Дорога миров (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 47

— Они пытаются перемещать орудия с других участков стены, Чезаре, — доложил подошедший Гаэтано Рикотто, один из двух ключевых военачальников из числа тех ещё, начинавших со мной ещё до полноценного взлёта. — Прикрываются женщинами… снова и снова.

— Пресекаете?

— Аркебузиры, прикрытые щитами, отстреливают, кого и как получается. А попытка вылазки, её вы видели.

Киваю, соглашаясь с Рикотто. Действительно, ну вот чего тут не видеть то? Посчитав отряды прикрытых щитовиками стрелков лёгкой добычей, из быстро открывшихся ворот выплеснулась было немалая толика конницы. Полезный такой и приятный подарочек оказался, поскольку на сближении их и бомбами порадовали, и залпами уже других, куда боле быстро заряжающихся аркебуз хлестнули, затем добавив из многоствольных пистолетов. Стандартная тактика небольших, но крепких отрядов, действующих против превосходящих числом конников противника. Мало кто из вроде бы мамлюков и йеменцев смог уйти обратно, в обречённый на взятие город. Зато отряд сумел подобрать несколько пленников из числа тех, кто и одеты были богаче прочих, да и в целом выглядели не простыми воинами.

— Нечто новое сказали или всё то же и о том же, только на разный лад?

— Надеются на милосердие Аллаха к правоверным и на то, что Чёрный камень вспыхнет так, что испепелит всех неверных. Нас испепелит. Мне на эти угрозы постоянно битых плевать, но кое-кто из союзников, из их солдат, может начать… сомневаться.

— Не успеют как следует начать это делать, — отрицающе качаю головой. — Стена рухнула, вон движутся куда более многочисленные отряды стрелков с должным прикрытием, тащат батареи, чтобы, случись нужда, ударить хоть ядрами, хоть чем иным по баррикадам, которые могут попытаться воздвигать на месте пролома.

— Они то воздвигают, но не из дерева и камня. У них в эти дни живая и говорящая плоть как щит в цене!

Возмущается Гаэтано, благо что в бытность кондотьером, что после, уже на службе у Борджиа ему бы и в голову подобное не пришло. А тут ещё и Кодекс Войны, который за годы с момента своего создания крепко так пустил корни в разумах и душах большей части европейцев. Усилий для этого, конечно, было приложено ой как много, зато результат откровенно радовал.

Ничего, справятся. Уже справляются. Пусть молчат батареи, зато аркебузиры нещадно опустошают запасы пороха и пуль, раз за разом выцеливая тех, кого нужно непременно прикончить и иных, коих допустимо как максимум ранить. Учитывая же калибр — тут стреляли исключительно по конечностям.

Сооружённая баррикада, за которой стояли местные, хм, вояки, а впереди «вооружённые» каким-то хламом или откровенными палками женщины и прочие некомбатанты? На неё надвигались штурмовые отряды. Медленно так, уверенно, сами прикрытые цельнометаллическими ростовыми щитами-павезами. А ведь изначально их считали архаизмом, пережитком эпох минувших. Ну-ну! Я то хорошо помнил, что нечто подобное и в моём мире-времени применялось, но уже полицейскими отрядами при штурмах квартир или баз, где засели до зубов вооружённые бойцы банд и картелей.

Выстрелы, снова выстрелы, что характерно, с обеих сторон. Только пальба защитников города была куда как менее результативной. Простой кусок свинца, он, столкнувшись с толстой металлической пластиной, просто сплющивается, после чего либо опадает вниз, либо остаётся уродливой нашлёпкой. Немногие же миновавшие щитовое прикрытие, попавшие в доспех одного из тамплиеров — а в этих штурмотрядах были именно они — большей частью тоже не причиняли особо сильного урона. Ушибы, боль, но вот пробитие утяжелённой брони… Не-а, шалишь! Лишь редкие исключения из правила. Вот их, таких пострадавших, старались поскорее эвакуировать, предварительно оказав первую необходимую помощь. Теперь многие даже из простых солдат империи были обучены хотя бы самым азам.

Хороши стали подзорные трубы! С правильной позиции видно в них… И в подробностях, и практически без размытости получаемого изображения. Красота да и только. Вот я и наблюдал, как приблизившиеся вплотную к баррикаде штурмовики заняты ни разу не свойственным для них делом — приведением в бесчувственное состояние некомбатантов, оттаскиванием их в безопасное место — с прикрытием, дабы долбанные любители прикрываться беззащитными людьми не учинили ещё большую пакость — после чего пошла как усиленная стрельба, так и забрасывание защитников баррикады ручными бомбочками. Простенькими, примитивными, но такая вот «карманная артиллерия» в условиях штурма городов была более чем уместна. В конкретной ситуации, пока местные «защитники веры» не обновили свой «живой щит».

Петарды. Те самые, на треногах, с дополнительными подпорками, для направленного взрыва. Установка, недолгое ожидание, слышимый даже тут нехилый грохот…

— Вот и нету баррикады, — радостно скалюсь я, ни к кому конкретно не обращаясь, однако ответ всё равно получаю. От Рикотто, вестимо.

— Мы в городе. Теперь предстоит долгая, кровавая и очень утомительная работа. Для всех, не только для тамплиеров.

— Главное, чтоб без вредных для нас жертв, — напоминаю об очевидном. Хотя прекрасно знаю, что перестраховываюсь. — И, во избежание разных случайностей, даже близко к Чёрному камню не суйтесь, даже не смотрите в ту сторону. С ним лично я буду разбираться, равно как и руководить окончательным вытеснением местных из того сектора.

— Пленники из числа воинов?

— Попадутся? Замечательно. Только им всё равно не жить, а значит никаких обещаний сохранения жизни. Исключительно отсрочка смерти — малая или не слишком, тут как ситуация сложится. Не станут поднимать лапки кверху и бросать оружие? Мне без разницы. Хотя… — тут я маленько призадумался. — Местную верхушку я бы подопрашивал, прежде чем закопать.

— Именно закопать?

— Ну не сжигать же все эти трупы! Ладно, Гаэтано, там видно будет, кто к нам в руки попадётся, а кто помрёт до сего ни разу не приятного для них момента. Главное, чтоб из собственно города особо наглые или хитрые выскользнуть не сумели.

— Не сумеют, — радостно оскалился опытный вояка. — Батареи выставлены у всех ворот, отряды кавалерии тоже. Пеших догонят, а конные… 'Чесноком не зря всё вокруг засеяли, потом собирать нам это всё не пересобирать.

— Мелочи. Уж в сравнении с таким трофеем как взятая Мекка особенно.

Тут Рикотто не мог не согласиться. Мекка, да. По факту ни один из Крестовых походов и близко не подбирался к этому месту. Была одна потенциальная угроза, да вот не сумели тогдашние крестоносцы понять всю перспективу многообещающего рейда. Большая, серьёзная ошибка с их стороны… со стороны тех, кто тогда ими командовал.

Что же сейчас оставалось делать лично мне? Просто ждать, ведь соваться внутрь города, в котором разгорались особо кровопролитные и вместе с тем сильно ограничивающие возможности наших войск уличные бои… Не то время, не то положение. Чезаре Борджиа уже давно всем и всё доказал на полях сражений, теперь моё место вот здесь, в некотором отдалении, в роли координатора всего происходящего, а не отдельных эпизодов. Впрочем, нелишним будет подготовиться к тому событию, в котором именно мне предстоит участвовать — тем самым, связанным с завладением артефактом, непонятно по какой причине перешедшим в активное состояние и продолжающим в нём пребывать. Серьёзная загадка, ответа на которую у меня покамест просто не имеется. Пока не имеется, но будет, я искренне в это верю!

Трое суток. Именно столько потребовалось нашим войска с того момента. как первые штурмовые отряды проникли в город. Много это или мало? Смотря с какой стороны посмотреть. И какие цели планировалось достигнуть.

Мерзкое это было дело — брать штурмом заполненный фанатиками, к тому же одурманенными — словами и химией — город. Каждый дом, дворец, тем более мечеть — все они становились в той или иной мере укреплениями, в которых находились… Да кого там только не находилось! Мамлюки и османы, йеменцы и бедуины, воины султаната Ак-Коюнлу и Крымского ханства. В общем, всякой твари и далеко не по одной паре! В наших воинов летели стрелы и камни, домашняя утварь и проклятья, лилось расклеенное масло и подожжённая смола либо иные горючие жидкости. Про кипяток местные тоже не забывали, частично мешало им разве что небольшое количество дров, но… их замещала мебель и вообще всё, способное гореть в кострах. И каждый дом, склад, мечеть — всё это штурмовали, руководствуясь тем самым Кодексом Войны.