Лидер Культа. Том I (СИ) - Серый Д. - Страница 32

— АХ! БОГИ, ПОЩАДИ!

Из глаз Алексы прыскают слезы. Она прикусывает нижнюю губу, впивается ногтями в мои предплечья и задыхается от каждого нового толчка.

— Ох… мгах!.. у-у-у… аха-а-а-а…

Вскоре женские бедра расслабляются. Алекса прикрывает глаза и запрокидывает голову. Стонет и извивается каждый раз, когда мой прибор целует ее матку. Постепенно женское тело привыкает к моему размеру.

Я перехватываю ослабевшие руки аристократки, которые стискивают и подчеркивают большие, подпрыгивающие на каждой фрикции полушария. Загипнотизированный такой картиной, я сам не замечаю, как начинаю ускоряться.

— Ах! Ум… поме… ох!.. длен… мгха!

Меня окончательно достают жалобные просьбы, и я затыкаю разнеженной девчонке рот. Просто накрываю ее губы своими и врываюсь внутрь языком.

— Ом-м… нгха!.. м-м-м…

Цензори пытается сопротивляться, толкает меня в грудь и уклоняется от моего языка. Но ее тело не выдерживает двойного проникновения и вскоре сдается.

Алекса расслабляется и зарывается ладонями в мои волосы. Глаза закатываются от удовольствия, горячий язычок начинает робко отбивать мои атаки. Девичий рот заполняется до краев, и аристократка покорно проглатывает слюну простолюдина.

Вскоре мою квартиру заполняют шлепки бедер, хлюпанье мокрого влагалища и сдавленные женские стоны.

— Мфа! Ох… ха… — Алекса разрывает поцелуй, чтобы отдышаться, и впивается в меня колючим взглядом. — Если мой… мой парень… узнает об этом… он убьет тебя!

— Значит, не рассказывай ему, — усмехаюсь я и снова накрываю губы аристокатки своими.

Цензори издает сдавленный стон, обвивает мой таз ногами и прижимает к своей истекающей соками киске. Все говорит о том, что сама Алекса никогда не расскажет о происходящем своему парню.

— Проклятье! Ты такая узкая! — рычу я, когда стенки влагалища буквально пытаются подоить мой член. — Твой парень тебя вообще трахает? Ответь!

Алекса смущенно отворачивается.

— Д-да…

— Значит, он меньше меня? Ответь.

Девушка заливается румянцем, прикусывает губу, сопротивляется изо всех сил, но в итоге проигрывает моей силе.

— Да! Меньше! Гораздо-а-а…

Женские стоны становятся музыкой для моих ушей.

Я лукаво ухмылюсь.

— Тогда с кем тебе больше нравится секс? С твоим парнем или со мной?

Я специально обхожусь без Приказа. Своего рода лакмусовая бумажка.

Щечки благородной леди вспыхивают алым. Она обвивает мою шею руками и смущенно отворачивается.

— С… с тобой… мне больше нравится с тобой!

Александра Цензори испытывает стыд и возбуждение!

Ментальное равновесие Александры Цензори приближается к критическому!

Шанс становления верующей приближается к максимальному!

Я расплываюсь в довольной улыбке, зарываюсь внутрь хлюпающей киски на всю длину и целую стонущую Алексу.

— Ты просто мед, малышка! Так и кончить не долго…

— Ах! Пожалуйста, только… ох… только вытащи!

Навалившись на девушку, я сдавливаю ее щечки и заставляю посмотреть мне в глаза.

— Без тебя разберусь, куда мне кончать.

— Нет! Прошу, сегодня… ах!.. сегодня не безопасно… м-м-м!

Цензори закатывает глаза от удовольствия. Похоже, ей оргазм грозит больше, чем мне.

Действие навыка "Приказ" закончено!

Неожиданно. Не уследил за таймером. Теперь начинается игра на тоненького.

Резко отстранившись, я выхожу из аристократки. Влажные половые губы чмокают головку на прощанье, но остаются призывно открытыми.

— Что? П-почему…

Я откидываюсь на спинку дивана, а недоумевающая Алекса приподнимается следом. Ее затуманенный похотью взгляд скользит по моему стоячему, блестящему от женских соков жеребцу.

— Почему ты остановился? — спрашивает она жалобным голоском.

— А что такое? — лукаво улыбаюсь я.

Аристократка прячет смущенный взгляд.

— Просто я тоже… скоро… ну…

Женские бедра призывно раздвигаются. Изумрудные глаза горят желанием. Большая, но упругая грудь часто вздымается. Пальчики массируют клитор.

Все тело Алексы изнывает от жажды. И напоить ее могу только я.

— Я устал, малышка, — беспомощно развожу руками и подмигиваю. — Если хочешь кончить, придется потрудиться самой!

Цензори смеряет моего жеребра неуверенным взглядом и прикусывает губу. Аристократическая гордость борится с примитивной, животной похотью.

Сейчас все решится. Без Приказов, без грубой силы и унижений. Простой выбор. И Алекса делает его.

Она робко подползает ко мне. Обнимает за шею и перекидывает ногу через мои бедра. Медленно опускается, пока ее влажная киска не прижимает член к моему животу.

— М-м-м… — девушка прикрывает глаза от удовольствия и, двигая бедрами, облизывает половыми губами мой ствол.

Я никак не помогаю, лишь устраиваюсь поудобнее и наблюдаю за шоу. Наконец, Алекса перестает заигрывать, берет член и направляет в свою киску.

— Ох-х-х, да-а-а! — расплывается она в довольной кошачьей улыбке и начинает активно двигать бедрами.

Я с удовольствием расслабляюсь, отдаваясь ощущениям тесноты, мягкости и горячей влаги. Однако, когда стенки влагалища начинают подрагивать, я тут же выхожу.

— Ох, заче-э-эм? — стонет обиженная девушка.

Я прижимаю ее к себе и целую в шею, получая в награду блаженный стон. Кусаю за ухо, вызывая волну дрожи, и шепчу:

— Ты приняла мою суть. Прими же и мое семя!

Я встречаюсь взглядом с Алексой. В ее глазах не остается ни крупинки разума или здравого смысла.

Одна лишь жажда.

— Х-хорошо-о-о… — кивает аристократка и со сладким стоном насаживается на мой ствол.

Я довольно ухмыляюсь.

— Хочешь кончить?

— М-м, да! Хочу! — двигая бедрами, мурлычит Алекса.

Я с силой стискиваю ее ягодицы.

— Так сильно, что готова понести от простолюдина?

— Ах! Да-а-а…

— Скажи это!

— Я… м-м… хочу… ах!.. от тебя… мгха!.. ребенка!

Моральные барьеры Александры Цензори сломаны!

Ментальное равновесие: критическое

Шанс становления верующей: 98.9 %

Конец игры. Благородная леди уступила место самке, которая просто хочет в себя большой член. Дело за малым: признать это.

Я заламываю руки Алексы за спиной, переворачиваю ее на спину, подминаю под собой и отбойным молотком вколачиваю в нее член.

— Ох! Да! Боги! Еще! Еще! М-м-м…

А ведь совсем недавно она звала на помощь мамочку, чтобы справиться с моим размером.

В какой-то момент я снова вытаскиваю и ловлю обиженно-негодующий взгляд.

— Повторяй за мной: я твой господин.

Алекса капризно надувает губки. Но она не получит того, чего хочет, пока я не разрешу.

Аристократка заливается краской до ушей и прикрывает глаза ладонью.

— Ты… мой…

— С господином только на "вы"! — одергиваю я.

— В-вы… мой… господин…

В качестве поощрения я вхожу обратно, чем вызываю благодарный стон.

— Ты моя личная шлюха.

— Я ваша… личная… ш-шлюха…

Поощрительный толчок. Цензори мурлычит от удовольствия. Я отнимаю ее руку от лица, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Твои тело и душа принадлежат мне!

Алекса стыдливо отворачивается.

Еще один поощрительный толчок.

— Ах! М-м… мое тело… и моя душа… ох-х… принадлежат вам!

Воля Александры Цензори окончательно подчинена!

Культ: +1 верующий

Со звериным рыком я загоняю своего жеребца на всю длину и извергаюсь глубоко внутрь горячей пульсирующей киски.

Принимая каждую каплю моего семени, аристократка обнимает меня ногами и кусает в шею, пытаясь сдержать вырывающийся крик долгожданного оргазма…

Глава 27

Меня приводит в чувства назойливая попсовая мелодия входящего звонка. Я нехотя открываюсь от соблазнительного тела своей новой верующей, нашариваю в ее сумочке телефон и сбрасываю вызов.

— Я так понимаю, "Бойчик" — это твой…