Легенда о Вороне и Лотосе - Ли Марибель - Страница 33

Чи Дянь стоял надо мной, пытаясь задушить одним взглядом.

– Не хочешь говорить, тогда я сам скажу. Думаешь, я пощажу твою жизнь ради этой тайны?

Он опустился, и его глаза теперь были чуть выше моих.

– Ты не скажешь, так я десять лет буду искать, перерою всю провинцию, но найду. А твои кости за это время сгниют.

– Так чего ты ждешь? Убей меня.

Его лицо начинало расплываться. Как только назывался этот дурман? И почему так долго.

– Я знаю, что ты не боишься смерти. Как и она.

Не было сил смеяться. Чи Дянь, знай, я бы смеялась, просто не было сил.

– Я послал за ним.

– Кем?

– Цзе Цзином.

Будь он проклят.

– Ты не знаешь… – Я хотела сказать: «Ты не знаешь, что меня и Цзе Цзина больше ничего не связывает?»

– Знаю, все знаю. Все так думают. Но я знаю, что ты за ним побежала в Учение Белого Лотоса. Разве не за ним?

Он схватил меня за горло.

Смех разрывал меня, но никак не хотел вырываться наружу.

– Вот и посмотрим, через сколько он окажется здесь, пытаясь вырвать тебя из моих рук.

– И что?

– А то. Я убью его, ты же не боишься смерти, верно? Раз не боишься своей, не бойся его.

Я закрыла глаза.

– Раз ты за столько лет не смог убить его, не сможешь и сейчас.

– О нет. Он был жив, потому что она купила его жизнь, а теперь…

Я не хотела знать. Не хотела знать.

– Смотри на меня. Смотри на меня!

– Смотрю, рад?

Удар.

– Это ведь ты поднесла ей яд?

– Ты.

Удар.

Чертов дурман, мне нужен был такой. Я почти не чувствовала боли. Зато хорошо слышала.

– Господин, господин…

Кто-то помешал ему. Кто-то с тревожным голосом и неровными шагами.

– Донесение.

– Что?

Нельзя так кричать на слуг, Чи Дянь. У них и сердце прихватить может.

– К Хэши подходит генерал Лин со своими людьми.

– Что?

Рано, слишком рано. Донесение наместника не могло так быстро дойти до Шаньлу. Сколько прошло? Я не знала, сколько пролежала в этой комнате. День, час, неделю? Нет, не могло пройти так много. И генерал не мог быть здесь так быстро. И все-таки Чи Дянь ушел, а я осталась. Больше никто не приказывал мне открыть глаз, но нельзя было спать. Нельзя. Вдруг он бы и правда приказал убить меня? Рано, слишком рано.

Он слишком рано вернулся. Нет, не он. Его помощник. Змеиные глаза. Так близко. Что он хотел? Что…

– Фэнь-цзе, ты умерла?

Голос. Кто-то теребил мою руку.

Жалостливый голос.

Он все кружил, и я никак не могла поймать его. Потом я вспомнила. Генерал Лин подходил к Хэши. Я сжала ладонь сяо Хуаня, и мальчик вскрикнул.

– Фэнь-цзе!

Я с трудом разлепила глаза. Надо мной нависало его перепуганное личико.

– Сестрица, ты очнулась!

– Хуань…

– Сестрица хочет пить?

Я покачала головой.

– Сестрица хочет, чтобы я позвал кого-то?

– Нет.

Сяо Хуань смотрел на меня растерянно. У него не осталось идей.

– Генерал…

Почему было так сложно говорить?

– Господин здесь, ты долго не просыпалась. И твой господин здесь.

Бай Син. Я почувствовала облегчение. Если Бай Син здесь, он не даст так просто Чи Дяню вырваться из ловушки.

– Господин переживал за сестрицу. И сразу бросил того в темницу.

– Того?

– Господина Чи, хотя теперь никто не будет называть его господином, верно? Теперь он предатель.

Глаза закрывались. Помню, что кто-то будил меня, пытаясь заставить выпить лекарство. А потом не помню. Когда я наконец очнулась от этого долгого сна, в окно влетал беспокойный полуденный ветер. Больше не чувствуя тяжести, я поднялась и подошла к окну. Теперь я могла вдохнуть столько, чтобы все мое тело почувствовало: жива, я была жива. Я любила ветер Хэши. Теплый, пропитанный речной солью. Не той, что тащила меня ко дну. Я огляделась и вдруг поняла, что дома. Это был наш дом, комната, в которой я жила. Может быть, все же я умерла? Все это мне снилось?

– Сестрица! – Хуань вбежал без стука. – Ты встала!

Он радостно подбежал ко мне и обнял. Я рассмеялась.

– А Хуань, сестрица страшно голодна.

– И я!

Потрепав его по голове, я отправила сяо Хуаня на рынок за теплыми булочками, а сама набрала воды, чтобы искупаться. Я не стала греть ее, позволяя холоду смыть с себя остатки этого странного сна. Я и правда была жива. Я надела одно из платьев, которые когда-то сшила мне наставница, и принялась расчесывать мокрые волосы.

Во дворе послышался шум, и я вышла навстречу сяо Хуаню. Только ждал меня не он, а Бай Син. Я замерла.

– Вам стало лучше?

Я кивнула.

– Не стойте на ветру.

Видимо, я все еще спала. Я стояла и смотрела на него, будто видела в первый раз. Он подошел ближе. Может быть, он был озадачен моим взглядом, не знаю. Его лицо молчало. Как всегда молчало. Только он подошел ближе, а я продолжала смотреть на него. Смотреть так, что не сразу заметила, как он накрыл мою голову своим плащом. Мокрые волосы, совсем забыла. Я вздрогнула и отступила под тяжестью толстой ткани.

– Господин Бай, – только и выдохнули мои губы.

Бай Син отвернулся. Он отворил дверь и вошел. Мне оставалось идти за ним.

– Ваш план был очень плох, госпожа Гао.

Он стоял спиной ко мне, лишь поэтому я позволила себе ответить.

– От вашего тона я заболею скорее, чем от ветра. Он холоднее.

Бай Син резко обернулся. Его плащ спал мне на плечи, давя холодом своего хозяина.

– Неужели?

– Как генерал Лин оказался здесь так скоро?

– Если бы генерал Лин оказался здесь, когда вы на то рассчитывали, боюсь, генерал Лин уже не смог бы помочь вам.

– Чи Дянь ничего бы не сделал мне. Зато, пока он был занят мной, он не мог думать о других вещах… так ясно.

Чи Дянь, я сбежала от него однажды, а на этот раз не хотела отступать. Его ненависть и страдание – я хотела видеть их.

– Вы крайне безрассудны, госпожа Гао. Кажется, я поспешил, доверив вам это дело.

Я не понимала его. Правда, не понимала. Он смотрел на меня, будто я была преступницей или по крайней мере сорвала его план, поставив под угрозу всё Учение.

– Разве Чи Дянь сейчас не в темнице? Разве наместник не предъявил обвинений?

Бай Син продолжал смотреть на меня, черным льдом сдавливая мое дыхание.

– Вижу, вы поправились, значит, можете отправляться в Учение.

– Вы обещали мне…

– Что Учение поможет вам совершить месть. Я сдержу слово. Ни Чи Дянь, ни госпожа Сан не уйдут от ответа. А вы…

– Вы не можете меня отослать!

– Вы просили принять вас в ряды Учения Белого Лотоса и признали меня Главой. А теперь отказываетесь подчиниться приказу?

Его голос. Ровным лезвием скользящий по горлу.

Гао Фэнь должна была подчиниться, но я не могла.

– Завтра же вы возвращаетесь в Учение. Вам запрещено покидать Гору Лотоса без моего приказа.

Нет.

Я опустилась на колени.

– Глава Бай.

– Встаньте.

– Глава Бай, скажите, в чем я провинилась, и я не повторю своей ошибки. Но прошу вас, позвольте мне остаться. – Я говорила так смиренно, как только могла.

Он имел право приказывать, и я должна была найти способ отвести от себя этот приказ.

– Встаньте.

– Господин Бай! – Я подняла на него глаза. Я умоляла его. Я не могла поверить, что пытаюсь разжалобить Бай Сина. Кого угодно, но его – это была битва, в которой мои руки были пусты, и я знала, что мне нечем пробить броню противника. Даже в детстве мне не удалось это ни разу. Но у меня не было других вариантов.

Он молчал. Я не отпускала его взгляда.

– Господин Бай, вы знаете, как важно это для меня. Обещаю, я больше не подведу вас.

Все то же молчание.

– Господин Бай…

– Фэнь-цзе!

Сяо Хуань вбежал в комнату и замер. Несколько секунд он смотрел на Бай Сина, потом подкрался ко мне и прошептал: