Легенда о Вороне и Лотосе - Ли Марибель - Страница 45

– Не беспокойся, дитя, то целебный сон. – Старый лекарь стоял под навесом, перебирая травы.

– Почтенный Гу! – Я подошла к нему и поклонилась. – Благодарю, что спасли его.

Старик тихо рассмеялся.

– Это судьба его уберегла. Ты довезла, я вывел яд, а все потому, что звезда добра.

– Он… будет в порядке?

Лекарь отложил травы и внимательно посмотрел на меня.

– Коли жив, так о чем еще беспокоиться? – Я облегченно улыбнулась, но старик вдруг отвел глаза и продолжил: – Яд долго тлел в нем, хоть и не убил, а повредил каналы.

Я замерла, и старик поймал мой встревоженный взгляд.

– Но если не захочет меч в руки брать, то и печалиться тут не о чем. Что ты так побледнела, дитя? В мире вон сколько дорог, и этот ребенок свою найдет.

Я кивнула. Вот только знал ли Хуань в этом мире дороги кроме тех, что прошел с генералом и его воинами?

– А вот ты, дитя, опять пришла израненная. Совсем вы, молодые, ни себя не жалеете, ни меня. Все пугаете старика. – Лекарь покачал головой и подошел ближе: – Ну-ка протяни руку.

Я улыбалась, пока он измерял мой пульс. Сложно было представить, что Почтенный Гу чего-то боится в этой жизни.

– Скажу тебе лежать, да ты ведь все равно не послушаешь. – Старик похлопал меня по руке и вздохнул.

– Спасибо, что позаботились о моих ранах.

– Спасибо! – он рассмеялся, – Раз жива, вечером сама приходи сюда. И мальчик очнется. А пока, – он протянул мне корзину, накрытую плотной тканью, – снеси-ка это госпоже Ду во Дворец.

Я осторожно подошла к покоям тетушки Цзюань и постучала. Я надеялась, что выйдет Жуань, личная служанка госпожи, но выглянула незнакомая мне девушка.

– Я…

– Госпожа Гао, проходите!

Девушка узнала меня и провела прямиком во внутренний дворик.

Стоило мне увидеть их, я замерла. Тетушка заваривала чай и с улыбкой поглядывала на Лу-Лу, которая сидела с книгой, внимательно слушая Вэй-гэ. Теперь я знала, как выглядит их семья. Тепло, тишина и покой.

Служанка что-то прошептала тетушке, и та посмотрела в мою сторону.

– Госпожа Гао, прошу, проходите!

Лу-Лу оторвалась от книги и улыбнулась, но стоило Ду Хувэю заметить меня, его лицо вновь стало маской советника Ду. Я была чужаком, который не должен был видеть его добрые глаза и заботу о кузине.

– Госпожа Ду, господин советник, госпожа Лу-Лу! – я поприветствовала их с тихой улыбкой и отдала служанке корзинку. – Почтенный Гу просил передать.

Мне стоило уйти, но тетушка была слишком добра, она усадила меня за стол, а я поддалась. Побыть с ними, немного, даже пусть лишь как вор, который решил украсть немного чужого тепла.

– Как ваши раны? – с беспокойством принялась расспрашивать меня тетушка Цзюань. – Я посылала Лу-Лу проведать вас, но вы были в беспамятстве.

– Мне намного лучше, благодарю.

– И Тан должна была позаботиться о вас. – Советник закрыл книгу и поднялся.

– Госпожа И была очень добра ко мне.

Я спрятала улыбку. Видимо, этим утром Тан-Тан беспокоилась о том, что я скажу господину советнику.

– Вэй-гэ, урок окончен? – Лу-Лу робко посмотрела на кузена.

– Продолжим позже. Дела.

Вэй-гэ. Он даже улыбнулся ей. Я опустила глаза, чтобы он не подумал, будто я подглядываю. Вэй-гэ. Не помню, чтобы он был таким же заботливым в детстве.

– Вэй-эр, чай. – Тетушка пыталась задержать его, но он только покачал головой и направился к выходу.

Я подавила в себе сожаление. Сегодня мне особенно хотелось, чтобы он остался. Будто что-то еще связывало нас, будто я в любой момент могла крикнуть ему: «Вэй-гэ!» – и он бы, спрятав улыбку, обернулся со словами: «Чжу-эр, туда не стоит ходить», но я бы все равно пошла, а он бы все равно не сердился. Но Вэй-гэ не хотел остаться. Он ушел, и я только посмотрела ему вослед, не понимая, отчего эти стены так давили воспоминаниями и отчего я так цеплялась за них.

– Вэй-гэ всегда очень занят, когда Глава уезжает, – прошептала Лу-Лу, подсаживаясь к нам.

– Вэй-эр всегда очень занят, даже когда Син-эр здесь, – поправила ее тетушка.

– Но все же он находит время позаниматься с вами, госпожа Лу.

– О да, – Лу-Лу опустила взгляд, – но кажется, что Тан-Тан понимает куда больше меня во всех этих книгах.

– Госпожа И?

– Тан-Тан – хорошая девочка, жаль только, что рано осиротела, – тетушка Цзюань вздохнула, – Син-эр привез ее семь лет назад в Учение, и Вэй-эр учил ее вместе с Лу-Лу.

Значит, наставником Тан-Тан была не только Страж Вэнь, но и советник Ду. Теперь я могла понять, почему эта девочка держится с такой важностью.

– Госпожа Гао, надеюсь, Син-эр в порядке? Я редко вмешиваюсь в дела детей, но видя, что вы вернулись… так…

– Разве кто-то сможет навредить Главе Баю? – пролепетала юная госпожа. – Да и Вэй-гэ сказал, что Глава завтра возвращается…

– Что ты понимаешь, Лу-Лу!

Завтра. Уже завтра. Я заставила себя улыбнуться и проговорила:

– Когда я уезжала, Глава Бай был в полном порядке.

Тетушка Цзюань облегчено кивнула.

Бай Син был в порядке. Не считая того, что я ранила его на перевале. «Никто не должен знать. Иначе вы расплатитесь жизнью», – я еще помнила его слова. Хотя бы этому приказу я должна была подчиниться.

– Госпожа Гао, вам следует хорошо позаботиться о себе.

Тетушка Цзюань поднялась и приказала служанке отнести корзинку, переданную лекарем Гу, на кухню.

– Лу-Лу, проследи, чтобы госпожа Гао выпила не меньше двух чашек.

Лу-Лу кивнула и улыбнулась мне.

Когда госпожа Ду вышла, она подсела ближе и тихо проговорила:

– Тетушка опять пошла готовить лекарство для Вэй-гэ.

– Советник Ду болен?

– Его рука, тетушка не оставляет надежды излечить ее.

Сколько я себя помнила, руку Вэй-гэ всегда била дрожь, но в детстве я никогда не видела, чтобы это сильно его беспокоило. Возможно, я только не замечала этого, как и многого другого.

Сяо Хуань так и не пришел в себя, лекарь Гу осмотрел мои раны и отправил спать, не позволив остаться с мальчиком.

Тан-Тан сама принесла мне воду для умывания, но с таким видом, словно за одно мое «спасибо» эта вода выльется мне на голову.

Несколько минут она молчала, сидя в другом конце комнаты. Но все-таки не выдержала:

– Ты виделась с советником Ду?

Я кивнула.

– И что ты ему сказала?

– О тебе только хорошее.

– Я не… – Она осеклась и снова начала злиться.

Но когда мы потушили свет и легли спать, она отвернулась к стене и выпалила:

– Ты все еще должна мне бой, раз вернулась. Так что поправляйся быстрее.

Рынок Шаньлу расцветал в первых лучах солнца. Я шла мимо лавок, довольная тем, как ловко ускользнула из Учения этим утром. Я собиралась перехватить Главу Бая раньше, чем он окажется в Зале Белых Звезд и кто-нибудь ненароком упомянет при нем приказ, который он мне никогда не давал.

Я успела позавтракать у матушки Динь и заглянуть в лавку с османтусовым печеньем, когда по рынку пронеслись новости о том, что генерал Лин въезжает в город. Я спрятала оставшееся печенье и собралась идти к поместью наместника, но что-то заставило меня замереть. Глаза могли обманывать, но чутье крайне редко. Я начала внимательнее вглядываться в толпу, пока наконец не отыскала его.

Неприметные одежды и соломенная шляпа – недостаточно, чтобы провести меня. Походка благородного господина, прямая спина и что-то еще, может быть, я просто чувствовала его: Бай Син, переодетый в простолюдина, Глава Бай на рынке в Шаньлу. Куда бы он ни направлялся, я не могла не пойти за ним.

Я тайно преследовала его до северной окраины, пока он не зашел в маленький неприметный дом в конце улицы.