу сотен видов, доставляющие массу неудобств даже воителям.

И запах…

Имперская армия — по крайней мере, та её часть, где служил Булат — всегда старалась предавать своих земле: и воителей-офицеров, и простых солдат, зачастую вчерашних крестьян, но… не всегда это получалось. Тогда пернатым и хвостатым тварям доставались тела молодых парней и матёрых мужиков, с которыми они ещё вчера обсуждали обстановку, ругали войну, вспоминали оставшихся на гражданке близких и фантазировали — кто и чем хотел бы заняться после службы.

Внешне жизнерадостный, но на деле телесно и духовно опалённый войной офицер не любил падальщиков. Сильно.

— Если бы не дома вокруг, я бы показал этим вестникам несчастий, как над нами летать, — с некоторой дурашливостью произнёс мужчина, который совершенно не собирался грузить подругу своими проблемами, и с видом глуповатого задиры погрозил птицам кулаком. — Радуйтесь, паразиты, иначе вы бы познали настоящую мужицкую мощь!

— Вороны — не наша цель, — спокойно, но с блеснувшим в глазах весёлым огоньком ответила девушка.

«Проклятая война! И почему я о ней вспомнил?» — задал себе мысленный вопрос бывший офицер, когда напарница отвернулась.

Неужели подсознание сцементировало образ темноглазой девчонки, к которой они идут, с той бессмысленной и ужасной бойней, что предшествовала их с Булатом знакомству? Если так, то это неправильно — и крайне несправедливо к и так хлебнувшей горя юнице. Их с Лаббаком и вообще весь Ночной рейд обвинили в Сингстримской бойне газеты. Несправедливо обвинили! Ведь пусть приказ на устранение генерала Вита прямо во время многолюдного фестиваля и казался сомнительным, а на финальной прямой их двойке пришлось столкнуться с неприятными случайностями, они с Лаббаком всё равно сработали настолько чисто, насколько это возможно.

Это напавший на них Сюра устроил ту кровавую вакханалию!

…И теперь сам Булат подсознательно возлагает часть той давней вины на молодую Куроме, которую писаки поливают грязью сейчас? Не бывать такому! Настоящий мужик, пока не разберётся в обстоятельствах, не станет никого обвинять!

Пока бывший офицер размышлял о причинах своей сегодняшней нервозности и пытался её побороть (а также на всякий случай прикидывал, как они с напарницей будут отбиваться и уходить из засады), тревожащее его вороньё, наконец, улетело по своим птичьим делам, окончательно скрывшись с глаз. Акаме же, углядев что-то на каменном заборе, подошла к накарябанному там детскому рисунку.

Булат в свою очередь вновь окинул взглядом кованые и каменные заборы, из-за которых выглядывали особняки и многоквартирные дома для «чистой публики» и с небольшим отставанием последовал за подругой. Вряд ли имперцы — если это не ублюдочный Сюра — станут устраивать бой в подобном благополучном районе. Конечно, случись схватка на самом деле, все возможные жертвы и разрушения, как это и произошло в Сингстриме, постараются свалить на Ночной Рейд. Однако даже Булат, который никогда не отличался политической сметкой, прекрасно понимал, что состоятельные люди всё равно будут очень недовольны и начнут задавать неудобные вопросы.

Богачи всегда плюют на ужасы, творящиеся где-то там, на границе, в провинции или в пусть даже географически близких, но всё равно бесконечно далёких бедных кварталах. Однако если война приходит к ним на порог, то вой до небес поднимается в ту же секунду. Такова уж природа людская: они проводят воду на своё поле и своя рубашка им ближе к телу.

— Всё хорошо, — повернулась брюнетка к погрузившемуся в свои мысли спутнику. — Сестра оставила сообщение без предупреждающих знаков. Нам туда, — указала она рукой в сторону симпатичного двухэтажного особнячка из красного кирпича, прячущегося за невысоким каменным забором и выстроившимися параллельно первой ограде рядами единообразных елей, укрытых аккуратными снежными шапками.

— Хм. Думал, что нам придётся идти дальше. В место… — последовавший за устремившейся вперёд напарницей мужчина неопределённо шевельнул кистью, — попроще.

Акаме тем временем добралась до ворот в ограде около территории предполагаемого места встречи и нажала на кнопку звонка.

Не успела девушка убрать палец, как из открывшейся двери здания показалась невысокая фигурка, которая, ненадолго застыв в пороге, двинулась вперёд по мощёной дорожке с выстроившимися вдоль неё деревцами.

Булат заметил, что Куроме тоже насторожена: поглядывает на возвышенности и старается держаться в стороне от немногочисленных — он бы не удивился, узнав, что такое место подобрано специально — открытых для возможного снайперского огня зон. Заметил и странным образом успокоился, наконец, внутренне поверив, что всё пройдёт хорошо.

Он широко улыбнулся и показал сестре Акаме большой палец.

Впрочем, обе девушки сосредоточили всё внимание друг на друге, поэтому бывший офицер подозревал, что его жест не заметили. Оставалось лишь порадоваться за двух родственниц, которые не разорвали свою связь даже несмотря на судьбу, раскидавшую их по разные стороны баррикад.

На душе бывшего офицера потеплело.

* * *

Вдоволь наобнимавшись с сестрой и не забыв поздороваться со всё ещё несколько напряжённым, но уже начавшим расслабляться Булатом — наверное, не стоило так пристально изучать его через глаза вороньих дронов — я, демонстративно повернувшись к парочке спиной, проводила гостей внутрь.

Куда делась моя паранойя? Собственно, никуда. Я смотрела вокруг множеством глаз, в том числе и на идущих позади гостей из враждебной государству революционно-террористической организации. С другой стороны, я прекрасно знала сестру... и за время нашей первой встречи в Сингстриме смогла неплохо понять Булата. В теории они могли прийти меня убивать, но тогда вели бы себя по-другому. И укрыть от моей эмпатии злые намерения им бы не удалось. Конечно, Булат несколько напрягал своей нервозностью, чем заставлял плотнее использовать немёртвых ворон и смотреть на него и округу внимательнее, тем самым заставляя мужчину нервничать сильнее, да. Но теперь, сумев просканировать парочку напрямую, я поняла, что нехорошего они не умышляли и информацию обо мне не сливали.

Так-то что Акаме, что её спутник вообще не относятся к тем людям, которые по своей инициативе станут делиться чужими тайнами. Тут скорее стоял вопрос любопытных коллег по организации, кои могли сунуть нос туда, куда их не просят, и убедить парочку из наивной убийцы и простоватого вояки в том, что «ради блага революции нужно…». Но так как Леоне — благодаря своему чутью и слуху наиболее опасная в этом плане — после того, как ей немного пустили кровь, оказалась вынуждена умерить свою активность (как, впрочем, и весь Ночной Рейд, напуганный возможностью облавы от имперских воителей), то уровень потенциальной угрозы можно снизить.