Из Тьмы, Арка 5 (СИ) - "Добродел" - Страница 289

Да не где-нибудь там, в жирном и сонном тылу, а в приграничной провинции во время горячей фазы военного конфликта!

Неужели они и в самом деле думали, что следователи и периодически наведывающийся к ним Кей Ли в гостях у посаженного под домашний арест главного таможенника баловались плюшками и травили байки? Что он откупится, вернётся на свою должность и продолжит вместе с ними крутить старые схемы? Идиоты. А те, кто продолжил их покрывать в отсутствии одного из главных фигурантов — идиоты вдвойне.

Хотя чего ещё ждать от этих тупых и до самой задницы коррумпированных сапогов из стражи?

Нескольких из вышестоящих командиров таможенников и стражников (не только портовых), наиболее замаранных, бросили в их собственные — что особенно веселило Кей Ли — тюрьмы. Каждого из бойцов охраны хорошенько мотивировали, предупредив, что если важный заключённый сбежит — казнят всю смену. Вообще-то новый хозяин Адаусу пошутил: кому сдалась эта мелочёвка? Убегут — значит, виноваты и можно смело конфисковать всё их нечестно нажитое (то есть, вообще всё) имущество, а также то, что оформлено на ближайшую родню. Но учитывая праздник казней, который устроила Куроме-чи, предупреждению поверили сразу и полностью, отчего узников караулили с крайним рвением и неусыпной бдительностью.

Ну, а потом, когда бурления после «жестокого нападения предателя Камуи» успокоились, а срежиссировавшая всё это любительница сладостей окончательно подмяла основные центры власти, утвердив свою попку в кресле временно исполняющей обязанности, Мастеру шуток удалось развернуться на полную!

Кей заменил охрану важных шишек на верных солдат, а бездельников из стражи заставил патрулировать улицы. Да, только улицы — но зато по всему городу, а не одни лишь богатые районы и территории рядом с платящими им дань заведениями в местах попроще, как привыкли эти ленивые розовые жопы. Причём в опасных кварталах они всё же получали в усиление солдат или даже воителей, дабы относительно бескровно со своей стороны, но дотошно и безжалостно перетряхнуть все воровские малины и прочие особо злачные и укромные местечки теневой стороны города. Благо о всех таких полиция прекрасно знала, просто раньше предпочитала не трогать.

Зато в этот раз, для разнообразия, все оказались хорошо проинструктированы и предупреждены, что сделают со сменой, цели которой «чудесным образом испарятся» до начала операции. Большая разница с тем, к чему привыкло ворьё, поэтому мало кто пришёл с поклоном и готовностью сотрудничать или залёг на дно. По словам одного из тех умников, они «не развязывали бессмысленную и кровавую войну с криминалом», а — ха-ха, ну и шутка! — «контролировали его». Не бесплатно, а имея с тех свой процент. Так что кто там кого реально контролировал, а кто лишь исполнял роль послушной собачки, с готовностью гавкающей на тех, кого укажут, и радостно виляя хвостом, подставляющей пузико кормящим её хозяевам — это ещё большой вопрос.

Контролёры, чтоб их гуро-хентайный тентаклемонстр залюбил во все естественные и искусственные отверстия! И в дыхательные, и в пихательные, и в прорезанные с высверленными!

Но так как власть поменялась, и Её Злейшеству, бурчавшему про "тут всю систему менять надо", нафиг не улыбалось иметь у себя под боком такой нифига не подконтрольный гнойник, являющийся потенциальным источником возмущения и рассадником вражеской агентуры, её верным заместителем была провозглашена неделя Большого Шмона. Хлопотная, потная и нервная неделя, когда великолепный Кей Ли-сама и его подчинённые отделили согласные работать по новым правилам зёрна от органически не способных на это плевел.

Бойцы проникли почти в каждый хоть как-то мелькавший в сводках или упоминавшийся допрашиваемыми дом, чтобы перетряхнуть тот сверху донизу. Они тщательно выискивали незаконные препараты, непонятно откуда взявшиеся деньги, документы, пленников, рабов, оружие, контрабанду и так далее. Если находили что-то из запрещённого, то сразу же устраивали жёсткий допрос, обещая в случае полного содействия (читай — сдать всех своих подельников из криминалитета, а также покровителей из аффилированных с властью структур) значительно смягчить наказания, а в случае обмана или отказа сотрудничать, соответственно, ужесточить кары, отчасти распространив на родных и близких. Ибо нефиг! Ведь когда те вкусно кушали и сладко спали, они как минимум догадывались, за чей счёт проходил банкет, а то и активно участвовали в различных мутных схемах.

Так что штрафные роты и трудовые лагеря дождались своих героев, а придорожные столбы — постояльцев. Сам заместитель главы особой боевой группы разведки лично провёл ряд арестов. Начав, естественно, с «головы». То есть с этих самых «важных людей», которые, несмотря на должности и дворянские регалии, были откровенными преступниками, пользующимися своим положением. То есть попросту человекоподобной гнилью, вопиющей об ампутации.

Следственные мероприятия не являлись чем-то слишком сложным. На большинство задержанных имелась жареная информация, полученная или от главы региональной разведки (шепелявый директор отделения Скары, пусть и хотел сотрудничать на словах, на деле проявлял куда меньший энтузиазм, а трогать его пока не стоило), или от подельников схваченных, которые, сдавая коллег по преступному промыслу, зарабатывали себе смягчение наказания. Требовалось лишь получить признания и доказательства, кои добывались посредством морального прессинга, не оставляющих следов пыток и прочих относительно законных мер. Совсем уж жести обычно не допускали: крепкими орешками, которые всё равно требуется расколоть, занималась Куроме, действуя по каким-то своим секретным методикам.

Впрочем, такое происходило очень редко: её офицерская сладкоежная злобность не любит, когда её дополнительно дёргают. Да и действительно стойкие персонажи среди разного рода шишек обнаруживались не особо часто.

По итогам недели кто-то смог отделаться большими штрафами и письменными обязательствами о сотрудничестве, что в определённых обстоятельствах легко могут стать компроматом, кто-то конфискацией имущества, лишением всех должностей и пинком под зад, а кто-то заработал и на смертную казнь. Впрочем, формально наказания назначал суд, пусть и работающий по упрощённым протоколам, так что в беззаконных расправах над благородиями их с Куроме-чи никто не обвинит.

В более мелкие города и поселения провинции Кей тоже наведывался, но там, в большинстве случаев, всё проходило проще и не так интересно. Разве что иногда его просили уничтожить досаждающую жителям разбойничью банду или обнаглевших мелкотравчатых монстров, что только крестьянам представлялись ух-ох-ай могучими чудищами.

И нет, полностью очистить провинцию от криминала никто не стремился. Так быстро с этим не справиться, да и смысла нет: не их задача. Просто их глава решила вскрыть и вычистить самые неприятные и сулящие проблемы нарывы, продемонстрировав остальным, кто в доме хозяин, а также задать местному обществу новую колею, которая позволит не скатиться обратно в царство мрака и срака сразу, как их блистательная команда покинет эту промёрзшую дыру и вернётся в Столицу.

Добрая она, Куроме, хоть и по-своему. А ещё любопытная. Тоже по-своему: Кей запомнил то ли случайную, то ли специальную обмолвку про «социальный эксперимент».

Проводить опыты над целой провинцией… Великолепно! Вот даже без шуток! Может, интерес ему не особо понятен, но масштаб восхищает!

Тем не менее, по результатам исполнения своих задумок Куроме — в отличие от Кей Ли — не выглядела счастливой. Ведь за решением всех важных вопросов города люди начали идти именно к ней. И посылать документы, и жалобы, и прочую бюрократию. Да, со временем она поставит на ответственные посты союзных или нейтральных деятелей, однако пока приходится ей самой вникать, что там к чему, чтобы не повторились те фокусы, которые в конечном итоге и привели к сложившемуся положению.

Но ничего: у Кея, помимо обычных новостей о его работе и смешных историй, что произошли во время её выполнения, есть и иные, более весёлые.