Изменить судьбу (СИ) - орин иктор - Страница 6

- С шестнадцати лет. Как раз в день рождения и произошло первый раз. С парнем на год старше.

- И что? Так сразу понравилось?

- Да-нет. Первый опыт был так-себе. У него, наверное, когда-то что-то было до меня. А я толком и понять ничего не успела. Потом только и думала, как-бы не забеременеть. Слава богу, месячные вовремя пришли, через три дня.

- И всё? Это весь твой опыт?

- Нет, конечно. Потом долго боялась этого. Он, видимо, дружкам разболтал про нас, ко мне начали подкатывать парни. Город маленький, слухи расходятся быстро. Я никого не подпускала. А потом к нам из областного центра приехали строители школу новую строить. По каким-то новым технологиям. Там прораб был. Красивый, высокий, непьющий, с большими красивыми мускулами. Мне он тогда казался взрослым умудрённым человеком, хотя ему было-то всего двадцать девять. Вот с ним я и получила основной опыт. Он не чужд был экспериментам, и мне казалось, что он такой передовой и прогрессивный в этом плане. С ним я и распробовала всю прелесть интима. А потом он уехал. Я знала, что он женат, он этого не скрывал. Да и я замуж не собиралась.

Вот после него я и решила, что теперь если и буду с кем-то спать, то только со взрослыми мужиками, которые позаботятся о том, чтобы я и кончила, и не забеременела. Но всё оказалось не так однозначно. Следующий взрослый хоть и выглядел вроде солидно, но оказался скорострелом. Ладно, хоть не в меня.

Потом про меня слухи пошли. Какие-то доброхоты родителям рассказали. Скандал вышел грандиозный. Нет, ты не думай, родители у меня хорошие, умные. Просто среда вынуждает реагировать определённым образом. Как говорится, жить в обществе и быть свободным от общества нельзя.

Вобщем, пришлось забрать документы после девятого класса, и я уехала учиться. С ещё двумя подружками. Приезжаю к родителям только на каникулы. Парни всё так же пытаются подкатить. Но они стесняются. А для преодоления стеснения принимают на грудь. А поскольку меры они не знают, то подкатывают, будучи уже в хлам. А в хлам у них и не встаёт даже. Дебилы.

Глава 6

6.

Ленку я проводил до поезда. Постояли, поболтали, я дал ей номер домашнего телефона. Сказал, чтоб звонила, если соскучится. Поезд ушёл, а я пошёл на остановку, надо ехать домой. Маму увижу, сегодня воскресенье, она должна быть дома. Блин, по воскресеньям у меня ведь было ОФП. А по случаю наступления лета, тренировки проходили на лоне природы. Да, точно, ко мне вдруг вернулась старая память. Сегодня, сбор на трамвайном кольце на нашей окраине города, в два часа дня. Нормально, успеваю. Бросать занятия спортом я не собирался, по крайней мере пока. С баскетболом всё понятно, я больше не учащийся техникума, а вот ОФП бросать не стоит. Всё, пора ехать домой. А вот и автобус.

Войдя в нашу квартиру, я чуть слюной не захлебнулся. Мама и бабушка как обычно по воскресеньям что-то стряпали на кухне. Отец сидел в кресле возле журнального столика и читал газету. Вид у него был хмурый. «С похмелья, как обычно», подумал я.

– Привет пап, как дела? - он хмуро взглянул на меня поверх газеты, ничего не сказав уткнулся обратно. Да, как этот его алкоголизм побороть – даже не знаю. И мама давно рукой махнула. Не интересуется он ничем, ничем не увлекается. Да и чем можно было увлекаться, живя в совке взрослому мужику за сороковник, да ещё и инвалиду. В двухтысячных годах совок принято было почему-то хвалить. Причём хвалили его те, кто понятия не имел о том периоде времени, и составил своё мнение из каких-то благостных интернет-рассказов. А государство нимало не заботилось о том, чем гражданам заниматься в свободное время. Водка в магазинах есть – всё в порядке. Заодно и деньги в бюджет.

Я прошёл на кухню. Мама… Бабушка… К горлу начал снова подкатывать комок.

- Прив... Кхм-кхм… Привет мам. - Я шагнул и обнял её. Поцеловал в щёку. Глаза щипало, и я постарался скрыть свой взгляд от них обоих.

- Привет – мама оторвалась от меня и подозрительно посмотрела мне в лицо – С тобой всё хорошо?

- Всё в порядке, мам – я улыбнулся – всё просто замечательно. Я повернулся к бабушке.

- Бабуля, привет – я обнял и её и тоже поцеловал. В прошлом я, бывало, вёл себя по отношению к ней так, что мне было потом стыдно даже спустя десятилетия. Но вот исправить свои ошибки было уже невозможно.

- А что это вы, такое вкусное, готовите? – запахи снова заняли лидирующую роль в моём мировосприятии. Я увидел на столе на противне преснуху. Это такой большой капустный пирог.

- Славка, не мешай, иди руки вымой и умойся, скоро обедать будем – Ну-да, кухни в совковских квартирах не располагали к дружескому общению. Двоим взрослым людям уже тесно. Я глянул на часы, стоящие на холодильнике – одиннадцать сорок семь. Если до полпервого пообедаем – норм, до трени всё утрясётся и можно нормально заниматься.

Я пошёл в нашу с Лёшкой комнату переодеваться. Лёшка – это мой брат. Он на четыре года младше, сейчас седьмой класс закончил. Уже где-то пропадает. Ну так каникулы – же. Переодевшись в домашнее и умывшись, пошёл раскладывать стол в гостиной и таскать на него еду. На выходных, по возможности, мы старались обедать всей семьёй. Но сейчас сестра вышла замуж и переехала. Мы выросли, и не всегда были дома. Однако, традиция соблюдалась и в неполном составе. Потом мы обедали, перебрасываясь ничего не значащими фразами.

- Катя твоя с утра звонила – мама посмотрела на меня – просила передать, что придёт к трём.

- Я на тренировке буду. Она-же знает моё расписание.

- Спрашивала почему ты вчера не пришёл. Я сказала, что ты у ребят остался, не ночевал – мама вся в этом, патологически не может врать, обманывать, хитрить. Хотя – ну и хорошо. Я ведь знаю, зачем она придёт. Она придёт, чтоб расстаться друзьями, сказать мне, что я очень хороший, но она меня не любит, у неё появился другой, и всё такое. Да и пофиг мне сейчас. Я уже не тот сопляк, психика закалённая, не растекусь лужей.

- Ну, сказала и сказала. Я не в претензии.

- Всё-таки поссорились.

- Да-ну, мам, чего там ссориться-то было. Ну встречаемся, ну гуляем. Планов общих не было, свадьбу не планировали. Молодые ещё, базу надо создать сначала. А то, что полгода уже – да и ладно. Девчонок вокруг – пруд пруди.

- Ну ладно, ваше дело. Преснухи ещё?

- Нет, хорош, а-то бегать тяжело будет.

К назначенному времени я был на месте. Сумка со снаряжением и флягой с водой плотно подогнана на спине, чтоб не болталась при беге и не мешала. Да, всё приходилось колхозить. Специальных спортивных сумок или таких удобных рюкзаков с анатомическими вставками не то, что не было – о них даже не слышали. Сумка считалась спортивной, если её можно было носить через плечо и на ней была какая-нибудь спортивная символика. Всё. Об эргономике, внутреннем органайзере, вместимости, удобности – совковый легпром не заморачивался. К своей самой дешёвой квадратной сумке из кожзама я пришил ещё один текстильный ремень, которым мог притягивать её к телу поперёк корпуса. Сумка хорошо фиксировалась и не болталась при беге.

ОФП – общая физическая подготовка. На неё меня затащил мой дворовый дружбан Вовка Бабаскин. Он учился на класс младше. Я ушёл учиться в технарь после восьмого класса, и закончил второй курс, а он переходил в десятый класс. В начале учебного года в школе, повесили объявление об открытии на базе школы новой спортивной секции и приглашали всех желающих.

ОФП вел один десантный прапорщик, инструктор по рукопашному бою, год провоевавший в Афганистане и уволенный из армии по ранению. Он не скрывал, что готовит нас к войне. Об этом он заявил нам ещё на первой тренировке. Он построил нас всех, семьдесят три человека, пришедших на первую треню, и сказал коротенькую речь. Смысл её сводился к следующему: война идёт уже два года и конца ей не предвидится. И никакой бокс, никакой кёкушин, никакие нунчаку или тройные цепы не помогут нам в этой войне выжить. А помогут нам выносливость, скорость, быстрота реакции, способность быстро забраться на гору или даже на отвесную скалу и столь-же быстро с неё спуститься, способность долго бежать или идти, не уставая и тащить при этом на себе половину собственного веса. Вот этим мы и будем заниматься. Те, кто думал, что их здесь научат драться – могут быть свободны. На вторую треню пришло уже сорок восемь человек, и с каждой тренировкой количество людей неуклонно падало. Тренировки были тяжёлые, круговые. Я приползал домой после них и с трудом себя заставлял в душ сходить. Но не бросал.